Не дав ему договорить, охотник  перебил каким-то спокойно-обречённым тоном:

─ Ты видел её глаза, когда она разделывалась с Яриком? Нет? А я видел. Ей не страшны другие, поверь. Я не знаю, откуда эта тварь взялась, но если её не остановить, она всех закопает.

Уж не знаю, что так напугало в моём взгляде парня в тот день, когда они приехали за мной втроём к школе, решив вывести в лесок и поиграть, но сейчас я разглядела выражение его лица. Неужели я и правда такой монстр? Да нет, не могу я быть хуже вас двоих, ребят. Из-за меня, конечно, тоже много невинных пострадало, пусть я и не знала об этом, но намеренно я никому вред не причиняла.

Зачем они, интересно, явились? Сомневаюсь, что только ради порчи казённого имущества, да и арбалет в руках у старины Богдана довольно интересный. Стало быть, им поручили притащить меня к главе любыми способами...

Кто бы знал, как же нестерпимо мне в тот момент хотелось спрыгнуть им на головы  и навалять как следует! Я успокаивала чудище, обещая ему, что выпущу его на прогулку в самое ближайшее время, как только некоторые потеряют последний страх, а пока прислушивалась дальше.

Где-то совсем близко раздался отчаянный вой одинокого волка, а следом, в другой стороне отозвалась и стая. Парни немного заволновались.

─ Пошли-ка отсюда! Если Март спросит, скажем, что она хорошо спряталась или ещё чего, ─ внёс здравое предложение Богдан. ─ Позже отыщем её, когда будет занята дракой.

─ Надеюсь, если не участники, так местная нежить её к лапам приберёт, ─ довольно усмехнулся охотник, и они решили покинуть полянку... но не тут-то было. Из ближайшей чащи на мощных лапах вышел, очевидно, тот самый волк, песню которого нам только что выпала честь послушать, и он явно не был рад обнаруженной на его территории компании. Я заметила, насколько он крупный по сравнению с обычными волками – возможно, оборотень? В темноте был хорошо виден его белоснежно-ослепляющий окрас, а ещё я, как и те двое, прекрасно разглядела тёмные капли, тянущиеся вслед за угрожающей поступью. Зверь был ранен, угодив в капкан, но упрямо шагал вперёд, будто и не чувствуя боли от обхватившей лапу железяки.

─ О, я как раз хотел новую волчью шкуру, ─ обрадовался Влад, стараясь незаметно вытянуть нож.

─ Ты дебил? Он стаю звал! ─ попытался остановить его более разумный товарищ.

─ Она ещё далеко, ─ отмахнулся парень.

Вот скотина!

Кажется, своевременный подарок Роланда придётся как нельзя кстати, и меня совершенно не замучает совесть, если эти два недалёких пострадают. Совесть, как я поняла, вообще большая роскошь среди охотников, а те, у кого она есть, знают её цену и не говорят об этом вслух. Вот и я не стану.

Не издавая лишних звуков, я выудила из рюкзака пару стрел, стянула новоприобретённое оружие с пояса, будто каждый день только этим и занималась – благо, оно было на удобной резинке, и снимать его полностью не требовалось – зарядила и прицелилась. Не знаю, какова дальность стрельбы, но стрела на запредельной для арбалета скорости вылетела почти неслышно, и едва Влад пошёл в наступление, стремясь убить волка, вошла точнёхонько в тыльную сторону ладони, которой охотник сжимал нож. Парень не успел ничего понять, взвыл, выронил свою железку, прыгая, словно кот, приземлившийся на раскалённую печь.

─ Какая тварь? ─ не своим голосом заорал он, озираясь по сторонам и резко вытаскивая стрелу, которая тут же упала на землю.

Волк же, осознав, что у него есть все шансы на победу, невзирая на капкан, сжимающий заднюю лапу, оскалившись, ринулся на парня. В это же время Богдан отмер, перехватил своё оружие покрепче и прицелился в животное, а я как раз зарядила арбалет вновь. В момент, когда охотник уже готов был убить хищника, я выстрелила первая, вот только вместо того, чтобы попасть в плечо, стрела проскользнула выше и, кажется, задела парню ухо. Он повторил дикие скачки своего приятеля, выпустив из рук свою амуницию, а меня раздосадовала мысль, что я плохо подготовилась, и надо было попросить Мастера как следует поработать с моей меткостью. Ладно, если вернусь ─ всё наверстаю.

─ Твою мать… ─ Влад, глядя на упавшую стрелу с каким-то священным ужасом, кажется, начал догадываться, кто разрушил его планы, что даже на время забыл о волке.

