За много циклов до этого эленоины выгнали грахлуков из их земель в восьмой плоскости, и грахлуки с тех пор искали возможность отомстить.

Воздух вокруг Элрика задрожал, стал коричневым, потом зеленым, потом черным.

— Грахлук! Приди, чтобы убить эленоина! — Голос Элрика слабел.

— Грахлук, врата открыты!

И задрожала земля, и в пропитанных кровью волосах засвистел воздух. И воздух сгустился и приобрел алый цвет, а Элрик упал на колени, все еще продолжая произносить заклинание.

— Грахлук...

Послышался шаркающий звук. Раздалось какое-то ворчание. Донеслось зловоние чего-то не передаваемого словами.

И тут появились грахлуки. Это были обезьяноподобные существа — твари наподобие эленоинов. При них были сети, веревки и щиты. Считалось, что когда-то грахлуки и эленоины были разумными существами и принадлежали к одному виду, который потом распался и разделился.

Они возникли из алого тумана, и было их великое множество, и стояли они, глядя на Элрика, который все еще не поднимался с колен. Альбинос указал туда, где еще остававшиеся в живых воины Танелорна сражались с эленоинами.

— Там...

Грахлуки зарычали в предвкушении битвы и бросились на эленоинов. Эленоины увидели грахлуков, и их пронзительные голоса изменили тональность. Они начали отступать вверх по склону холма.

Элрик с трудом поднялся на ноги и крикнул:

— Ракхир! Отводи своих воинов. Грахлуки доделают работу за них...

— Тебе все же удалось нам помочь! — крикнул Ракхир, поворачивая своего коня.

Одежда на нем была вся изодрана в клочья, на теле виднелись десятки ран.

Они смотрели, как сети и петли грахлуков полетели на кричащих эленоинов, чьи мечи оказались бессильны против грахлукских щитов. Они смотрели, как грахлуки, эти ворчащие обезьяноподобные демоны, смяли, раздавили эленоинов и стали пожирать их внутренности.

И когда последний эленоин был мертв, грахлуки подобрали валявшиеся на земле мечи и пронзили себя.

Ракхир спросил:

— Почему они убили себя? Зачем?

— Они живут только для того, чтобы уничтожать эленоинов. А когда эленоины мертвы, у грахлуков не остается никакой цели для существования.

Элрик пошатнулся, и Ракхир с Мунгламом поддержали его, не дав упасть.

— Смотрите,— рассмеялся Мунглам.— Нищие бегут!

— Телеб К’аарна...— пробормотал Элрик.— Мы должны поймать Телеба К’аарну...

— Он наверняка бежал вместе с Юришем в Надсокор,— сказал Мунглам.

— Я должен... должен вернуть себе кольцо Королей.

— Но ты вполне можешь колдовать и без него,— сказал Ракхир.

— Ты считаешь, что могу?

Элрик повернул лицо к Ракхиру, который пристыженно опустил глаза и кивнул.

— Мы поможем тебе вернуть это кольцо,— тихо сказал Ракхир.— Нищие больше не доставят нам проблем. Мы поедем с тобой в Надсокор.

— Я на это очень рассчитывал.— Элрик с трудом поднялся в седло оставшегося в живых коня и повернул его к городу нищих.— Может быть, твои стрелы сделают то, что не по силам моему мечу...

— Я тебя не понимаю,— сказал Ракхир.

Мунглам тоже устроился в седле.

— Мы тебе расскажем по дороге. 

 Глава шестая

ДЕМОН, КОТОРЫЙ НЕ ПРОЧЬ ПОШУТИТЬ

По покрытым мусором улицам Надсокора пробирались воины Танелорна.

Возглавляли шествие Элрик, Мунглам и Ракхир, но в их поведении не было торжества победителей. Всадники не смотрели ни направо, ни налево, а нищие более не являли собой угрозу и не отваживались нападать — они жались в тень.

Снадобье, которое нашлось у Ракхира, помогло Элрику частично восстановить силы, и он уже больше не падал на шею своего коня, а сидел прямо. Они пересекли площадь и оказались перед дворцом короля нищих.

Элрик, не останавливаясь, направил своего коня на ступени и внутрь — в мрачный зал.

— Телеб К’аарна! — закричал Элрик.

Его голос эхом разнесся по залу, но Телеб К’аарна не ответил.

Жаровни с мусором дымили на сквозняке из открытой двери и едва освещали тронное возвышение в конце зала.

— Телеб К’аарна!

