Изначально брату должна была достаться сумма, необходимая для покупки подержанных «Жигулей». Кроме этого, Полищук обещала чего-нибудь подкидывать после реализации золота. Насчёт машины она была не против, но от золота, после выдачи до ста рублей в месяц в течение полугода, Гриша бы точно больше ничего не получил. На три килограмма ювелирки у заведующей имелись свои долгоиграющие планы.

В принципе всё, что надо, мы услышали. Акула пера всё записала. Я считал информацию о новом месте схрона с золотишком и деньгами. Найти свежее захоронение в пятистах метрах от сарая тоже не сложно. Фигуранты в шаговой доступности. Как говорится, пора их брать тёпленькими. Именно об этом мне яростно сигнализировал Ермаков, стоявший у лестницы, ведущей на первый этаж. Однако я показал ему, что хочу дослушать. Я предполагал, каков будет итог разговора, но хотел убедиться в своих выводах.

— Гриша, ну ты конечно паскуда! — воскликнула заведующая и, вскочив, смахнула шмотки брата со стола.

В ответ тот рассмеялся и, чувствуя своё полное превосходство, отвернулся и начал скидывать на пол грязную одежду.

— Сестричка, я сейчас мыльце возьму, да в баню сбегаю, помоюсь, а ты, если хочешь хоть что-то получить, пока здесь всё прибери и давай больше без психов, а то накажу.

В этот момент противоречивые мысли в голове заведующей метались словно окружённый огнём табун лошадей. Я просветил голову Полищук и невольно залюбовался её мозговой активностью, которая за несколько последних секунд смогла задействовать те области, которые обычно у человека не работают. Как результат, я был свидетелем рождения интуитивно верной догадки о новом месте хранения золота.

Воспользовавшись тем, что брат начал стягивать футболку через голову, заведующая рванула к стоявшему у стены инструменту, схватилась за топор и начала заносить его над головой.

— Значит, золотишко в бане, — буквально выдохнула она.

Это, по замыслу Полищук, было последним, что должен был услышать её охреневший от наглости братик. Не знаю, как бы получилось — смогла бы она убить Гришу топором или тот, получив ранение, с ней справился. Проверять и доставлять Ермакову кучу неприятностей не хотелось.

Используя дар, я сделал так, чтобы в глазах заведующей резко потемнело. Одновременно махнул Ермакову и попробовал дистанционно оглушить убийцу. В отличие от сестры, хорошенько его приложить не получилось, но ориентацию в пространстве спортсмен на несколько секунд потерял.

Это позволило сбежавшему по лестнице старшему лейтенанту завалить преступника на пол и застегнуть наручники. После этого мы вместе связали ему ноги, а потом и руки начавшей брыкаться заведующей.

— Так, ну я тут дальше как-нибудь сам. А вы вдвоём дуйте в сельсовет и вызывайте всю кавалерию. Настя, ты знаешь, как это делается.

— Коля, не беспокойся, всё сделаю в лучшем виде. Потом Лёшу в город отвезу и сразу вернусь.

Перед тем как выйти из комнаты, я нагнулся к Ермакову и зашептал ему на ухо:

— Коля, золотишко найдёшь в предбаннике за стопкой дров. И смотри, чтобы из ментов никто в золотую кубышку руку не сунул, а то потом не отмашешься.

Акула пера отлично знала своё дело. Используя свои корочки корреспондента «Комсомолки», она умудрилась получить в распоряжение кабинет местного председателя сельсовета. Анастасия не стала набирать дежурную часть РОВД. По телефону она дозвонилась в Смоленск майору Васильеву, который в последнее время пребывал в управлении областного МВД намного чаще, чем в Янькове.

Подробно описав сложившуюся ситуацию без упоминания моей персоны, Волкова ответила на несколько вопросов и повесила трубку. Мы знали: дальше майор сам сделает всё правильно и сообщит кому надо о задержании преступников.

Позвонить нужному человеку после подобных событий очень важно. Наберёшь не того — и Ермаков вместо похвалы и достойного поощрения получит втык за самоуправство. Потом его технично ототрут от дела, а все плюшки за задержание преступников получат совсем другие граждане.

