— …. Поэтому твою кандидатуру там слету утвердили — продолжал тем временем вещать Аджубей — Эй, ты меня слушаешь?
— Не рано мне на такой уровень выходить? — очнулся я
— Не будешь же ты всю жизнь в студенческом журнале работать? Как журналист ты должен профессионально расти и постоянно «прыгать выше головы». Может когда-нибудь мое кресло займешь — смеется он
— Куда хоть летим?
— Во Францию…
Вышел я от Аджубея, как мешком пришибленный. Столько новостей — только успевай уворачиваться. Понятно ведь с чьей подачи меня в этот пул определили — Иванов с Мезенцевым наверняка постарались. Нагрузки все увеличиваются и увеличиваются, скоро спать совсем некогда будет.
А вечером вдруг выяснилось, что кроме большого торта для гостей нам еще много чего нужно купить для обустройства быта молодой семьи.
— Викусь… — застонал я, утыкаясь носом в подушку — Ну, мы же как-то жили с тобой полгода безо всех этих хозяйственных мелочей, а?
— Леш, мы теперь настоящей семьей станем, как ты не понимаешь! Вот попросят нас завтра освободить эту квартиру, и с чем мы в семейное общежитие вернемся? Ни вилки, ни ложки, ни одеяла своего.
— И что?! Поедем и сразу все купим.
— Ты у меня как маленький, правда… — укоризненно качает головой любимая — В магазинах сейчас днем с огнем не сыщешь, ни эмалированной посуды, ни постельного белья, ни тюля на окна. За все этим нужно гоняться по универмагам в дневное время, чтобы застать в продаже, а мы с тобой днем учимся.
— Ну, что-то из этого нам же наверняка на свадьбу подарят? — снова пытаюсь я увильнуть от посещения магазинов.
Вика только рукой махнула на мою наивность.
— Студентки — они же еще как дети малые. Подарят какие-нибудь статуэтки фарфоровые — красивые и бесполезные.
— Это слоников-балерин-коней с золотой гривой?! — с ужасом вспоминаю я ассортимент блошиных рынков у метро из девяностых — Рыбок-собачек-птичек?! О, боже, только не это!
— А думаешь, твои сокурсники лучше знают, что нужно молодой семье?
И вот тут я уже по-настоящему пугаюсь. Столько гостей приглашено, столько подарков будет — нас же погребет под лавиной совершенно ненужных вещей! Помню я этот пыльный хрусталь в нашем серванте и фарфоровый сервиз с аляповатыми цветами, которым никто никогда не пользовался. А вазы самого разного калибра, тут и там расставленные по всей квартире?! Парочку я лично разбил в детстве и долго удивлялся потом, почему же мама меня не ругала? А она видимо только вздохнула с облегчением, когда в квартире стало меньше этого барахла, подаренного на их с отцом свадьбу или на очередные дни рождения. Так и отъехало все потом частью на дачу, а частью прямиком на помойку.
Нет уж! Захламлять наше новое семейное гнездо я не позволю. Не для того я его обустраиваю с такой заботой. Сразу загрузим все ненужное в машину и вывезем к чертовой матери в Абабурово! Глядишь, потом на даче что-то и пригодится.
— Вику-усь… — приходит мне в голову светлая мысль — а давай составим для гостей шутливое «Руководство по покупке подарков» на нашу свадьбу? Огласим, так сказать, заранее весь список!
Идея с «виш листом» из будущего не очень понравилась правильной Вике. Она поморщилась:
— А это удобно? Как-то…
— Ну, так оно же шутливым будет! Но в каждой шутке, как известно, есть доля правды, и гости наш толстый намек сразу поймут. Зато мы четко обозначим перечень подарков, которые не хотим видеть ни в коем случае. Вот бери лист, записывай главные тезисы. Как там у Маяковского было…?
Я устремляю задумчивый взор в потолок, пока заинтригованная Вика готовится записывать за мной умные мысли.
