Вспоминаю, как Ярина упала в наш мир, оседлав тушку оленя. А ведь если бы я чуть подзадержался тогда с Морриганом, то сам бы ее поймал. Ну, ничего, – уже моя заноза, больше никуда не убежит.

— Ваша Светлость, у тебя точно глисты! — быстро тараторит Федорова, грубо отклеивая от своей коленки мою конечность.

— С чего бы это вдруг?

Дуется, как еж.

— Так слюна вон в уголке губ скопилась! Сейчас весь пол зальешь.

Зараза щекастая!

От дальнейших поползновений ее спасает появление Сардара, которое, благодаря драконьему чутью, я улавливаю гораздо раньше Яры, и осторожно ссаживаю девушку со стола.

Щеки у этой скромницы красные, как у помидора, но она очень быстро берет себя в руки, полностью вовлекаясь в процесс. Повезло мне с истинной парой – умная, языкастая, красивая…

Первым порывом становится послушаться своего дракона, шипящего: «Отправь ее в свои покои, негоже другим хмонгулам на нее облизываться. Она только наша-а!». Прислушиваюсь ко второй, разумной части себя, ухмыляясь над тем, как быстро слетает катушка с кукушки или наоборот (нужно будет уточнить у своего учителя).

— Ярина, очень хорошо, что и вы здесь. — Воодушевленно тянет глава моей княжеской стражи.

Сардар с порога занимает Яру вопросами, не давая той погрузиться в смущение.

«Смущать и развращать будем мы-ы-ы…» — никак мой болезный дракон не желает угомониться. Видать Пизюс не дремлет, подгоняя производство новых наследников.

И Федорова, словно почуяв мысли, интересующие меня куда больше, чем всё произошедшее, незаметно скручивает дулю татуировкой с цветочком наружу. Зараза…

Ладно, я могу целый день зависать на своей зелененькой паре, только вот дела ждать не будут.

Открываю нижний ящик стола. Там лежат те украшения, что мы сняли со спящего Морригана и камень, который срыгнула виверна Ярины. Лапсик… только эта сумасшедшая человечка могла дать боевое виверне настолько странную и нелепую кличку.

Сардар тоже выкладывает письма Брейвора. Пролистывает еще какие-то документы и, скосив на Яру странный взгляд, продолжает рассказывать всё, что удалось узнать.

— У камней и писем след одного и того же человека. Колдуна или мага... пока не удалось определить, — не упускает деталей он. — Хвост даю на отсечение, но магия не из нашего мира. Пришлый какой-то.

— Еще в чем-то замешан? — обходными путями пытаюсь выспросить за судьбу Элен.

— Да, девчонку он же украл. На подносе прямо фонит. Лучшие оборотни нюхали. — Сардар ловит мой взгляд слишком поздно, когда Яра, поняв, что речь о ее служанке, вгрызается в нас словно питбуль.

— А вдруг хотели украсть не Элен, а меня? — ее голосок дрожит, ладошки леденеют. Даже не отнимает своей руки, когда я принимаюсь их греть.

Ее настороженность к своему распорядителю я понять могу. Старик Морриган не раз и не два демонстрировал ей свое презрительное отношение. Пусть и находился он под чарами заклинания, но Хомячок у меня боевой. Так просто не прощает…

— Магия четко указывает, что целью была ваша служанка. Та, что с драконьей кровью в жилах, — спокойно отвечает Сардар. — Кто должен был выливать воду после испытания с рыбалкой?

А вот этого даже я не знал… выходит, что моя Яра – случайная жертва чужих махинаций?

— Значит та дракониха, что налила отравы, в сговоре с преступником! — хмурится моя невестушка. — А вы уже доложили королевскому прихвостню? Ой, я хотела сказать Визарису…

Сардар насмешливо дергает бровью, но никак не комментирует фразочку Ярины. Что за девчонка? И в глаз, и в хвост.

— Такого советника в королевстве нет. — включаюсь в разговор. Ревность снова поднимает один глаз. Пора признать, что даже пятиминутный разговор моей будущей жены с главой моей королевской стражи, на моих глазах – вызывает идиотский приступ ревности.

«Влюбился ты-ы. На-а-аш-ш-а!».

Наша-наша. А куда деваться-то?

