Все всегда бывает в первый раз, подумала Лю Сюй. При этом у нее совершенно не возникло порыва немедленно бежать к телефонной будке, что ее саму немного удивило.

– Помнишь суп из древесных грибов и фиников, который я тебе давала позавчера? – спросила она.

Вэнь Сюцзюань кивнула.

– Я приготовила его дома и привезла специально для тебя, он был в пластиковом контейнере. Я дала тебе его перед обедом, а ты съела его уже после, верно?

Подруга медленно кивнула. Это было два дня назад, и она все четко помнила.

– Очень вкусный суп. С ним… были какие-то проблемы?

Лю Сюй вспомнила, что Вэнь Сюцзюань сначала не хотела есть, положила контейнер на кровать, а после обеда принялась за суп только после уговоров Лю Сюй, которая настаивала так, словно дарила сокровище.

«Она не считала меня отравительницей, поэтому в итоге все съела», – с досадой подумала Лю Сюй.

Пластиковый контейнер был перевязан веревкой.

– Я помню, ты сразу же развязала узел, – сказала Лю Сюй.

– Это разве не был простой… – Вэнь Сюцзюань вспомнила, – узел-бабочка?

– Нет, не должен был. Я завязывала другим узлом, таким, как учил отец, а он освоил его в армии. Такие редко встречаются, и обычно тем, кто с ним сталкивается впервые, требуется время, чтобы понять, как развязать что-то подобное. И когда ты просто потянула, у меня возникло ощущение, что это был не тот узел, который сделала я. Но я не стала об этом думать, пока вчера вечером не вспомнила эту деталь…

Вэнь Сюцзюань застыла, краска сошла с ее лица, оно стало безжизненно белым, словно неестественным.

Конечно, она была настороже, но яд уже давно попал ей в желудок. И неизвестно, сколько раз.

Каким бы крепким ни казался человек, и у него могут быть моменты фрустрации, подумала Лю Сюй. В этот момент она не смогла смотреть на подругу, поэтому отошла позвонить.

Набирая Лю Чжиюна, Лю Сюй чувствовала себя марионеткой. Она услышала строгий голос отца.

Соврала ему, что звонит по телефону, который находится внизу в общежитии, сказала, что плохо спала накануне ночью и поэтому в обед отсыпалась в комнате. А потом рассказала о своих занятиях за последние дни, особенно уделяя внимание программе занятий по анатомии.

– На следующей неделе ты должна обязательно наверстать упущенное, – приказал Лю Чжиюн. – Ты действительно не похожа на мою дочь. Я выжил среди гор трупов и моря крови в Лангшоне[9].

В конце концов Лю Сюй так и не рассказала ему об отравлении.

Хотя убийца охотился не за ней, но это все равно было самое серьезное событие за всю ее жизнь. С первой секунды телефонного разговора она колебалась, говорить ли вообще об этом, пока не осознала, что время ушло, раз она не сказала сразу же, если только не собиралась признаться во лжи. Значит, надо скрывать! В тот момент, когда она приняла это решение, ей показалось, что жизнь вернулась к ней, и сердце снова гулко забилось.

Песок из внутренних песочных часов Времени, казалось, в этот момент начал вытекать, и осознавшую это Лю Сюй охватило ощущение абсурда. Жизнь подруги находится под серьезной угрозой, но это стало шансом для нее самой.

Шансом стать самой собой. Но независимо от того, означает это рай или ад, Вэнь Сюцзюань абсолютно точно должна быть в порядке.

Она не могла не задаться вопросом, что бы сделал Лю Чжиюн. Он бы без промедления обратился в полицию, передал дело в руки профессионалов, которым можно доверять. Он любил стражей правопорядка, что было естественно для человека, так сильно связанного с армией.

Наверное, действительно следовало обратиться в полицию, но, как сказала Вэнь Сюцзюань, можно еще подождать чуть-чуть.

В самом конце разговора отец сказал ей, что Го Кай на выходных приедет из своего вуза и в субботу придет к ним на обед.

– Вы же давно не виделись, – сказал отец. – Он целеустремленный парень, такой же, как я.

По телефону, к счастью, он не мог видеть выражение лица дочери.

