Император следил за ней непонятным взглядом, а Лайлин продолжала свою речь, словно это была ни к чему не обязывающая светская беседа:

- Но пусть этот случай не бросит тень на многолетнюю честную службу чиновника Сандара. Он через десять дней приходил проверить, действительно ли был такой купец по имени Вэй, записанный седьмым мужем, но мы его и тут убедили, что купец Вэй через неделю уехал в Там-Бин, зарабатывать деньги. К чести чиновника Сандара будет сказано, что он искал этого купца даже в Там-Бине, однако трудно найти того, кто не существует в природе.

Раздался смех, густой веселый мужской и прелестный серебристый женский. Улыбаясь в ответ, Лайлин отметила про себя, что женщина прекрасна. Прекрасна и счастлива.

Лайлин с достоинством поклонилась. Ее утомлял этот фарс, хотелось поскорее очутиться дома и как следует вымыться. И это пока ее эмоции отключены. А что будет, когда она сможет чувствовать...

Однако император, закончив смеяться, спросил:

- Ответь женщина, с кем ты заключила то пари?

Действительно, с кем? Кто этот чужой опасный человек, с которым она сейчас говорит? Она его совершенно не знает, да и знала ли когда-нибудь? Знала ли она когда-нибудь того человека, которого она любила все эти годы? Но молчать нельзя, светская беседа должна быть продолжена. Кроткая улыбка:

- Это был гость в нашем доме.

- Гость?

- Да, Ваше Императорское Величество, просто человек, который остановился у нас на несколько дней.

- И что же было предметом спора? - взгляд у императора был тяжелый.

- Ах, Государь, Вы заставляете меня краснеть... Одна мелочь, безделушка. С Вашего позволения, я хотела бы преподнести ее Вам вместе с другими подарками.

- Хорошо. У тебя будет такая возможность. Завтра. Свободны.

Он сделал жест рукой, отпуская Лайлин вместе с ее семейством, а сам снова стал ласкать женщину, сидящую рядом.

Глава 13.

Обратно добирались в полном молчании. Говорить не хотелось никому, опасность, нависшая над ними, ощущалась кожей. Придя домой, Лайлин сразу ушла в свою комнату, она давно уже мечтала хорошенько помыться, к ней как всегда зашел Ханг.

- Что скажешь, господин старший муж? - спросила женщина, сидя по горло в наполненной горячей водой огромной деревянной лохани.

- Скажу, что за сегодня я раз десять благословил покойного императора Мин-Кай-Лаон-Сит-Сэнга, - еле слышно пробормотал Ханг.

Лайлин накрыла смеховая истерика.

- Я рад, что тебе весело, Госпожа моя. Но что нам всем делать?

- Скажи, Ханг, что ты любишь больше, деньги или меня?

- Зачем ты спрашиваешь такие обидные вещи?

- Э, мой друг, я спрашиваю совершенно серьезно. Потому что в отличие от покойного императора Мин-Кай-Лаон-Сит-Сэнга, любившего нескромные разговорчики, этот... - она не стала уточнять, что имела в виду своего седьмого мужа, - Настроен на куда более жестокие развлечения. Сейчас он будет играть с нами как кот с мышью, то запустит когти, то даст отбежать чуть-чуть. Веселая игра... Только если что-то пойдет не так, нам всем не сносить головы.

Ханг согласно кивнул, продолжая натирать мочалкой любимое тело своей любимой Госпожи и одновременно размышляя, заменят ли ему деньги все это...

- Ханг, скажу тебе честно, после завтрашнего визита во дворец, я собираюсь бежать в горы. Здесь нас все равно не оставят в покое. И потому хочу спросить всех, кто поедет со мной. Я понимаю, о чем говорю, и никого не собираюсь неволить.

- Моя золотая девочка, ты просто гадкая девчонка, которую надо как следует наказать, если думаешь, что, мы разведемся с тобой, и я останусь здесь, сидеть на своих деньгах. Пропади они пропадом...

Она резко обняла его, крепко стиснула и потащила на себя. Ханг не удержал равновесие, смешно замахал руками, валясь вниз головой в лоханку с водой. Только ноги взлетели. Потом были фонтаны брызг, барахтание, смех. Наконец, вынырнув окончательно и отплевавшись, он смог выговорить:

- И ты хочешь, чтобы я от этого отказался?