Майор Васильев со своими связями в Смоленске, подобного точно не допустит. Думаю, группа заинтересованных товарищей из областного управления МВД прибудет в Каменку одновременно с начальником нашего уголовного розыска и городским прокурором. В этом случае начальнику милиции придётся довольствоваться лишь объедками.

— Лёша, как думаешь, что Ермаков получит за задержание? — спросила Анастасия, когда её красный «Жигулёнок» отъехал от сельсовета и направился к трассе.

— Настя, представь, какой груз наш старлей только что снял с плеч областного начальства. Ограбление ювелирки произошло сегодня ночью. Расследовать такое дело оперативно за сутки и лично задержать преступников — это очень хорошая заявка на получение внеочередной звезды на погоны. А если всё сложится как надо, и майор Васильев правильно разыграет эту козырную карту, то Ермакова наградят.

— Ограбление ювелирного магазина с убийством грабителя подельниками и геройскими действиями сотрудника уголовного розыска. Думаю, я смогу написать об этом не только отличную статью, но и в новом романе использовать.

— Пользуйся, но не забывай: никаких чудо-экстрасенсов в книгу пихать не надо.

— Я же обещала. Экстрасенс будет сугубо отрицательным персонажем. Шарлатаном, пытающимся завести следствие в тупик. Да и по возрасту я его сделаю сорокалетним позёром или ещё старше.

— Тогда назови его Иннокентием Беловым, — предложил я, своё имя и фамилию из прошлой жизни. — А ещё сделай, чтобы он со всеми вечно спорил и хромал.

— Это что-то личное? — поинтересовалась Анастасия.

В ответ я улыбнулся, не собираясь вдаваться в подробности.

— Хорошо, так и сделаю. Тем более мне кажется, после твоих советов в отрицательном персонаже появится жизнь.

Мы долетели до центра города через двадцать минут после звонка в Смоленск. По дороге не встретили ни одной милицейской машины, и только проезжая мимо РОВД, заметили начавшуюся суету.

На стоянке замерли, жёлто-голубые милицейские «УАЗ» и «Жигули». В них активно грузились озабоченные сотрудники милиции в форме. Я узнал начальника угрозыска и капитана Богомолова. При виде последнего меня накрыло нехорошее предчувствие. Подсознание сигнализировало: капитан — не чистое зло, как маньяк Малышев или московский гипнотизёр, но тёмное зерно в него уже посеяно. Надо будет этим оборотнем в погонах обязательно заняться и постараться это в долгий ящик не откладывать.

— Кажется, началось, — вырвалось у акулы пера, и я почувствовал, как она хочет побыстрее вернуться в Каменку.

— Высади меня за углом. И сразу лети назад, — настоятельно предложил я, не желая задерживать журналистку, страстно желавшую сейчас быть в центре событий. — Настя, главная твоя задача — побыстрее вернуться и проследить, чтобы никто из сотрудников милиции не сунул лапу в золотишко. Особенно присмотрись к заместителю начальника уголовного розыска капитану Богомолову. Сейчас Ермаков там один, и пропажа даже нескольких цацек может испортить всю малину.

— Думаешь, могут подставить?

Я кивнул.

— Лёша, всё сделаю в лучшем виде, — пообещала акула пера и, высадив меня за углом, лихо развернула машину и рванула в обратном направлении.

Всё произошедшее после получения информации об ограблении ювелирки от бармена и до этого момента заняло всего несколько часов. Напряжение дало о себе знать, и я почувствовал себя уставшим. Вдобавок меня накрыл зверский голод. Одно хорошо: мой путь как раз вёл к ресторану «Чайка».

Бармен не удивился моему возвращению. Налив пятьдесят грамм армянского коньяка, он рассказал о грабителе ювелирки Карелове, которого по его данным уже объявили во всесоюзный розыск. Я не стал рассказывать, что его наисвежайшая информация уже устарела.

Оставив на стойке пять рублей, указал на столик в углу и попросил позвать официантку. Когда она подошла, спросил, как насчёт блюд дня, и та посоветовала взять суп с фрикадельками, бефстроганов с пюрешкой и салат столичный.