«Может, придумать причину, чтобы не ехать домой на этой неделе?» – подумала Лю Сюй. После ее телефонного звонка Вэнь Сюцзюань уже пришла в себя. Она спросила о разных деталях, связанных с пластиковым контейнером, и, убедившись, что с ним действительно кто-то что-то делал, подруги стали вспоминать, перечисляя по очереди, у кого была возможность приблизиться к нему.

Но они быстро поняли, что это бессмысленные усилия. Вэнь Сюцзюань ела медленно, тщательно пережевывая каждый кусок, прежде чем проглотить, в результате чего она и Лю Сюй по скорости еды отставали от других, поэтому у каждого было время на совершение преступления. Дело затрудняло и то, что Сы Лин обычно любила утащить остальных соседок по комнате с собой на обед, словно назло Вэнь Сюцзюань. Позавчера так и произошло, остальные пять соседок по комнате не ели в той же столовой, где обедали Вэнь Сюцзюань и Лю Сюй. Когда они закончили, уже невозможно было узнать, кто отсутствовал или сидел в комнате, но успел уйти.

Проблема заключалась в том, что Вэнь Сюцзюань не могла расспросить ни одну из них. Если отравитель – ее соседка по комнате, значит, существует одна пятая шанса, что она будет расспрашивать преступницу о ее же преступлении.

– Возможно, у меня есть лишь один способ, – сказала Вэнь Сюцзюань.

Она не стала продолжать, так как обе с ужасом обнаружили рядом с собой Фэй Чжигана.

Неизвестно, как давно он там стоял, и непонятно было, мог ли он слышать их разговор или нет.

Вероятность того, что отравитель – девушка, наиболее велика, потому что ей это было удобно сделать. Но точно ли невозможно, чтобы это был юноша? Совсем не обязательно, потому что мужское и женское общежития в медицинском университете вовсе не так отличались, как в других учебных заведениях. В здании, где жила Лю Сюй, на первом и втором этажах располагались комнаты женского общежития, а на третьем и четвертом – мужского, номер комнаты их одногруппников – 301.

Когда они увидели Фэй Чжигана, тот смотрел на них. От его пристального взгляда у Лю Сюй возникло впечатление, что ее изучают. Когда их взгляды пересеклись, Фэй Чжиган рефлекторно отступил, отвел взгляд, но, естественно, лишь на короткое мгновение. Потом он, улыбаясь, кивнул головой в знак приветствия и сказал:

– Какое совпадение!

Из-за спины Фэй Чжигана появилась Сы Лин, при виде Вэнь Сюцзюань на ее лице появилось ничем не прикрытое выражение неприязни. Она несколько утрировано взяла парня под руку. Они с Фэй Чжиганом были парой, и добивалась его именно она, об этом тоже все знали. Но в университете они никогда не показывали своей близости.

– Пошли, – сказала она Фэй Чжигану, а затем с каменным лицом повернулась к девушкам, стоявшим напротив. Парень смущенно улыбнулся, словно прося прощения, после чего она его утащила.

– Они только что вышли из парка? – спросила Вэнь Сюцзюань.

– Возможно, – неуверенно ответила Лю Сюй. Ей показалось, что в глазах Фэй Чжигана было что-то странное.

Отчет о проверке стал неожиданностью для Лю Сюй: все чисто, в воде ничего не нашли.

А она уже приготовила оправдания, почему в воде родственника с манией преследования действительно есть яд.

Но его не оказалось.

Лю Сюй спросила, не перепутали ли образцы, но старшекурсник недовольным тоном заверил ее, что ошибки нет.

– Неужели ты действительно верила, что в воде есть яд? – спросил он.

– Да нет, ты что? – поспешила оправдаться Лю Сюй. – Мой дядя – человек с очень трудным характером, ужасно подозрительный, это я от его имени спросила. Естественно, там яда не могло быть, я и не верила в это.

– Ты очень искренняя, – студент с улыбкой смотрел на Лю Сюй. – Я тебе помог, а как ты меня отблагодаришь? Пригласишь на ужин?

Лю Сюй замерла, а студент расхохотался со словами:

– Да это шутка, естественно, я тебя приглашаю.

– Ой, но сейчас… – На лице Лю Сюй появилось смущение и напряжение, потом она сказала, что у нее дела и она не может отлучиться.