— Иду, — одержимая встала и уверенной походкой зашагала прочь от моей постели. — Передай Степану Геннадьевичу, что я спущусь через несколько минут. И обязательно предложи ему выпить.

— Уже предложила.

— А он?

— А он выпил.

— Чудесно.

Дальше горничная охнула и спросила:

— Алексею Николаевичу всё так же худо?

— Ничего-ничего, — ответила тварь. — Я верю, что мой брат поправится. Он сильный. Главное не срывать график приёма лекарств, — после этих слов она повернулась ко мне и грустно улыбнулась. Гадство, интересно, это Жизнь так неудачно меня в чужое тело впихнула, или же имеет место быть коварный план?

Демоница тем временем вышла из комнаты, заперев дверь на ключ. Прелестно, выходит, что я тут что-то вроде пленника. Попытавшись приподняться на кровати я понял, что новое тело почти не слушается меня. Так ладно, а что с магией? Обратившись к источнику я попытался вытянуть из него хотя бы крупицу силы, но тщетно. Словно какой-то барьер не давал крохам силы двигаться. Вторая попытка добиться результата закончилась волной невероятной боли, а в следующее мгновение я отчетливо понял одно — мое новое тело собирается к праотцам. И сейчас у меня всего лишь несколько минут, чтобы всё исправить, ну или мне предстоит встреча уже совсем с другой сущностью. Ну, Жизнь, удружила, ничего не скажешь!

Приступ боли тут же отошел на задний план, и я предпринял третью попытку достать до силы. На этот раз мои усилия все же дали результат, однако не совсем такой, какой мне был нужен. Вместо того чтобы пробить пелену, закрывающую мне доступ к силе, я каким-то образом смог повлиять на саму пелену, и она изменилась. Исчезла чернота, и появилась прозрачность, благодаря которой я смог заметить рой искр, что прятались под ней.

Неожиданная надежда придала мне сил, ведь эти искры выглядели почти так же, как мой дар, мой родной дар! Неужели Жизнь дала мне нормальное тело? Если так, то я даже готов ей простить искореженный источник и семейку с демонами, хе.

Собрав всю волю в кулак, я ударил по пелене еще раз, и ее таки прорвало. Изменения в теле я почувствовал сразу же. Во-первых, боль, она изменилась, стала другой, более живой, что ли. Такое сложно объяснить словами, но теперь я чувствовал, что не подыхаю, а наоборот, у меня появился шанс исцелиться.

Аккуратно двигая искры по тонким, недоразвитым каналам, я видел, как они собирают вокруг себя всю грязную энергию из моего тела. От желания побыстрее очиститься от этой гадости я на мгновение забыл о том, что это тело далеко от нужных кондиций, и расплата пришла сразу же. Очередной болевой приступ, на этот раз сопровождаемый рвотными позывами. Лишь чудом я успел бросить свое тело к краю кровати, а там мне повезло вдвойне, потому что голова моя оказалась прямо над ведром. Дальше себя сдерживать я был не в состоянии и позволил организму вытолкнуть из себя грязь.

Непонятная жижа черного цвета с красными вкраплениями рванула таким потоком, словно меня только ей и кормили. Хотя, может, это так и есть. Уж назвать демонов заботливыми не получится даже при очень большом желании. Сплевывая горькую черную слюну, я оттолкнул себя руками обратно и рухнул на подушку. Сердце в груди бешено двигалось, а уж какие я испытывал ощущения, прямо вкуснота. Впрочем, в прошлом мире мне бывало и не через такое приходилось проходить, так что я задавил недовольство и принялся анализировать окружающее пространство.

Комната, в которой я находился, была обставлена очень просто. Стены в побелке, деревянный пол, который стоило бы покрасить, да и сама кровать, на которой я лежал, была не то чтобы сильно удобной. Возможно, это какой-то чулан, но что-то мне подсказывает, что дело в состоятельности моей новой туши. Кстати о ней. Глядя на тонкие, почти детские руки, я улыбнулся. Жизнь дала мне молодое, почти детское тело. Можно было назвать это минусом, но минус — это когда твои колени скрипят от каждого движения, а бег дольше тридцати секунд чуть не отправляет тебя к предкам. Так что тут всего лишь временные неудобства. Восстановлю источник, выжгу грязь внутри себя, а потом возьмусь за само тело. Полгода нормального питания и физической активности, и все изменится. Жаль только зеркала под рукой нет, хотелось бы посмотреть, какое у меня теперь лицо.

