Она нерешительно подчинилась. Доусон был готов увидеть гнев, страсть – даже ледяной холод, но сквозившие в ее взоре мука и боль захватили его врасплох. Ее губы невольно раздвинулись. Она не могла не уступить его страсти – и безмерно страдала от собственной слабости. Гарет ее понимал. Ведь и он точно так же не в силах был совладать с собой. Накатившая на него волна нежности поразила его.

Он порывисто прижал Анжелику к себе и зашептал, прижимаясь щекой к ее макушке:

– Я знаю, милая. Я знаю, что это за боль, ибо сам терзаюсь ею.

Анжелика, не поднимая головы, прошептала:

– Гарет… я должна поспешить домой. Мои родители… Они сходят с ума от страха, а Карлос… Гарет, лишний золотой сейчас не так уж важен.

При упоминании о деньгах он застыл, отстранился и заглянул ей в глаза. И увидал в них такую мольбу, что мигом забыл о гневе. Анжелика не пыталась притворяться и скрывать, что при желании он мог овладеть ею на этом самом месте. Но как бы он ни хотел ее, Гарет не смог остаться равнодушным к ее мольбам. Он улыбнулся и легонько поцеловал ее в губы.

– Хорошо, милая.

Не прошло и минуты, как оба уже сидели верхом, он крепко прижимал Анжелику к себе, и конь резвой рысью направлялся к асиенде. Гарет больше не пытался завязать разговор. У него не было слов, чтобы описать бурлившие в груди чувства… у него вообще не было слов.

Глава 6

Анжелика нервничала все сильнее, и Гарет озабоченно хмурился. Солнце уже почти стояло над головой, и вот-вот должен был показаться ее дом. Доусон чувствовал, как отчаянно бьется сердце его спутницы. Она не произнесла ни слова с тех пор, как они вернулись на главную дорогу, однако Гарет явственно ощущал ее растущее нетерпение.

И вот наконец они достигли цели. Доусон окинул взглядом безлюдный сад. Тишина казалась зловещей. Жеребец захрустел камешками на тропинке, и на крыльцо выскочила мать Анжелики, на лице которой явственно читалось облегчение. За ее спиной Гарет заметил мужчину. Теперь Доусон понял, почему появление на. свет Анжелики вызвало столько кривотолков. Стоило только взглянуть на этого коренастого невзрачного типа, которого Анжелика называла отцом, и других доказательств неверности Маргариты Родриго не требовалось Его облик даже отдаленно не напоминал об изысканности правильных черт Анжелики и ее грациозной фигуре. Однако в темных глазах, устремленных на Гарета, горел родительский гнев и отчаянная решимость защищать свое дитя. Увы, как ни печально, сия решимость изрядно запоздала.

Гарет принял вызов. Он вовсе не чувствовал себя виноватым, что поддался чарам Анжелики. По правде сказать, этот Родриго должен был радоваться, что первым у нее оказался Гарет, а не кто-то другой. Он ни в чем не виноват. И вел себя честно по отношению к Анжелике. Он любил ее нежно и пылко, а взамен Анжелика получила немало золотых монет.

В отличие от Гарета гнев Родриго не оставил равнодушной Анжелику. Она так задрожала, что Гарет готов был развернуть жеребца и уехать прочь, но вместо этого неохотно спешился и помог слезть Анжелике.

Она тут же подбежала к отцу, и Гарет вдруг понял, что причина терзавшего ее страха не родительский гнев. Нет, ее пугало то, что отец оказался дома в столь неурочный час.

– Папа, почему ты все еще дома? Что-то случилось? С Карлосом?

Хуан Родриго ответил, по-прежнему не спуская глаз с техасца

– Карлос у себя в комнате. Он еще слишком слаб, чтобы подняться с постели. Если в тебе осталась хоть капля жалости, загляни к нему и успокой. Он слишком переволновался.

– Папа, мама простите меня я…

– Ничего не желаю слушать. Ступай в дом, Анжелика. Она поспешила подчиниться и тут же скрылась, так и не обернувшись на упрямо торчавшего возле дверей Гарета

– А вы, сеньор – отчеканил Хуан Родриго – Вы сию же минуту уедете отсюда и больше не вернетесь Отныне Анжелика прекращает с вами всякие отношения.

Повелительным жестом Хуан приказал жене уйти в дом и сам направился следом. Это был немногословный человек, и он сказал все, что считал нужным.