- Я хочу, чтобы ты и вы все остались живы.

- Лайлин, это надо обсудить со всеми.

Никто от нее не отказался. Тогда Лайлин подчеркнула, что им придется жить в бедности и безвестности, в горах на севере.

- Там холодно, там снега. Работать придется самим. Все придется делать самим!

- Лайлин, там ведь живут люди? - спросил самый молодой из ее мужей Пинар-Заг-Ван, которому недавно исполнился двадцать один год.

- Да, конечно, живут.

- И что? Одиннадцать мужчин не прокормят себя и одну женщину, которая и сама умеет ткать, готовить, охотится, и вообще, владеет оружием лучше многих из нас? Ханг, я думаю, сейчас выражу мысли всех. Быстро собираем самое ценное, а после завтрашнего посещения дворца, исчезаем.

- Я куплю лошадей еще, - сказал Шенг.

- Возьми несколько запасных, Тушу Гарана ни один конь долго не потащит, - подколол Ун-По.

- И побольше бамбуковых шестов - Гаран в долгу не остался.

Ханг тут же вмешался, чтобы важный этап подготовки не перетек в радостную потасовку:

- Все. Быстро собираем самое ценное. Пай, ты проследишь, только, чур, не прятать опиум каждой котомке!

Пай, Минг, Тиймун, Танар-Си и Ван-Шен начали дружно оправдываться, но Ханг отмахнулся от них, обернувшись к начальнику городской стражи:

Ун-По, ты сможешь прикрыть нас верными людьми?

Тот кинул.

- Наш уход будет, кому прикрывать, есть у меня люди, которые отвлекут внимание на себя.

- Оооо, как я мечтал об этом всю свою жизнь, - блаженно подкатил глаза престарелый философ Деу-Сэй-Хо-Фэн, - Быть в бегах, скрываться, жить в лесу... Какое счастье. Наконец-то я выползу из кабинета и увижу настоящую страну Ши-Зинг, ее народ, горы...

- Да, господин философ, и работать руками будешь по-настоящему! - не удержался Шенг.

- И ключевое слово здесь 'по-настоящему', - малопонятно ответил философ.

Лайлин глядела на свих мужчин и слезы гордости наворачивались на ее глаза. Однако, у нее тоже есть дело - собрать подарки для своего седьмого мужа. Бывшего. Или не существовавшего? Не важно. Надо подготовиться и выглядеть так, чтобы он ничего не заподозрил. Главное, ничего не чувствовать.

***

Император Джан-Кай-Лаон-Сит-Вэй лежал, откинувшись на подушки, его любимая молодая жена Мейди спала рядом. Он утомил ее ласками и насытил блаженством. Он насытился сам.

Так какого же черта он думает о той женщине, имеющей кроме него еще одиннадцать мужей?! Какого?! Зачем он вызвал ее во дворец сразу, как только как сел на трон и чуть-чуть разбросал свои дела? Зачем? У него же полно наложниц. Прекрасных, молодых, жаждущих его. У него, в конце концов, любимая молодая жена.

Он не знал.

Эта женщина сделала вид, что не узнала его. Император зло усмехнулся. Сказала, все, что между ними было - маленькое смешное недоразумение. Что ж, посмотрим, кому будет смешно, и кто будет смеяться последним.

Император закрыл глаза, сделал над собой усилие и заснул. Во сне он увидел искрящиеся счастьем серые глаза с янтарными прожилками, они с любовью смотрели на него, и мужчина Вэй снова был, как тогда, безоблачно счастлив.

***

Собирались всю ночь. К утру то необходимое, что семейство Лайлин планировало взять с собой, было компактно упаковано и подготовлено к выезду. Лошадей, которых приобрел Шенг через верного человека Уна-По, оставили в надежном месте.

Ханг (не стоит недооценивать господина старшего мужа, тоже имел своих верных людей), успел за ночь провернуть за ночь несколько комбинаций, в результате которых на счетах некоего провинциального банка, расположенного в одной неприметной дыре, появились средства на предъявителя. И по негласной договоренности между коллегами, средства на этих счетах должны были пополняться тайно, но регулярно.