А зверь не нападал. Я впервые видела, как в глазах животного разгораются искры глумливого смеха, и даже с этого расстояния могла различить молчаливую насмешку. Он припал на передние лапы, зарычал, давая понять охотникам, что не собирается им – таким клоунам сдаваться даже раненый, и самоуверенные некогда ребята, наконец-то это осознали.

─ Давай свалим, ─ вновь правильно рассудил Богдан, держась за ухо. ─ Пока нас этот стрелок не добил! Что здесь за хрень вообще происходит?!

─ Ладно, но никому ни слова о том, что случилось! ─ и они начали стратегически отступать, не отрывая взгляда от волка, вместе с этим продолжая оглядываться, но меня так и не увидели. ─ Ты заметил, какие это стрелы? ─ как бы между прочим спросил охотник, пятясь спиной назад.

─ Как-то не до этого было, ─ огрызнулся второй. ─ Что с ними не так?

─ Сделаны из редкого дерева, растущего здесь же, и пользуются ими только местные охотники, а они никогда не рады чужакам, ─ делал выводы резко поумневший Влад. ─ Зачем для испытания выбрали именно этот лес, как будто других нет?

─ Просто пойдём отсюда.

Всё интереснее и интереснее… Ладно, парни, идите. Мы всё равно ещё встретимся, и я пойму, что именно вы от меня хотели.

Когда они покинули территорию, а я перестала их слышать, животное устало опустилось на землю и больше он не вставало. А я поняла, что уже не могу прятаться, словно убегаю, как эти двое, и хоть я знала, что где-то рядом стая волков, не смогла остаться равнодушной. Поблагодарив дерево за его помощь, я дождалась, пока оно освободит меня, и осторожно соскользнула вниз.

Что я вообще знаю о волках? Вроде, они не нападают летом, а вот зимой им как раз и не хватает пищи, и они не прочь зайти даже в местные населённые пункты. Да, Рина, похоже, ты совсем отчаянная.

Когда я подошла к растерявшему все силы зверю, он даже не зарычал – только скользнул по мне ленивым, удивительно умным взглядом. Мне казалось, если бы мог, волк сейчас бы тяжело вздохнул, но он продолжал следить за мной одним жёлтым глазом, когда я присела рядом.

─ Послушай, я не знаю, часть ли это моего испытания или нет, и твои сородичи, возможно, вот-вот загрызут меня, но если я в состоянии тебе помочь, я помогу. Позволишь снять с тебя эту штуку? ─ обратилась я к нему.

Зверь всё-таки вздохнул, взглянул на меня уже двумя глазами, показавшимися мне чуть зеленоватыми, и, кажется, смирился с моей самодеятельностью.

─ Я постараюсь не делать больно, ─ пообещала я, примеряясь к железяке, которая хоть и была небольшой по размеру, имела какие-то слишком уж острые зубья даже для капкана, но выбирать было не из чего. Схватившись за оба края, я воззвала к силе энитири, радуясь, что она всегда остаётся незамеченной, и, уловив узнаваемый отголосок внутри, начала разжимать тиски. Конечно, подобным я никогда не занималась, но даже для меня с применением способностей это оказалось довольно сложной задачей, что натолкнуло на мысль о происхождении опасной ловушки. Скорее всего, капкан не был обычным, и с его помощью ловили таких крупных парней, как мой новый знакомый, да и магией от него фонило ощутимо, так что пришлось напрячься. Мне не хотелось ранить руки, но я с такой силой их сжала, что на ладонях всё равно проступили красные полосы – зато получилось, наконец, освободить бедолагу, и вместе с ним облегчённо выдохнуть.

─ Прости, не знаю твоего имени, ─ слегка уставшая, я села прямо на землю, ловя заинтересованный взгляд, ─ но, думаю, на Снежка ты всё же обидишься?

Белоснежный зверь посмотрел на меня с выражением а-ля «женщины так меня ещё не оскорбляли», но в итоге даже позволил мне перевязать кровоточащую рану найденным в рюкзаке платком, и, дождавшись, когда я затяну ткань, поднялся. Чуть отряхнувшись, он медленно захромал прочь, но напоследок коротко рыкнул в мою сторону, возможно, говоря «спасибо», или это было простое «дура», но голос совести, который в последнее время был слишком громким в моей голове, удовлетворённо замолчал. Провожая взглядом постепенно скрывшуюся фигуру волка, я чувствовала, как в огромном мире восторжествовала маленькая справедливость…