С трудом сдерживая нетерпение, Анжелика поспешила в каморку. У дверей ей пришлось на секунду задержаться, чтобы хотя бы внешне выглядеть спокойной. Со времени последнего приступа Карлоса прошло уже два дня. Еще никогда он не оставался в постели так долго – даже после самых сильных приступов. Стараясь не думать о том, что что значит, Анжелика зажмурилась и крепко сжала лежащие в кармане монеты Несколько золотых как мало! Ей нужно намного больше

Она толкнула дверь – и чуть не разрыдалась при виде восторга, вспыхнувшего на бледном изможденном личике Карлоса.

– Анжелика! – Он обхватил ее шею худыми руками и прижал к себе что было сил. Мокрое от слез лицо приникло к ее щеке, и брат зашептал ей на ухо – Я так рад, что ты приехала! Папа ужасно сердился, и мама тревожилась. Я слышал, как они говорили, будто тебя видели вместе с техас– цем и что теперь в деревне все про это знают. – Тут Карлос отстранился и серьезно посмотрел ей в лицо – А я им сказал: если ты решилась поехать с ним, значит, он хороший человек и сумеет о тебе позаботиться И нечего так бояться! – Его голос вдруг прервался, и Карлос потупился – Но только ты больше не пропадай так, Анжелика Я я тоже боялся Я боялся, что ты больше не вернешься к нам

На мгновение Анжелика утратила дар речи Она заметила, как ослаб Карлос за эти два дня. и ощутила новую волну паники Ей не сразу удалось собраться с силами и улыбнуться брату. Вытирая ладонью его мокрые от слез щеки, она промолвила.

– Прости меня, Карлос. Я тоже ужасно рада, что вернулась домой Так случилось, что я не смогла вас предупредить А сейчас, если ты пообещаешь никому не говорить, я поделюсь с тобой тайной.

– Какой тайной, Анжелика? – Детское любопытство с легкостью вытеснило остатки печали.

– А ты обещаешь молчать?

– Да.

– Ну хорошо. Смотри, что у меня есть! – И она жестом фокусника вытащила из кармана золотые монеты, ярко блеснувшие на ладони Стараясь улыбаться как можно беззаботнее, она тихо добавила. – Мне удалось их заработать Скоро их наберется столько, что хватит на поездку к доктору и твое лечение! И тогда все у нас наладится, правда?

Карлос обомлел при виде такого богатства. Он осторожно потрогал монеты и лишь потом взглянул на Анжелику.

– Да, я был бы очень рад. Мне совсем не нравится валяться вот так в постели целыми днями. Но я чувствую себя слишком усталым, чтобы подняться и выйти во двор. Падре Мануэль сказал, что это скоро пройдет Он навещает меня по нескольку раз в день. – Тут его внимание привлек гул голосов за дверью. – Падре Мануэль он здесь, Анжелика.

Она мигом спрятала монеты обратно в карман и прижала к губам палец:

– Помни, это наша тайна!

– Конечно, Анжелика. – Судя по довольной улыбке, он был горд разделить эту тайну с сестрой. В комнату вошел священник.

– Добрый день, Анжелика, – едва кивнул он девушке. С трудом скрывая тревогу, падре Мануэль первым делом направился к больному. Однако Карлосу явно не хотелось отпускать сестру, и священник решил смириться с ее присутствием:

– Итак, Карлос, сестра снова с тобой. Надеюсь, родители позаботятся о том, чтобы Анжелика больше не пропадала невесть куда.

– Анжелика ужасно сожалеет о том, что причинила столько беспокойства. Правда, Анжелика? – И Карлос решительно добавил: – Она хорошая сестра, падре. Вы ведь не станете на нее больше сердиться? – Малыш не отводил взгляд от лица священника. От напряжения на его бледном лбу выступила испарина, и падре Мануэль поспешно кивнул, однако ответ его звучал уклончиво:

– Мы все рады, что Анжелика снова с нами. Твой папа сказал, что техасец довез ее до самого дома и что, судя по ее виду, о ней хорошо заботились эти два дня.

– Да, с ней все в порядке, и раз она вернулась, я тоже скоро поправлюсь.

– Конечно, Карлос. – Старик озабоченно пощупал его лоб и обратился к встревоженной Маргарите: – Вы не забывали давать лекарство?