И это был самый страшный момент в его жизни.

Поместье Кузнецовых.

Сахалин.

Ночь.

Я стоял у окна кабинета и смотрел на темный двор. Снег перестал идти, и в разрывах облаков проглядывали звезды. У гвардейцев был ночной обход территории. Кицуня лежал у ворот, все так же повернув морду на юго-восток, и не шевелился.

Дети спали. Маша и Света ушли наверх полчаса назад. Рыцари разошлись по комнатам, предварительно перемыв всю посуду и оставив в холодильнике столько заготовок, что Маруся бы прослезилась от гордости.

Но мне было не до сна.

Три проблемы. Лермонтов похищен кристаллом. Фанеров-старший похищен божествами. Каналы до сих пор не в том состоянии, чтобы мне нормально сражаться с противником.

Мало того, что до этого проблемой был только Нечто… Ну ладно, еще совсем чуть-чуть забот доставил Пастух, но в целом… Теперь мне противостоят несколько божеств. И сколько именно неизвестно.

Теперь надо заняться тем, что оставалось незавершенным. А именно, найти недостающие портальные камни.

— Лора.

— Здесь, — она появилась рядом в мягком свитере и с чашкой чего-то горячего. Судя по ее растрепанным волосам и немного уставшему виду, она опять делала какие-то апгрейды. — Не спишь?

— Не могу. Мне нужно собрать портальные камни. Чем раньше, тем лучше. Если божества объединились и решили поглотить планету, то это может сильно облегчить сражение.

— Согласна. Булат дал координаты трех. Первый — Франция, пещеры под Марселем. Второй — Монголия, горный массив к северу от Улан-Батора. Третий — Антарктида, южное побережье. Хорошо, что у нас почти везде рядом есть телепорты.

— Блин, Монголия… Далековато. Владимир наверняка спрятал все это как можно сложнее…

— Или в самых очевидных местах, — пожала плечами Лора. — Иногда лучшее укрытие — это место, которое никто не станет обыскивать, потому что оно на виду.

Я хмыкнул.

— Начнем с Франции. Ближе всего, и маршрут знакомый. В Московском поместье прыгаем в портал в Эрфурт, а оттуда на Булате.

— Булат перепрыгнет всю Европу за пять минут, — подтвердила Лора. — Но есть нюанс.

— Какой?

— Ты собираешься лететь на огромном черном коне через воздушное пространство страны, которую твой человек недавно лишил Эйфелевой башни, половины Парижа и лучшего генерала. Думаю, им стоит хотя бы позвонить. А то у них и так нервы на пределе.

— Резонно, — кивнул я. — Скажу Наде. Пусть по дипломатическим каналам уведомит французское правительство о нашем визите.

— В три часа ночи?

— Надя не спит. Ты же знаешь.

— Знаю. Иногда мне кажется, что она вообще питается только кофеином.

Но на всякий случай я отправил СМСку: «Спишь? Если нет, свяжись с Францией. Скажи, что я к ним скоро приеду».

Через десять минут Надя перезвонила. Голос был бодрый, словно на дворе полдень.

— Михаил, я связалась с нашим посольством в Париже. Они передали запрос. Ответ пришел через… — она замолчала. — Через сорок секунд.

— Сорок секунд? — удивился я. — Это рекорд дипломатии.

— Видимо, у них дежурный не спускает палец с кнопки «ответить», когда речь идет о Сахалине, — хмыкнула Лора.

— Они хотят поговорить с тобой лично, — продолжила Надя. — Сейчас подключу.

Щелчок. Шорох. Потом послышался голос с легким акцентом.

— Месье Кузнецов? — Голос был учтивым, мягким и при этом слегка дрожащим. Так звучит человек, который одновременно пытается быть вежливым и не наделать в штаны. — Его величество Карл Тридцать Третий, король Франции.

— Ваше величество, — ответил я максимально нейтрально. — Доброй ночи. Или у вас уже утро?

— У нас… раннее утро, да, — Карл откашлялся. — Мне сообщили, что вы планируете визит в нашу страну. Я хотел бы уточнить цель вашего… — он подбирал слова, как минер подбирает провод, — … прибытия.

— Личные дела. К вашему правительству они не имеют никакого отношения, — ответил я.

