Современная проза. Страница 316

— Не буду тратить ваше и своё время. Сделаю предложение сразу. Я готов инвестировать в вашу кофейню. Полностью. От ремонта до закупки оборудования. Лучшее место в центре. Мои финансы, ваши — концепция и душа.У меня перехватывает дыхание. Бесплатный сыр кладут в мышеловку. Илья резко выпрямляется в кресле.— На каких условиях? — в голосе мужа слышится вызов.Арсений медленно отодвигает от себя планшет и складывает руки на столе. Его взгляд скользит по мне, а потом возвращается к Илье.— Условие одно. И оно не для бизнеса. Оно личное.В воздухе повисает тяжёлая, звенящая тишина. Я инстинктивно вжимаюсь в спинку кресла.— Я предлагаю сделку, — продолжает он, не отводя от нас взгляда. Но обращается не ко мне, а к Илье. — Миллион долларов. Наличными. Сразу...

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В некоторых языках, у австралийских племён и народов Севера, существует грамматическое время «небудущее». Мистика происходит «сейчас» и «уже», а вот будущее далеко и неопределённо. Чудо живёт в настоящем, которое только притворяется будущим. Герои Владимира Березина, знакомые по «СНТ» и «Пентаграмме Осоавиахима», во главе с Владимиром Раевским видят преображённое настоящее, расходящееся, как тропки в саду Борхеса. Это мир, в котором победили не большевики, а толстовцы; кофе запрещён как наркотик. Среди северной равнины стоит бетонный волк, а в тихой городской воде живёт Царь рыб, смерть приходит к шахматистам, требуя доиграть старую партию, а гармонист спасает человечество от безумных идей страшного карлика. За всем этим отрешённо наблюдает со своего постамента бронзовый Розенталь. Возможно, то, что сегодня выглядит диковиной и фантастическим допущением, уже завтра окажется обыденной реальностью. Ведь таков великий закон писателей-демиургов, да и подобные превращения мы видели уже не раз…

– Володя? – спросонья принимаю вызов от мужа. – Так хорошо, Владимир Петрович? – вместо супруга в динамике женский соблазнительный голос. – Да, девочка моя, продолжай, – отвечает мой Володя. – Умеет так твоя клуша? – Не разговаривай! Продолжай молча. Меня парализует ужасом происходящего. Дальше вместо разговоров я слушаю их стоны и шумное дыхание, а еще то, как мой муж называет другую: “сладкой девочкой”. Не знаю почему я не сбрасываю звонок, позволяя себе все дальше проваливаться под лед. Но потом раздаются шаги и девушка шепчет мне в трубку: – Все услышала, старая курица? А теперь подвинься. Он мой. После двадцати пяти лет брака, становлюсь свидетельницей измены своего мужа с его секретаршей по телефону. Она просит меня подвинуться. А я, не стану бороться за того, кто месяцами обманывал меня. Вот только выяснится, что без моей поддержки он ничего не стоит, и будет утверждать, что это еще не конец. Но я настроена иначе. Это точка для нас. И не финал для меня.

На что способны две женщины, разозленные на одного мужчину? Тридцативосьмилетняя Хэдли устала от мужа-абьюзера и мечтает сбежать при удобном случае. Двадцативосьмилетняя Грейс чувствует себя обманутой: ее работодатель ничего ей не заплатил и, судя по всему, собирается ее уволить. А главное, это один и тот же человек – Фрэнк, который, видимо, просто привык пользоваться женщинами. Пришла пора ему отомстить! По воле случая Хэдли объединяется с Грейс. Они крадут деньги Фрэнка – два миллиона долларов! – и сбегают, забрав детей. Но интрига становится еще интереснее, ведь миллионы Фрэнка нажиты нечестным путем, и они нужны ФБР! Теперь за двумя милыми авантюристками охотится не только Фрэнк со своими подручными, но и спецслужбы. Удастся ли сбежать от погони? И что ждет их на пути к новой жизни?