Тихий скрип двери заставил меня вынырнуть из размышлений, и я увидел ту же тетку, что приходила несколько минут назад.

— Алексей Николаевич, миленький! — она кинулась к кровати, чуть не споткнувшись о то самое ведро, — боги услышали наши молитвы, наконец-то ты открыл глаза!

— Женщина, ты кто?

Мой вопрос явно застал ее врасплох. Тетка замерла, после чего уставилась на меня испуганным взглядом.

— Степанида Игоревна я, — наконец-то произнесла она, — служанка ваша. Алексей Николаевич, как же так, я же тебя с вот такого вот росточка кормила, — в ее глазах блеснули слезы, — что ж теперь будет-то? Ой, надо срочно сказать Екатерине Всеславовне! — служанка спохватилась и дернулась было в сторону выхода, но я успел схватить ее за руку.

— А вот этого не надо, — я отрицательно покачал головой, — лучше вылей это ведро и промой его. А потом возвращайся, мне нужен кто-то, кто освежит мою память. Видимо, болезнь выжала из меня все соки.

— Как есть выжала! — энергично закивала Степанида. Имя еще какое интересное.

— Ну так что, сделаешь? — я с трудом улыбнулся, — сама видишь, без твоей помощи мне никак.

— Ой, Алексей Николаевич, только мне нельзя, — Степанида покачала головой, — Екатерина Всеславовна наругает. Разве что только вечером, когда госпожа поедет к друзьям.

— Отлично, вечером даже лучше, — я кивнул, — ты главное ведро не забудь. А теперь иди, а то и правда наругает сестрица.

Служанка кивнула и, подхватив ведро, направилась к выходу, а я прикрыл глаза и усмехнулся. Без памяти этого тела придется туго, а с другой стороны, так даже лучше. Нет привязанностей, нет болезненных воспоминаний, а то такие вещи всегда влияют на принятые решения.

Успокаивая дыхание, я прокручивал в голове свои дальнейшие планы. По-хорошему, надо закрывать вопрос с тварью, что засела в теле сестры моего нового тела. Судя по преображениям, демон сожрал ее сущность, увы, но ее уже не спасти. Обычно, когда меняются глаза, это значит, что демон уже сожрал душу. Даже если сжечь тварь, вернуть человека уже не получится. В лучшем случае это будет пустая оболочка. Да, она будет есть, спать, испытывать все то, что испытывает живой человек, но души в этом теле больше не будет. Как по мне, милосерднее убить.

От нечего делать я решил вновь попробовать погонять искры по телу, и на этот раз процесс пошел намного легче. Минут двадцать я прогонял энергию по телу, потихоньку разбираясь с тем, что со мной произошло.

Судя по всему, где-то полгода назад, если судить по источнику, у этого парня случилось пробуждение. Обычно в этот момент источник выдает сильный импульс, чтобы носитель точно понял, в чем дело. Видимо, ему не повезло, и в тот момент рядом с ним оказался кто-то из демонов. И вот результат: источник почти уничтожен, а парень благополучно отошел к предкам. А все из-за редкого дара, редкого и очень опасного для тварей. Вот и выходит, что фактически сейчас у меня в груди теплится источник Света, такой же, как и в моем прошлом мире. Правда, он не развит от слова совсем, но разве это проблема? Главное, что я снова молод, у меня есть магия и шанс, шанс все исправить. И на этот раз я не дам тварям уничтожить мир, и плевать, какой ценой!

Гостиная.

— Взвар у вас как всегда выше всяких похвал, Екатерина Всеславовна, — Семен Геннадиевич улыбнулся, и его усы смешно дернулись, — но я пришел, дабы проведать вашего брата. Сами понимаете, порядок есть порядок.

— Понимаю, господин инспектор, — Екатерина кивнула и тяжело вздохнула, — но мой брат плох. Мы стараемся ему помочь, но после потери родителей и того удара ему с каждым днем все хуже и хуже. Боюсь, он не дотянет до своего восемнадцатилетия, — в глазах девушки блеснули слезы, — даже не знаю, что мне делать.