─ Твой давний фанат? ─ поинтересовалась я, на что Нелька лишь тяжело вздохнула, махнув рукой. Я поняла, что этот оборотень – очередная больная мозоль подруги.

А в класс тем временем заплывало всё больше учеников, среди которых появился и Князев с бандой блондинов – я почему-то только сейчас заметила, что все они были светленькими. Рыжий парень смотрелся в их главе довольно странно, но ещё необычней для меня была одна деталь, которая не давала мне успокоиться с нашей с ним первой встречи. Каждый раз, когда я смотрела на его волосы, а такое происходило довольно часто, я замечала, что сквозь эти красные пряди словно пробиваются светлые… Не знаю, может он на самом деле блондин, но скрывает сей факт? Да и пофиг, в общем-то.

Сосед выбрал место во втором ряду, как раз сбоку от нашей парты, и я поняла, что мне будет довольно непросто учиться, если на расстоянии вытянутой руки кто-то постоянно собирается бросать на меня красноречивые взгляды и всячески выбешивать одним своим присутствием. А он, кстати, уже начал пялиться, что не укрылось от вошедшей в класс Алисы, которая метнула в меня свирепый взгляд, яростно стуча длинными каблуками своих красных туфель в стиле Мэри Джейн. Что ж, врагом больше, врагом меньше – какая мне теперь разница?

Вскоре прозвенел звонок, и все, кто присутствовал, повставали со своих мест. Мы с подругой тоже неохотно поднялись, и в кабинет вошёл учитель.

─ Доброе утро, класс. Садитесь, ─ поздоровался знакомый голос, и я, опустившись на стул, вскинула голову, мгновенно утопая в серебре его невероятных глаз-омутов. На миг показалось, что брюнет удивился, видя меня, но только на миг. Он продолжил общение с учениками, как ни в чём не бывало. ─ Меня зовут Никанор Ростиславович Громов, и я буду…

…Вашим личным кошмаром…

─ Вашим преподавателем истории и обществознания, а также…

…а также буду заставлять вас испытывать неловкость, каждый раз, когда мы будем видеться…

─ …буду вашим классным руководителем ближайший год…

…Если ничего не случится…

─ …если ничего не случится, ─ закончил он приветствие.

Как там говорится? Первый раз - случайность, второй - совпадение, третий закономерность? Похоже, это выражение полностью описывает частоту наших встреч.

Он выглядел, как учитель из фильма для взрослых, хоть я и понятия не имею, как те должны выглядеть, но почему-то именно это сравнение пришло мне в голову первым. Серые, с безупречной стрелкой брюки делали его ноги ещё длиннее, обрисовывая их мощный силуэт, а лёгкий тёмно-синий джемпер с V-образным вырезом открывал превосходный вид на ключицы и чуть загорелую кожу грудных мышц, где угадывалась какая-то подвеска или крестик. Волосы брюнет убрал в короткий хвостик, из которого всё равно выбилась упрямая чёлка, настойчиво закрывающая левый глаз, а прямоугольные очки в толстой чёрной оправе делали образ учителя каким-то… порочным. Он вовсе не выглядел простым парнем, которого отправили учить уму-разуму школьников, едва тот выпустился из университета.

И как, спрашивается, мужчина может быть таким красивым? Как учитель может быть таким? Кажется, моё мнение разделяло большинство одноклассниц, которые сейчас томно вздыхали вокруг.

Нелл рядом толкнула меня локтем, потому как я, видимо, уже какое-то время не реагировала ни на какие раздражители, зависнув, словно древний компьютер. Пришлось перезагрузиться, открыть тетрадь на последней странице и кое-что объяснить.

«Похоже, не ты одна будешь испытывать неудобства от встреч с учителем», ─ написала я, продемонстрировав Нельке.

Та лишь вопросительно подняла бровь, а потом бросила короткий взгляд в сторону брюнета и, кажется, всё поняла. По коварной ухмылке, на короткий миг мелькнувшей на лице брюнетки, я осознала, что отныне жизнь моя уже никогда не будет прежней.