Пауза. Очень громкая пауза.

— Превосходно, — Карл, похоже, слегка выдохнул. — И… простите за бестактность, но мне необходимо задать один вопрос. Скажите… тот ваш… спутник… Который в прошлый раз… — Он снова замолчал, явно не зная, как это сформулировать. — Тот крупный мужчина с короной над головой. Он… будет вас сопровождать?

Я едва не рассмеялся. Значит, Валера оставил неизгладимое впечатление.

— А что, сильно по нему соскучились? — спросил я.

На том конце послышалось что-то похожее на сдавленный смешок. Или всхлип. Или и то, и другое, я так и не понял.

— Нет! — быстро ответил Карл. — Нет-нет, абсолютно нет. Мы… не скучаем. Совсем не скучаем. Просто хотели бы знать заранее, чтобы… подготовить соответствующий прием.

— Под соответствующим приемом он имеет в виду эвакуацию населения, — шепнула Лора.

— Тот человек с короной останется на Сахалине, — успокоил я короля. — Лечу один с личным питомцем. Мне нужно попасть в пещеры под Марселем. Прилечу, заберу, что нужно, и улечу. Вы меня даже не заметите.

— С питомцем в Марсель, — повторил Карл, и я буквально услышал, как шестеренки в его голове пытаются представить эту картину. — Хорошо. Мы… обеспечим безопасный коридор. Пещеры под Марселем — это территория графини де Моранж, но я распоряжусь, чтобы вас пропустили без вопросов.

— Благодарю.

— Месье Кузнецов, — Карл помолчал. — Позвольте быть откровенным. Мы заинтересованы в мирных отношениях с Сахалином. Я надеюсь, что эта… неприятность… между нашими странами останется в прошлом.

— Пока вы не нападаете на мой остров, я не нападаю на ваш, — просто ответил я. — Мне кажется, условия предельно ясные.

— Предельно, — подтвердил Карл. — Доброго пути, месье.

Связь оборвалась.

— Ну вот, — я убрал телефон. — Теперь хотя бы не собьют на подлете.

— Как будто они могли, — фыркнула Лора.

Я быстро оделся, достал из пространственного кольца теплую куртку и спустился вниз. Перед выходом заглянул в комнату к Маше. Она спала, подтянув одеяло к подбородку. Витя сопел в кроватке рядом. Потом заглянул к Свете. Та спала, засунув одеяло между ног. Аня лежала на животе и дергала ножкой во сне. Видимо что-то снилось.

— Скоро вернусь, — прошептал я и вышел.

Внутреннее Хранилище.

Булат ждал меня на пляже. Он стоял наполовину в теплой воде и выглядел так, будто ему тут нравится куда больше, чем снаружи.

— Готов? — спросил я.

— Всегда готов, — фыркнул конь. — Давненько я не был в Европе. Помню, мы с Владимиром любили полетать над елисейскими полями, или пробраться в Колизей…

— Ну вот, дождался.

Конь вышел из воды, стряхнул капли с черной шкуры и наклонил голову.

— Первая остановка — Франция. Пещеры под Марселем. Я помню каждый камень.

Булат посмотрел на меня и, кажется, хмыкнул.

— Через Московское поместье, — добавил я. — Портал в Эрфурт, оттуда прыжком во Францию. Заодно активируем один портальный камень.

— Один прыжок, — подтвердил Булат. — Может, два. Зависит от ветра.

— От какого ветра? Ты перепрыгиваешь океаны.

— От настроения, — уточнил конь. — Иногда мне хочется подольше побыть в воздухе. Ночное небо куда красивее, чем дневное.

Лора, стоявшая рядом, закатила глаза.

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Тот же час.

Валера сидел в кресле на крыльце и не двигался.

Это было настолько нехарактерно для него, что даже Святослав, вернувшийся ночью из Администрации, остановился и посмотрел на него. Потом молча ушел. Он знал Валеру, как никто другой, и понимал, что сейчас тот самый момент, когда здоровяку надо побыть наедине со своими мыслями.

Валера не пил. Не ел. Не лузгал семечки. Он просто сидел, уставившись в одну точку. Очки лежали рядом, на столике. Тут же стояла и полная бутылка метеоритного алкоголя и самовар. Так, на всякий случай.