— То есть как это нет? — Яра нервно проводит пятерней по волосам. Морщит лоб и что-то едва слышно бормочет.

— Визарис – пешка одной из невест (той самой с отравой, но Хомячку я об этом не скажу. Потом ходи ищи куда Лапсик косточки закопает), родственник.

— Очуметь! Это ж покруче Голливуда, — пританцовывает Федорова и под благовидным предлогом ретируется в свои покои.

Может оно и к лучшему. Незачем девушке знать, что родственничек одной из невест практически реализовал свой план.

Если бы не наша истинность и протекция, то для моего зеленоволосового хомячка была уготована совсем не радужная судьба. Их заговор заключался в том, чтобы она не дошла и до середины отбора, а отправилась в поселение людей к остальным человечкам. Разумеется, в сопровождение бы ей определили Элен, а оттуда бы девушку забрали уже без лишних глаз и ушей.

Сейчас же им пришлось действовать грязно и топорно.

Всех причастных мы отыщем, виновных накажем.

«Свадьбу сыграем – завтра же!» — рычит мой дракон. Вот тут у нас с ним, как выражается моя без пяти минут жена, полный «коннект». Только чуйка мне подсказывает, что одна любительница кулинарии и зоологии будет против.

*Друзья, а история про главу княжеской стражи Сардара живет в мини-романе «Тыковски и сказочки для дракона»

Ярина

— Что это за странный дядечка?

— Жрец, наверное, — отмахивается от меня Ирма, расправляя складки свадебного наряда.

Нет, конечно же, я, попав сюда, и не надеялась сказать своё «Да» в лицо тётеньке из Московского ЗАГСа, но, чтобы лицо, скрепляющее наш брак выглядело как переливающееся чудо-юдо в красном балахоне…

Даже мое платье выглядит куда скоромнее, чем его блестюшки.

— Почему красный, а не зеленый?

— И об этом лучше спросить не у меня… Выдыхаем! — грудная клетка сдавливается так, что не знай я Ирму, решила бы, что и чернявой меня кто-то заказал.

В дверь раздается громкий стук и на пороге во всей своей сияющей красоте появляется он! Моя лапушка, мой Лапсик в парчовом плащике. Ойкнув, Ирма выпускает завязки корсета из своих цепких рук, отбегая за кровать. Как же я рада, что она до сих пор его боится!

Фух! Мое дыхание тут же возвращается к жизнеспособным показателям, а талия – к своим родным плюс десять сантиметров.

Не Мадонна я, короче, чтобы перетягивать себя под стандарты анорексичных красоток.

Лапсик будто бы забывая, что он на минуточку боевая виверна, а не игривый щенок, заваливается на пол и, ловя подол от своего плаща, пытается его сгрызть.

— Так! Заканчивай вандальничать! Ты – подружок невесты, так что будь любезен не вазюкаться в пыли! — назидательно поучаю отбившегося от рук сына.

— Мать, я не хотэть этот тряпка! — неблагодарная «подружка» невесты выворачивает морду и пыхтит на переливающуюся ткань, сжигая дизайнерское творение.

Паразит!

Лицо Ирмы заливается румянцем, сигнализирующем о том, что девушке обидно за свои испорченные швейные труды. А вот бездушному законодателю моды «ню» - плевать. Ни стыда, ни совести, а еще боевая виверна!

От очередного стука в дверь мы обе подпрыгиваем на месте. Кого там еще нелегкая принесла…

— Ты! Ты вообще знаешь, что жениху видеть невесту до свадьбы – это плохая примета!

Ну, приехали… Шарик мой прикатился… а традиции? А примета?

Всё Лапсику под хвост…

Чернявая, вовремя сообразив, что сейчас здесь будет кровопролитная битва подушками, сматывается из моих покоев со скоростью света и даже пусечку вместе с собой прихватывает, временно зарывая топор войны.

— Ваша Светлость! Ты примету нарушил! — запускаю розовой подушкой в лицо будущего мужа.

А может уже и всё… никакой свадьбы теперь…

Вздыхаю, когда мой снаряд перехватывается в полете, возвращаясь обратно на место. Сам же Шарик, будто тигруля на охоте, всё подкрадывается, пытаясь взять меня в окружение.