Глава пятая

Выбрав время и покопавшись в справочниках, Майкл нашел имена и адреса брата и родителей Джеймса Стритера. Кроме того, ему удалось обнаружить несколько довольно цветистых — и намеренно клеветнических? — материалов, опубликованных «Компанией Друзей Джеймса Стритера» (КДДС). Официально эта странная организация была зарегистрирована по адресу проживания брата Джеймса в Эдинбурге. Последняя публикация датировалась августом 1991 года.

НЕСМОТРЯ НА ЦЕЛЫЙ ГОД решительного лоббирования, ни одна из газет не откликнулась на заявление «КДДС» о том, что Джеймс Стритер был убит ночью 27 апреля 1990 года. Это заявление имело своей целью защитить честь члена совета директоров банка «Левенштейн» и спасти сам банк от неминуемого краха, который должен был произойти из-за потери доверия вкладчиков к администрации.

В интересах справедливости необходимо предпринять расследование по следующим пунктам.

А. Джеймс Стритер не обладал достаточными знаниями, чтобы сфабриковать подделку, в которой его обвиняют. Предполагается, что он приобрел навыки обращения с компьютером, находясь за границей (во Франции и Бельгии). КДДС располагает свидетельскими показаниями предыдущих нанимателей Стритера и его первой жены, в которых последнее предположение опровергается (см. приложения).

Б. Джеймс Стритер не имел доступа к материалам частного расследования, предпринятого банком «Левенштейн» и результатам, полученным советом директоров. Таким образом, он не мог определить наиболее подходящее время для побега. По этому поводу КДДС также располагает показаниями его секретаря и сотрудников отдела (см. приложения).

В. За шесть месяцев до своего исчезновения Джеймс говорил своим друзьям и сотрудникам о некомпетентности ответственного менеджера Найджела де Врие, который в 1990 году, вплоть до своего ухода из банка, являлся членом совета директоров. КДДС располагает тремя данными под присягой свидетельствами, показывающими то, что Джеймс Стритер заявлял в январе 1990 года следующее: «де Врие в лучшем случае некомпетентен, а в худшем — преследует собственные корыстные интересы, носящие явно криминальный характер» (см. приложения).

Г. Полиция предвзято относилась к Джеймсу Стритеру, опираясь на письменное заявление его супруги Аманды Стритер, которое включало порочащие Джеймса пункты, а именно: 1) якобы Стритер завел роман с сотрудницей компьютерной компании Марианной Филберт (нынешнее местонахождение неизвестно); 2) ему приписывается фраза, в которой он утверждает, что с созданием компьютерной программы справится любой дурак; 3) якобы Стритер маниакально желал разбогатеть.

Д. КДДС опровергает все три предположения. 1 и 3 базируются только на голословном заявлении Аманды Стритер. Пункт 2 опирается на показания одного из коллег Стритера, который впоследствии признался, что не помнит точно, говорил ли Джеймс нечто подобное.

Далее.

КДДС располагает доказательствами того, что супружеская измена имела место как раз со стороны самой Аманды Стритер, любовником которой являлся Найджел де Врие. Компания может представить фотокопии гостиничных счетов и показания свидетелей, доказывающих, что эта пара дважды (в 1986 и 1989 гг.) тайно останавливалась в отеле «Георг» в Бате. Первая встреча происходила всего за несколько недель до свадьбы Аманды с Джеймсом Стритером, вторая — через три года (см. приложения).

Мы обвиняем Аманду Стритер и Найджела де Врие.

Убийство Джеймса Стритера прошло безнаказанно. Если пресса немедленно не выйдет из состояния летаргии, виновные будут и в дальнейшем пожинать плоды смерти невинного человека. КДДС настаивает и даже требует тщательного контроля за образом жизни Найджела де Врие и его любовницы Аманды Стритер. Если вы обладаете какой-либо информацией или желаете получить ее, а также можете предложить свою помощь, обращайтесь по прилагаемым КДДС номерам телефона и факса. Джон и Кеннет Стритер готовы дать интервью в любое время.

Через два дня, вечером, не найдя себе лучшего занятия, Дикон набрал номер Джона Стритера в Эдинбурге.

— Алло, — услышал Майкл женский голос с легким шотландским акцентом.

Дикон отрекомендовался лондонским журналистом, заинтересованным в беседе с представителем Компании Друзей Джеймса Стритера.

— О Господи!

Майкл выждал несколько секунд:

— Это будет сложно?

— Нет, но… Если честно, то уже прошел целый год с тех пор, как… Подождите немного, хорошо? — Было слышно, как женщина закрыла рукой трубку. — Джон! Джо-о-он!! — Руку убрали. — Вам следует побеседовать с моим мужем.

— Прекрасно.

— Простите, я не совсем расслышала, как вас зовут.

— Майкл Дикон.

— Он сейчас подойдет. — И снова женщина прикрыла трубку ладонью. На этот раз Майкл услышал ее приглушенный голос. — Ради Бога, иди сюда быстрее. Звонит журналист, он хочет поговорить о Джеймсе. Его зовут Майкл Дикон… Нет, ты должен. Ты же обещал отцу, что будешь бороться до конца… — Потом она заговорила в трубку, уже громче. — Я даю вам своего мужа.

— Алло, — донесся до Майкла грубоватый мужской голос. — Меня зовут Джон Стритер. Чем могу помочь?

Дикон щелкнул кнопкой своей шариковой ручки и положил перед собой блокнот:

— Ваша последняя публикация появилась три с половиной года назад. Означает ли это, что вы признали вину своего брата? — без предисловий начал он.

— Вы работаете в центральной газете, мистер Дикон?

— Нет.

— Значит, вы просто свободный журналист?

— Если вас это так интересует, то, что касается вашего вопроса, — да.

— А вы можете себе представить, сколько таких журналистов я успел повидать за все это время? — Он помолчал, но Дикон не попался на такую дешевую приманку. — Приблизительно тридцать человек, — продолжал Джон, — однако количество статей, опубликованных где-либо, было равно нулю, поскольку ни один редактор не соглашался пропустить материал. Боюсь, что напрасно потрачу и ваше время, и свое собственное, если начну отвечать на вопросы.