Александр Етоев — удивительный мастер. Когда открываешь его книги, прозрачный и цветной воздух детства дует в лицо с их страниц, и дыхание перехватывает от запаха пыльцы оставшегося в прошлом рая. Плотный язык, непоседливый сюжет, парадоксальная образность, абсурдный и волшебный мир героев — все смешано в его прозе в пряный ароматный коктейль. И этот коктейль пьется залпом. В сборник включены две повести «Бегство в Египет» и «Порох непромокаемый», а также рассказ «Парашют вертикального взлета».        

Юля любит себя. Очень. Вот она в спортзале, вот с подружками в баре, вот на каком-то корпоративе… А вот и новое фото. Утреннее…Сердце замирает, а потом срывается в бешеное пике.Подпись: «Прекрасное начало дня!»Она сидит на кухне, очень похожей на ту, что я видела у неё на фото с корпоратива. В руках у неё чашка. Улыбка… довольной, сонной кошки. На ней — мужская рубашка. На голое тело. Застёгнута на одну-единственную пуговицу под грудью.Я узнаю её из тысячи. Из десяти тысяч. Серая, с мелкой, едва заметной клеткой. С тонкой голубой нитью, вплетённой в ткань. Рубашка, которую я купила мужу три года назад в Милане.

Весна приходит не только с талой водой и запахом мокрой земли — вместе с ней оживают забытые истории. То, что казалось навсегда утраченным, вновь дает о себе знать: первая любовь откликается нежностью, потерянные вещи возвращаются к своим хозяевам, а случайные находки вдруг обретают смысл. «Весенняя почта» — сборник из шести рассказов, уютных и чуть волшебных, о приметах, которые весна оставляет в сердце. Магия здесь прячется в мелочах: в кнопке зонта, в шуме половодья, в белом городе снов. И каждое письмо приносит надежду — простую и ясную, как весенний свет.

В восьмидесяти километрах от Уфы расположилась деревня. На картах она обозначена, как Новофедоровка, но для чувашей это ҪӗньЯл – место, где магия вплетена в повседневность. Здесь верят: если приснился покойник – не ходи за ним, а под матрас младенца обязательно клади ножницы. Автор вырос в этом мире, где бабушкины обряды лечат лучше врачей, а в озере спит дракон Аҫтаха. Это не сборник страшилок, а живые истории о детстве, любви и чудесах, которые случаются на самом деле.

Ростовская область, хутор Богданов, река Верхний Донец, бесконечные камышовые заросли, чеховская тоска, разлитая в воздухе. Именно здесь получил приход молодой священник отец Сергий, а точнее, его сюда сослали из-за конфликта с церковным начальством. Отцу Сереже все кажется странным, а сам он неуместным: ездит на голубой «тесле», носит модные кроссовки, простые горести и радости местных жителей его пугают. Несмотря на «мирские» атрибуты, Сергей – глубоко верующий человек, когда-то не сомневавшийся в своем призвании, но теперь оказавшийся в глубоком кризисе. Постепенно священник втягивается в дела окружающих людей: бизнесмена Дуброва, поднявшегося на не самых честных делах в девяностые, старух-атеисток и подростка, сына алкоголички. Ему не раз придется делать сложный выбор, через который он вновь обретет свой путь.«Отец Сережа» – зрелая, глубокая проза, наследующая традиции русского реализма, прежде всего Чехова, и русского модернизма. Щемящая, пронзительная интонация, с которой Марина Чуфистова говорит о людских поступках, растворяется в печальном степном пейзаже.

Она казалась с виду обычной девушкой, люди не слишком тянулись к ней, хотя только лишь от того, что не знали внутреннего мира и судили её по внешности. Она так же не слишком любила людей, говорила даже, иногда ненавидела. А вот животные и насекомые всё время вторгались в жизнь... Её часто можно было увидеть с жуком на руке или венком-букетом...