— Куда вы? Куда вы? Постойте!

— Скорее, скорее, давай спускайся! - словно бы уговаривал видавший виды лифт Темыч.

Наконец кабина остановилась на первом этаже. Пулями вылетев из подъезда, ребята кинулись в кусты. Там страх немного отпустил.

— Ну, Темыч, я тебя просто не узнаю, — с осуждением покосился на него Олег. — Всегда такой осторожный, а тут прямо как Женька. На хал явный чаек купился.

— Я просто замерз, — оправдывался Темыч. — Откуда мне было знать, что эта тетка заложит нас бандитам? Идем скорее отсюда.

— Ну, уж нет, — возразил Олег. — Полагаю, как только мы позвонили в домофон, соседка Самойлова тут же сообщила бандитам. Вот они и велели задержать нас до их приезда. Иначе она бы так не старалась. В общем, подождем и посмотрим, кто подъедет. Наверняка они на машине. Номер запомним.

— Ты думаешь, они сюда едут? — неожиданно застучали зубы у Темыча.

— Что с тобой? — удивился Олег.

— Д-да, г-говорю же, з-замерз, — стал к тому же и заикаться Тема. — С-слушай, Олег. А м-может, они сейчас вообще на нашей машине прибудут?

— В этом я сомневаюсь, — покачал головою тот. — Но вообще-то все может случиться. Поживем — увидим.

И, тщательно укрывшись за кустами, ребята стали ждать.

Глава VII

СЛОЖНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

— Ну, где же они? — все громче выбивал дробь зубами Темыч. — Закрой рот-то, — посоветовал Олег. — Тебя на другом конце двора слышно.

— Он еще издевается, — угрюмо изрек Темыч. — А я, наверное, завтра заболею.

— Уж постарайся, пожалуйста, выжить, — не проявил должной чуткости Олег.

Барабанная дробь смолкла.

— Кажется, едут, — прислушался к тишине Олег.

Он не ошибся. Возле подъезда Самойлова затормозил раздолбанный милицейский «Москвич». Из него выскочили двое в формах и вошли в подъезд.

— Идиоты, — хлопнул себя по лбу Олег. — Тетка звонила совсем не бандитам, а милиции.

Словно бы подтверждая это предположение, милиционеры выскочили из подъезда. Один из них побежал по двору налево, другой — направо.

— Ложись, Темыч, — повалил его в сугроб Олег.

— С ума сошел? — немедленно раздалось из сугроба. — Теперь я уж точно заболею.

— Молчи, — распластался Олег рядом с Темычем. — Если нас сейчас обнаружат, неприятностей не оберешься.

Темыч покорно затих. Простуда казалась ему куда меньшим злом, чем неприятности с милицией.

Двое в формах вернулись к машине. Один из них что-то сказал водителю. Затем оба милиционера снова вошли в подъезд.

— И долго нам тут лежать? — прошептал Тема.

— Пока не уедут, — ответил Олег. — Они явно водителя предупредили, чтобы следил за двором. Мы вылезем, а он зацапает нас.

— У меня уже руки и ноги отмерзли, — пожаловался Темыч.

— У меня тоже, — сказал Олег. Темыч, зажав рот и нос рукой, чихнул.

— Начинается. Завтра будет тридцать восемь.

— Если тебе так хочется, то обязательно будет, — отозвался Олег. — И вообще лучше помалкивай. А то тебе эти менты устроят не завтра тридцать восемь, а сегодня сорок.

Судя по тому, как Тема вдавился в сугроб, попадать в милицию ему ни при каких условиях не хотелось.

Двое в форме вновь возникли на улице. Погрузившись в машину, они укатили.

— Встаем, отряхиваемся, — поднялся на ноги Олег, — и тихонько идем к метро. При этом желательно глядеть в оба. Не удивлюсь, если эти менты нам где-нибудь устроили засаду.

Однако засады не оказалось. Ребята беспрепятственно достигли метро «Киевская».

— Как же я сразу не сообразил? — уже в вагоне поезда сокрушался Олег. — Ведь твой отец заявил в милицию. Значит, ищут не только машину, но и Самойлова. Из милиции к нему и на работу, и в квартиру наведались. Нашли нашу записку. Дальше все ясно?

— Куда уж ясней, — кивнул Темыч. — Только ты зря, Олег, себя коришь. Даже если бы ты сообразил раньше, это ничего бы не изменило.

