Итак, теперь вы видите, что ее теория о том, будто она волшебным образом исцелится, пройдя через семь стадий горя, является полнейшим бредом. К счастью, для этого проекта у нее есть партнер, который не так глуп, как все считают. Я верну ее к жизни с помощью собственного эксперимента.

В то время как Эйвери проходит весь этот сомнительный путь, чтобы позабыть моего брата – тут я полностью ее поддержу и сделаю все, что от меня потребуется, – я буду заниматься настоящим делом под видом «Эксперимента Эйвери Шоу».

Когда я с ней закончу, Эйвери Шоу будет полноценной, прекрасной, уверенной в себе, эмоционально стабильной девушкой, готовой испытать настоящую любовь, с помощью или без ее драгоценных семи стадий горя.

А мой младший братец будет вечно сожалеть о дне, когда совершил самую глупую ошибку в своей жизни.

ГЛАВА 2

РОЖДЕНИЕ ЭКСПЕРИМЕНТА

Грейсон

С чего же мне начать рассказ об Эйвери Шоу? Я знал эту девушку всю ее жизнь, однако никогда даже не пытался узнать по-настоящему.

Она и ее мама были неформальными членами моей семьи с тех пор, как наших мам стошнило друг на друга на занятиях дородовой йоги. Мне тогда было четырнадцать месяцев. Когда Эйвери было четыре, ее отец слинял из города, и наши мамы вообще стали не разлей вода. Моя семья как бы их удочерила, а мой папа стал единственным примером мужчины в жизни Эйвери.

Я всегда смотрел на нее как на надоедливую младшую сестру, но все изменилось в тот день, когда мой брат ее бросил. Почему, спросите вы. Разрешите ответить так: когда девушка цепляется за вас, как за спасительную соломинку, пока весь ее мир рушится, даже будь вы с голой задницей, это в корне меняет ваше представление о ней.

Ладно, насквозь промокшая, прозрачная футболка тоже сыграла свою роль.

После ухода Эйвери мне потребовалось некоторое время, чтобы выйти из душа. Пришлось ополоснуться холодной водой, потому что… ну, пришлось. К тому же нужно было переварить случившееся. Эйвери Шоу внезапно ворвалась не только ко мне в душ, она вторглась в мои мысли таким образом, каким я и представить не мог, и, быть может, даже открыла путь к моему сердцу. И я не имел ни малейшего гребаного понятия, как с этим справиться и уж тем более что с этим делать. Но что-то сделать было необходимо. Эйвери была уничтожена и совершенно не способна преодолеть это самостоятельно.

Это и стало для меня началом «Эксперимента Эйвери Шоу». Он еще не был оговорен, и я не знал, что благодаря ему заработаю столь необходимые мне дополнительные баллы, ставшие приятным бонусом, но именно тогда я впервые заметил, что у Эйвери Шоу есть потенциал стать кем-то более значимым. Она просто нуждалась в небольшой помощи от кого-то нормального и веселого, кто смог бы показать ей, как жить полной жизнью.

Остывая в тот день под прохладными струями воды, я решил, что исцелю Эйвери Шоу. Помогу ей преодолеть зависимость от моего брата и превратиться в нормальную, социально-дееспособную личность, показав, как на самом деле устроен мир.

Первый пункт моего плана – заставить ее встретить Новый год правильно, то есть на настоящей вечеринке, на настоящем свидании, с настоящим поцелуем в полночь. Меня даже взволновала такая перспектива. Без шуток. Одевшись тем вечером, я посмотрел в зеркало и подумал: «Берегись, Эйвери Шоу. Грейсон Кеннеди изменит твою жизнь».

Ну, кто-то же должен.

Неудивительно, что я нашел ее в постели, спрятавшейся под одеялом. Присел рядом с головой – судя по тряпичному бугорку.

– Пожалуйста, мам, просто уйди. Не хочу сейчас об этом говорить, – произнесла она хриплым, заплаканным голосом.

Не знаю, почему, но от этого я улыбнулся.

– Хорошо, потому что умение выслушать – уж точно не одна из моих сильных сторон.

Я буквально ощутил исходящий от нее ужас, когда она поняла, кто это пришел.

– Уходи, Грейсон! – вскрикнула она. – Разве за сегодняшний день я недостаточно на тебя насмотрелась?