То, что у Судьбы изощрённое чувство юмора, он осознал, войдя в класс, который ему предстояло вести, по крайней мере, ближайший год. Она опять была там. Странная, но чем-то притягивающая его внимание девчонка, с которой они вот уже третий раз сталкиваются, словно магниты с разными полюсами. Сидела и смотрела на него так, как уже давно никто не смотрел. Изучала. Не так как остальные девушки в классе – с привычным обожанием и неприкрытым восхищением, а так, будто он являлся необычной, но от этого не менее привлекательной картиной, и это польстило ему настолько, что он не сразу осознал, что наслаждается вниманием собственной ученицы, чего никогда прежде не делал.

На протяжении урока, где он, в основном, знакомился с учениками и вводил их в программу на этот год, он с удивлением заметил, что постоянно смотрит на неё. Ловит каждое её движение. Исподтишка, словно вор в ночи, прячет свой явный интерес за толстыми стёклами очков, которые ему без надобности, а чисто для поддержания образа, но продолжает смотреть. Смотреть на то, как она неосознанно касается своего маленького, чуть курносого носа, когда смущается, ощущая его взгляд на себе, не отводя при этом собственный.

На то, как изящным движением руки перекидывает тяжёлый хвост кудрявых волос на плечо, открывая превосходный вид на тоненькую шейку, по которой хочется провести губами, пробуя на вкус нежную кожу. На то, как она прикусывает чуть пухлую нижнюю губу, когда думает о чём-то, сильно её беспокоящем, и он прекрасно помнил вкус этих сладких губ и её будоражащий запах, но уяснил, что это может очень плохо закончиться, причём, не только для него одного… Да что за чертовщина с ним творится?!

Кажется, звонок с урока стал спасением для них обоих, потому что как только он попрощался с учениками, не забыв напомнить о домашнем задании, Дарина поторопила подругу, и девушки одними из первых ретировались из класса под любопытными взорами нескольких парней, особенно одного красноволосого. Разозлило ли его это внимание к ней со стороны оборотней? Ну, никто вроде не заметил, как в его руках ровно пополам треснул карандаш.

* * *

Это оказалось сущей пыткой. Сидеть, как на иголках, ловя на себе его странные взгляды, слушая этот глубокий, чуть хрипловатый голос, рассказывающий вполне обычные вещи, находясь, словно в трансе, было невыносимо. Понятия не имею, почему из всех мужчин именно он оказывал на меня такое влияние. Я даже взглянула на остальных девчонок в классе, и у них явно не было проблем с неловкостью или другими похожими чувствами. Похоже, я одна ощущала себя настолько беспомощной под прицелом этих стальных глаз-кинжалов.

К моему огромному облегчению, когда прозвенел звонок, наваждение немного схлынуло, и я попросила Нельку быстрее собираться. Подруга не задала вопросов, но я-то знала, что это временное затишье, поэтому мы быстро отправились прочь из класса, а спиной я могла чувствовать странное покалывание.

─ Ну, рассказывай, как докатилась до жизни такой, ─ с улыбкой самого дьявола потребовала подруга, когда мы отправились в другой кабинет.

Хорошо ещё, что первый день был просто формальностью, а то учиться в таком состоянии я бы точно не смогла.

─ Вот ты такой человек, да? ─ обречённо выдохнула я.

Пришлось выложить всё насчёт учителя, и наших с ним периодических случайных встреч, получив при этом бесчисленное множество намёков и пошлых улыбочек. Я же в свою очередь не забыла напомнить подруге о её отношениях с будущим преподавателем, и теперь недовольной была уже она. Но мы быстро забыли о взаимных подколках, отправляясь на следующий урок – наискучнейшую литературу, которую вела пусть и молодая, но совершенно не умеющая заинтересовывать учеников девушка. А когда мы наконец-то освободились, решили наведаться в столовую, точнее, в кафетерий, как его тут было принято называть. Пафос – что тут ещё можно добавить?

В отличие от предыдущих школ, здесь столовая выглядела несколько вычурно и даже театрально. Похоже, заказчик решил не отходить от прежнего замкового стиля и просто отреставрировал просторное помещение, которое заиграло новыми красками, создавая эффект экстравагантности. Раньше здесь, скорее всего, принимали бесчисленное множество гостей, устраивая званые обеды и другие семейные торжества, а теперь столовались избалованные детишки человек по шесть за каждым деревянным столом, которые располагались по всему периметру.