Но на коленях там стоял не Телеб К’аарна. Это была жалкая фигура в тряпье, распростертая перед троном. Фигура рыдала, умоляла, хныкала, обращаясь к чему-то, восседающему на троне.

Элрик проехал еще немного по залу верхом, и ему стало видно то, что занимало трон.

На огромном стуле черного дуба развалился тот самый демон, которого они уже видели. Руки демона были сложены, глаза закрыты, а сам он не без некоторой театральности не обращал внимания на мольбы существа, стоящего на коленях у его ног.

Спутники Элрика, тоже на конях, уже были в зале; все вместе они подъехали к тронному возвышению и остановились.

Фигура, стоящая на коленях, повернула голову — это оказался Юриш. Челюсть у него отвисла, когда он увидел Элрика. Юриш протянул свою четырехпалую руку к топору, лежащему поблизости. Элрик вздохнул.

— Не бойся меня, Юриш. Я устал от кровопролития. Мне не нужна твоя жизнь.

Демон открыл глаза.

— Принц Элрик, ты вернулся,— сказал демон.

Тон его изменился, хотя сказать, в чем заключалось это изменение, было затруднительно.

— Да. Где твой хозяин?

— Боюсь, что он оставил Надсокор навсегда.

— И оставил тебя навечно сидеть здесь.

Демон наклонил голову.

Юриш прикоснулся грязной рукой к ноге Элрика.

— Элрик, помоги мне! Я должен получить мою сокровищницу! Она для меня все! Уничтожь этого демона, и я верну тебе кольцо Королей.

Элрик улыбнулся.

— Как ты щедр, король Юриш.

По грязному, мерзкому лицу Юриша потекли слезы.

— Пожалуйста, Элрик, умоляю тебя...

— Я собираюсь уничтожить этого демона.

Юриш нервно оглянулся.

— И что еще?

— Это решать танелорнцам — ты собирался их ограбить и стал причиной того, что многие их товарищи были убиты самым мерзким способом.

— Это не я, это Телеб К’аарна!

— А где Телеб К’аарна?

— Когда ты выпустил тех обезьян на эленоинов, он бросился бежать. Он направился к реке Варкалк — к Троосу.

Элрик, не поворачиваясь, сказал:

— Ракхир, ты опробуешь свои стрелы?

Послышалось пение спущенной тетивы, и стрела, вонзившись демону в грудь, завибрировала. Демон с интересом посмотрел на стрелу, а потом глубоко вздохнул. Вместе с его вдохом стрела втянулась в него и исчезла.

— А-а-а! — Юриш ринулся к своему топору.— Из этого ничего не выйдет!

Вторая стрела вылетела из алого лука Ракхира и тоже в конечном счете оказалась втянутой в демона, как и третья.

Юриш что-то неразборчиво тараторил, размахивая своим топором.

Элрик предупредил его:

— Его не берут мечи, король Юриш!

Демон загремел своей чешуей.

— А разве у него меч?

Юриш помедлил. Слюна сочилась у него по подбородку, его красные глаза вращались в глазницах.

— Демон — исчезни! Верни мне мою сокровищницу! Она моя!

Демон иронически поглядывал на него.

Издав вопль ужаса и муки, Юриш бросился на демона, яростно взмахнув Мясником. Лезвие топора опустилось на голову этого исчадия ада, послышался звук как при ударе молнии о металл, и топор разлетелся на куски. Юриш стоял, глядя на демона и трясясь от страха. Демон небрежно протянул свои четыре руки и схватил его. Челюсти его открылись больше, чем это казалось возможным, туловище демона внезапно увеличилось в два раза относительно своего первоначального размера. Он поднес брыкающегося короля нищих к своей пасти, и тут же от короля остались лишь ноги, болтающиеся в юз-духе. Потом демон мощно глотнул, и от короля Юриша Надсокорского не осталось ничего.

Элрик пожал плечами.

— Твоя защита довольно действенная.

Демон улыбнулся.

— Да, милый Элрик.

Теперь этот голос показался альбиносу очень знакомым. Элрик пристально посмотрел на демона.

— Ты не просто демон...

— Надеюсь на это, мой любимейший из смертных.

Конь Элрика встал на дыбы, когда форма демона стала изменяться. Послышалось какое-то жужжание, черный дым заклубился над троном, и вот уже на нем оказалась другая фигура, сидевшая скрестив ноги. По форме фигура напоминала человека, но была куда прекраснее любого смертного. Перед Элриком сидело существо невыносимой и величественной красоты — неземной красоты.