Я всегда подразнивал ее на тему взаимоотношения полов, потому что заставить покраснеть Маленькую Мисс Скромницу было проще простого. Ну разве может быть девчонка всегда такой офигительно милой?

– Ты все время простояла с закрытыми глазами, – подразнил я. – И не увидела ничего интересного.

– Зато я определенно это почувствовала!

Я рассмеялся. Наверное, следовало остановиться, но я никак не мог.

– Мне хорошо известно, что ты почувствовала, Эйвс. Я ведь тоже это ощущал. Само собой. Вопрос в том, было ли для тебя это так же приятно, как и для меня?

– Фу! Ты и правда состоишь из одних гормонов! Просто уйди, дай мне умереть!

Закругляемся, пока ее не хватил удар.

– Не могу, малышка. Сегодня в городе будет потрясная новогодняя вечеринка, и наши имена в списке приглашенных. – Я знал, что она ничего не ответит, но все равно дал ей минутку и только тогда добавил: – Если ты, конечно, не предпочитаешь провести вечер с предками и моим придурочным братишкой, утопая в неловком молчании и избегая любого зрительного контакта, потому что, ты ведь знаешь, наши мамы ни за что на свете не позволят тебе всю ночь прятаться в этой комнате. Пару минут назад я слышал, как они обсуждали стратегии твоего вызволения.

По правде говоря, ничего я не слышал, но не сомневался, что именно этим они и занимались.

И Эйвери тоже это знала, потому откинула с лица одеяло и впилась в меня взглядом.

– Ну же, Эйвс. Пошли, пока они не заставили нас мыть посуду.

Ее взгляд медленно потускнел.

– Мне нечего надеть на вечеринку.

Я наблюдал Эйвери во всем: от джинсов и пижам до платьев и купальников, но, когда мои глаза пробежались по ней в душе, я словно увидел ее впервые.

Конечно, Эйвери не получить пальму первенства в борьбе за звание «Самая сексуальная девушка школы», но она, несомненно, симпатичная. Она кажется совсем крошечной в сравнении с моими шестью футами четырьмя дюймами и ста восьмьюдесятью пятью фунтами, и думаю, стоя рядом, мы производим тот же эффект, что и огромный взрослый золотистый ретривер с котенком. Но, так или иначе, она просто мне нравилась.

У нее были замечательные прямые светло-каштановые волосы, которые превосходно гармонировали с бледной кожей и легкой россыпью веснушек. Очаровательный слегка вздернутый маленький носик, но самой привлекательной чертой Эйвс – ну, помимо изумительной пышной груди, недавно примеченной мной – безусловно, были большие выразительные глаза. Ярко-голубые, очень похожие на мои, только никогда ничего не утаивающие, через них можно было заглянуть ей прямо в душу. Это единственное, что я всегда в ней замечал. Она все время была невероятно искренней. Стоило лишь повнимательнее присмотреться, и ее глаза рассказали бы все секреты. Такое качество редко встретишь в девушках. По крайней мере, в тех, которые попадались мне.

– Просто надень что-нибудь теплое, – сказал я и направился к выходу, но она остановила меня в дверях.

– Грейсон? – Тон ее голоса затронул мне душу. – Ты правда хочешь взять меня с собой?

Эйвс казалась такой маленькой и неуверенной в себе, какой она всегда была в школе и рядом с незнакомыми людьми, но никогда, когда была дома с нами. Думаю, мой брат на самом деле ее сломал. Все же однажды я ему хорошенько врежу.

– Ты не обязан, если не хочешь. Знаю, я сорвалась у тебя на глазах, но, серьезно, со мной все будет в порядке. Эйден прав… – Она сглотнула комок в горле. – Я как-нибудь обойдусь и без него.

– Эйден болван. А подумать о ваших дальнейших отношениях ты сможешь и завтра. Сегодня Новый год, Эйвс, и хоть раз в жизни ты проведешь его без Эйдена и канала «Дискавери».

Она через силу улыбнулась, и я понял, что двигаюсь в верном направлении.

– А как же сочнозадая из квартиры 7Б?

Я вспомнил обладательницу соблазнительной попки, с которой изначально планировал провести этот вечер, и вздохнул.