— Сначала вступление будет: «Наша молодая студенческая семья активно борется за звание образцовой ячейки советского общества и дома образцового содержания, воплощая в жизнь лозунг пролетарского поэта Владимира Маяковского: «Лишних вещей не держи в жилище — станет сразу просторней и чище!». Теперь пункт № 1: «Убедительно просим друзей не дарить нам антикварных сервизов на сто двадцать персон, персидских ковров размером с футбольное поле, многоярусных хрустальных люстр и столового серебра. Просим также воздержаться от мебельных гарнитуров в стиле Людовика XIV, золоченых карет и личных яхт».
Викуся хихикает, но послушно записывает за мной. Услышанное ей явно нравится. Юмор — он все сглаживает.
— Пункт № 2: «Молодые супруги Русины слишком заняты учебой в университете, работой и спортом, чтобы тратить свое свободное время на вытирание пыли с фарфоровых статуэток, перемывание хрустальных фужеров, графинов и ваз, а также чистку и полировку мельхиоровых вилок и ложек».
Так… от глупостей предостерегли, теперь нужно направить фантазию друзей в конструктивное русло:
— Пункт № 3: «Поскольку наша молодая семья ведет здоровый, спортивный образ жизни, мы будем счастливы, если вы подарите нам какой-нибудь спортивный или туристический инвентарь. Молодоженам пригодится туристический топорик для разделки туши мамонта, пойманного главой семьи, или походный котелок литров на десять, в котором молодая жена будет готовить рагу из пойманного мамонта. Набор шампуров для шашлыка из дичи и складной мангал тоже очень порадуют нашу молодую семью».
— Давай добавим сюда еще палатку, складной походный стол, парусиновые кресла и надувной матрас, чтобы больше не бегать по прокатам — развивает мою мысль Вика — а хранить все это в Абабурово будем.
— Добавляй — соглашаюсь я с невестой и, подождав, пока она допишет, продолжаю диктовать — «Желанным подарком для нас станет книга «О здоровой и вкусной пище», а также сборники всевозможных кухонных рецептов. Глава семьи любит вкусно поесть, а молодая хозяюшка любит и умеет готовить. Приветствуются и подарки в виде кухонной утвари: кастрюлей и сковородок всех размеров и фасонов».
— Ну, Лешка, это уже как-то …чересчур!
— Хорошо. Исправь сковородки и кастрюли на чудесных фарфоровых слоников всех размеров.
— Да, ну тебя…вредина!
Вскоре памятка для гостей готова, и перечисленные в ней вещи вполне доступны студентам для покупки. Если и не в одиночку, то вскладчину точно. А главное — они действительно нам необходимы.
— А еще срок нашего приглашения в Салон для новобрачных истекает через десять дней — вздыхает Вика — жалко будет, если мы так и не используем его.
— Ладно, на поездку в салон я согласен — уступаю нехотя — может, еще в пару универмагов по дороге заскочим. Но на этом остановимся, хорошо?
— Обещаю!
Повеселевшая невеста бросается меня целовать, и понятно чем это для нее заканчивается. На какое-то время вся эта ерунда с покупками и подарками отступает на задний план. Десять дней! Мне надо просто помнить, что через десять дней все это сумасшествие закончится и можно будет вздохнуть спокойно…
*****
Но это только через десять дней, а до девятнадцатого декабря еще дожить нужно. Пока же мне даже выспаться в законный выходной не удалось. Не говоря уже о других моих увлекательных постельных планах. Полночи я просидел за печатной машинкой, извлекая из памяти два сценария — «Адъютанта…» и моэмовского «Театра». Писчей бумаги и копирки перевел намеренно. Наверное, соседи меня здесь уже тихо ненавидят — то у нас громкие стоны за стеной, то музыка, то я по клавишам машинки фигарю без передыха. Но им бедным тоже осталось подождать совсем недолго, скоро мы съедем на Площадь Восстания, и они забудут о нас, как о страшном сне.
И вот как сердце чувствовало, что я так торопился с «Театром» — в десять утра воскресного дня меня разбудил телефонный звонок Александрова. Обменялись приветствиями, мэтр вежливо поинтересовался, как мое драгоценное здоровье и аккуратно перешел к делу. Они мол, в курсе, что я был в командировке, но Любовь Петровна так переживает, так переживает… как там у меня идет работа над сценарием? Услышав, что сценарий я нынешней ночью закончил, Григорий Васильевич воодушевился:
— Тогда мы вечером ждем вас с Викторией в гости! По-простому, по-соседски.