Проза. Страница 391

«Редко соединялись в такой степени, в таком полном равновесии два трудно сочетаемых элемента: сочувствие к человечеству и артистическое чувство», — восхищался «Записками охотника» Ф.И. Тютчев. Цикл очерков «Записки охотника» в основном сложился за пять лет (1847—1852), но Тургенев продолжал работать над книгой. К двадцати двум ранним очеркам Тургенев в начале 1870-х годов добавил еще три. Еще около двух десятков сюжетов осталось в набросках, планах и свидетельствах современников.Натуралистические описания жизни дореформенной России в «Записках охотника» перерастают в размышления о загадках русской души. Крестьянский мир прорастает в миф и размыкается в природу, которая оказывается необходимым фоном едва ли не каждого рассказа. Поэзия и проза, свет и тени переплетаются здесь в неповторимых, причудливых образах.

Однажды в Бар-ле-Дюке Монтень, увидев автопортрет короля Сицилии Рене, спросил: "Почему же нельзя позволить и каждому рисовать себя самого пером и чернилами, подобно тому как этот король нарисовал себя карандашом?" С ходу можно было бы ответить, что это вполне позволительно и что нет ничего легче. Если чужие черты порой бывает трудно уловить, то уж свои-то всякому хорошо знакомы, и даже слишком. Начнем же. Но едва мы приступили к этому занятию, как перо выпадает из рук: мы столкнулись с глубокими, загадочными, непреодолимымитрудностями. И вправду, за всю историю литературы многим ли удалось начертать пером собственный портрет? Пожалуй, только Монтеню да, может быть, Пепису и Руссо.

В «Рипе Ван Винкле» Ирвинг использовал европейский бродячий сюжет о «спящем красавце» – его герой, проспав в пещере 20 лет, как Фридрих Барбаросса, просыпается и не узнаёт родную страну…

В трилогии К. Г. Шильдкрета рассказывается о реформах, проводившихся Петром Великим, ломке патриархальной России и превращении её в европейскую державу.

В романе «Салават Юлаев» рассказывается об участии башкирского народа в крестьянском восстании под предводительством Емельяна Пугачёва.

Антисионистский роман-воспоминание о времени и людях, о писателях и литераторах. О литературных и не только кругах. И о баталиях, что шли в них.

Третья книга романа о Кретьене де Труа — о Кретьене и его Господе.

Центральное событие романа – знаменитая Грюнвальдская битва (1410 г.), в которой объединенные силы поляков, белорусов, литовцев и украинцев разгромили войска Тевтонского ордена. В романе представлена галерея исторических личностей – великий князь Витовт, король Ягайла, великий магистр Ульрик фон Юнгинген, князь Швидригайла, жена Витовта княгиня Анна и др.Книга рассчитана на широкого читателя.

Действие исторического романа «Кровавые сны», первого в цикле «Оборотень из Флиссингена», происходит в XVI веке, том самом, когда тысячи ведьм, колдунов, оборотней и магов горели на кострах. Немного позже люди начнут сомневаться в том, все ли казненные были виновными, еще позже – назовут инквизицию преступной, а жертвы – невинно убиенными. Но мир мальчишки XVI века был наполнен тем, что потом объявили вымыслом, его окружали колдовство и вера, сверхъестественное и чудовищное. Особенно если чудовищем, оборотнем, был он сам! Жестокие времена потребуют от героев мужества и терпения, на их долю выпадут страдания и смерти самых близких людей. Инквизитор Кунц Гакке – убийца и каратель, верой и правдой служащий королю Филиппу Испанскому и Римской церкви, искренне считает себя поборником справедливости. Он преследует тех, кого считает опасными для добрых католиков, чьи души инквизиция призвана защищать. Судьба оборотня Феликса сходится и расходится с идущим по его следу инквизитором на фоне войн, эпидемий, пыток и костров эпохи Возрождения. Проработка деталей поразительно точна: в «Кровавых снах» вы не встретите небрежности, в нем действуют реальные короли, военачальники, ученые, клирики, а наряду с ними такие деятели, как царь Симеон в Москве, верховные инквизиторы Испании, кардиналы, принцы, которые до сих пор не получили своего отображения в литературе, но упоминаются в исторических хрониках и переписке. Несмотря на фэнтезийный жанр, судьбы Феликса ван Бролина и Кунца Гакке искусно вплетены в контекст эпохи, описание которой удовлетворит самых привередливых гурманов-историков. Это роднит цикл про оборотня из Флиссингена с «Сагой о Рейневане» Анджея Сапковского, эталоном жанра исторического фэнтези. Характерной чертой «Кровавых снов» будет отсутствие в них однозначно светлых и темных тонов в описании людей. Никто из героев не безупречен: они действуют и мыслят, как живые люди (и нелюди) в достоверно прописанном мире второй половины XVI века, и главный герой иногда бывает жесток и равнодушен, а его антагонист-инквизитор – по-своему честен, и, безусловно, умен. Вереница увлекательных приключений придется по вкусу тем, кто ценит реалистичное сюжетное действо, насыщенное живыми эмоциями и непредсказуемыми интригами.

Сборник «Закат Карфагена» открывает серию «Вечный город», в которую войдут романы и повести, рассказывающие о возникновении, расцвете и крахе Римской империи. Это беллетризованная история интереснейшего периода в жизни человечества. «Все дороги ведут в Рим», — говорили наши предки, и по-прежнему жив Вечный город в нашем языке, философии, культуре. В первый выпуск вошли романы Г. Флобера «Саламбо» и Дж. Линдсея «Ганнибал», ставшие классикой исторического жанра.