— Ошибаешься, — отвечал друг. — Мы хоть держались бы начеку с этой соседкой. А так чуть не попались. Хорошо еще меня что-то клюнуло не соглашаться на ее чай.

— Это что же теперь получается? — дошло вдруг до Темыча. — Мы у милиции в подозреваемых ходим?

— А ты бы на их мосте что, интересно, подумал? — отозвался Олег. — Они разыскивают невесть куда канувшего вместе с вашей машиной врача. Являются к нему на квартиру. Находят на двери записку якобы с работы. Но там милиционерам отвечают, что никто подобной записки не посылал. Менты принимаются за соседку. А она сообщает наши точные приметы. Совершенно ясно, что мы зачем-то врем. Но зачем? Тебе, Темыч, такое не показалось бы подозрительным?

— Показалось бы, — окончательно впал в тоску тот. — Чуяло мое сердце, допрыгаемся мы когда-нибудь с нашей самодеятельностью. Лучше бы сразу пошли к майору Василенко.

— Зато смотри, Темыч, как теперь весело получается, — попытался свести все к шутке Олег. — Ты попадаешь в главные подозреваемые. Милиция скоро тебя найдет и докажет, что именно ты спер у собственного отца обе машины.

— Не докажет, — на полном серьезе откликнулся Темыч.

— Почему это? — удивился Олег.

— Если бы я спер машины, зачем мне искать Самойлова? — привел веский, по его мнению, контрдовод Тема.

— Для отвода глаз, — привел новый довод Олег. — Чтобы тебя не заподозрили в его убийстве.

— Шуточки у тебя в последнее время дурацкие, — набычился Темыч.

— Извини, — хлопнул его по плечу Олег. — Это на нервной почве.

— Лучше бы твоя нервная почва подсказала тебе, что нам теперь делать, — проворчал Темыч.

— Пока я знаю только одно, — убежденно произнес Олег. — К этой квартире на Украинском бульваре нам теперь даже близко подходить нельзя.

— Лучше уж сразу пойти в милицию, — кивнул Темыч.

— Так сказать, явка с повинной, — вновь разобрал нервный смех Олега.

— Не смешно, — сохранял мрачное расположение духа Темыч.

— А, по-моему, очень даже смешно, — продолжал веселиться Олег. — Если мы чистосердечно признаемся, нам дадут самый маленький срок. Отсидим с тобой, Темыч, а потом на волю с чистой совестью.

— Чует мое сердце…

— Заткнись! — крикнул Олег.

Тут поезд подошел к станции «Проспект Мира». Ребята вышли и направились по домам.

Наутро Темыч принес друзьям ошеломляющее известие.

— Предку вечером позвонили из милиции. Прямо с утра велели прийти. Говорят, обнаружилась какая-то зацепка и отцу надо что-то там посмотреть.

— Машину, что ли? — поинтересовался Женька. Олег взглянул ему на ноги. Женька был в новых теплых кроссовках,

— Класс, да? — поймал он взгляд Олега. — Так что, Темыч, тачку нашли?

— Про это никакой речи не было, — откликнулся Тема. — Просто сказали: пусть предок приходит и что-то посмотрит.

— Может, портфель с документами обнаружился? — предположила Таня. — Или его подкинули?

— Вот дельце! — воскликнула Моя Длина. — Зашибись-умри! Прямо не знаешь, что искать.

— Главное — неизвестно, где искать, — добавил Тема и зашелся от громкого чиха. — Говорил же, — с упреком уставился он на Олега, — простужусь я в этом сугробе.

— Я-то чем виноват? — пожал плечами тот.

— Он еще спрашивает, чем виноват, — начала с мелодраматическим видом Катя. — Темик хотел прокатиться с дяденьками милиционерами в тепленькое отделение милиции. Там бы нашего Темочку напоили чаем с вареньем, а потом посадили бы в уютную комнатку под названием КПЗ вместе с какими-нибудь очень хорошо пахнущими бомжами. И Темочка остался-бы здоровеньким и веселеньким. А ты, Олег, что наделал? Продержал нашего маленького нежного Темочку в холодном сугробе.

Все, кроме Темыча и Олега, расхохотались. Эти двое уже сообщили им вчера по телефону о своих подвигах. Темыч хотел достойно ответить Кате, однако вместо этого опять расчихался.

— Конечно, очень смешно, — с неожиданно серьезным видом произнес Олег. — Но мне вдруг, знаете, что пришло в голову? Никиту Владимировича могли вызвать в милицию из-за нас.

— Почему из-за нас? — удивились друзья.