«Вольный клинок» нашёлся быстро. Низкое здание с покосившейся вывеской, запах дешёвого вина и жареного мяса. Место действительно выглядело так, словно здесь привыкли не задавать вопросов. В первую очередь ради собственной безопасности. Я толкнул дверь и шагнул внутрь.

За столом возле стены уже сидел Лис. Я опустился на лавку рядом с охотником, не снимая плаща — его края скрывали нестандартный эфес моих шпаг. Хозяин за стойкой делал вид, что не замечает новых посетителей, но его взгляд всё равно скользнул по мне и тут же пошёл дальше.

Мы с Лисом успели обменяться парой ничего не значащих фраз, когда дверь открылась вновь и вошли двое. В коттах, без доспехов, но с полуторными мечами. На груди у обоих — птица с распахнутыми крыльями — герб южан, присланных «покровителем» Гильема.

Наш разговор с Лисом оборвался на полуслове.

Я узнал вошедших раньше, чем успел об этом подумать. Походка. Сложно забыть движения человека, против которого приходилось сражаться. Именно эти убили лейтенанта Бертрана. А троих их товарищей мы тогда положили у расщелины в скале.

Рука сама легла на рукоять Астры. Указательный палец привычно оплёл крестовину. От этого движения тело собрало себя в знакомую схему боя раньше, чем разум успел решить, нужен ли здесь бой вообще. Лис вроде и не делал никаких резких движений, но по тому, как он перехватил нож, я понял, что и он готов к неприятностям.

Южане тоже нас узнали и не остались в долгу: пальцы обоих сжались на рукоятках мечей. Так мы и замерли друг напротив друга, внимательно наблюдая за противником и ожидая, кто сорвётся первым. Между нами всего несколько шагов. Для полуторника и Астры это практически вплотную. Народ в таверне собрался тёртый, напряжение ощутили все, и говор за столами притих.

Секунд десять, не меньше, мы играли в гляделки. Наконец старший южанин, с тонким шрамом через бровь, демонстративно снял руку с меча. Второй, более молодой, не торопился. Наоборот, я заметил, как он перенёс вес на заднюю ногу, словно перед рывком. Колено чуть согнулось. Плечо развернулось. Я подобрался, готовый выстрелить своим телом ему навстречу и поставить жесткий блок Астрой.

В этот момент старший резко положил молодому руку на плечо и с силой сжал.

— Успокойся, — сказал он, не повышая голоса. — Мы здесь не ради мести, а ради дела.

Молодой пробормотал что-то неразборчивое и явно не лестное в нашу сторону, но приказу подчинился. Только после этого я положил руки обратно на стол, а Лис расслабил пальцы на ноже, но убирать его не стал. Хозяин таверны сделал вид, что происходящее его совершенно не интересует. Остальные посетители постепенно вернулись к своим разговорам, хотя украдкой косили взгляды в нашу сторону.

Южане подошли к столу. Старший сел напротив меня. Младший — напротив Лиса, чуть откинувшись, словно оставлял себе пространство для рывка. Лис посмотрел на это пространство, потом на молодого и едва заметно усмехнулся.

— Реннар Валье, десятник наёмного отряда «Стальной Феникс», — спокойно представился старший. — Это рядовой Жером. Мы здесь по делу, а не из-за прошлых обид.

Голос ровный. Руки на виду. Взгляд спокойный. Либо Реннар действительно пришёл разговаривать, либо очень давно работал наёмником. Скорее всего, и то и другое.

Десятник положил на стол небольшой кожаный мешочек. Монеты внутри тихо звякнули звуком, который ни с чем не спутаешь. Золотом. Разговор сразу стал заметно интереснее.

— Тогда мы выполняли заказ. Кто-то умер. В нашем ремесле такое случается. Сейчас у нас новое поручение. На нём все могут хорошо заработать. Здесь, — Реннар указал на кожаный мешочек, — два золотых соляра. Это задаток.

Я не торопился тянуться к мешочку. Лис промолчал, только чуть прищурился.

— И что именно нужно? — спросил я.

Реннар достал из поясной сумки сложенный вчетверо лист и развернул его на столе. Бумага была хорошая, печать свежая, подпись — размашистая и знакомая. Гильём.

— Кольцо с рубином — фамильная ценность нашего нанимателя. Гильём де Монфор подтвердил, что готов его продать. Вот его согласие и описание кольца: золото, рубин в огранке «капля», на внутренней стороне — гравировка «А. М.». Кольцо найти и вернуть. По возвращении кольца ещё 2 соляра.

Я внимательно изучил бумагу. Вместо имени получателя там значилось «подателю сего документа». Деньги, судя по документу, Гильём уже получил, а кольцо осталось у него. Владелец кольца подстраховался с умом. Может, не первый раз сдаёт в аренду свой артефакт?

— И где это кольцо видели в последний раз? — спросил я.

— Вы похитили барона вместе с ним. Так что вам виднее, — ответил Реннар. — Сам понимаешь, 2 соляра — это гораздо больше, чем вы получите от его продажи. Наш заказчик готов заплатить такую сумму только потому, что это фамильная ценность.

Я кивнул. Что же до кольца, то похоже, сами «фениксы» пока не знали, что Гильём нам рассказал о его свойствах. И решили, что мы припрятали кольцо для последующей перепродажи.

— Вторая часть. Монстра, который убил барона, упокоить. За его голову отдельно 4 соляра. Если окажется, что в твари есть «Шип Подчинения (F)», принести этот шип. За него доплатят отдельно ещё 2 соляра, — десятник сделал паузу и неохотно добавил: — Наш наниматель хочет знать, барона убили случайно или кто-то копает под нашего нанимателя.

Что ж, легенда у наёмников превосходная. Оплата в целом справедливая. Если не знать, что кольцо является артефактом, неопределяемым Системой, то поверить в такое очень даже легко.

— Итого 4 соляра за кольцо и от 4 до 6 за тварь? — уточнил я.

— Верно, — подтвердил Реннар.

Я покачал головой.

— Так не пойдёт. Два соляра, — я указал на мешочек, — за то, что мы вообще за это дело берёмся. В баронство путь неблизкий. Плюс 4, если мы вернём кольцо, и 6 за тварь независимо, будет в ней шип или нет. Я, уважаемый Реннар, с этой тварью сражался. За 4 соляра я предпочту обойти её стороной.

Жером фыркнул, едва слышно пробормотав «трусливые свиньи». Я сделал вид, что не услышал. Запомнить оскорбление это не помешало. Реннар поднял бровь.

— Жадноват ты для человека, недавно сидевшего в церковной тюрьме.

— Я выиграл Суд Владыки, и все обвинения с меня сняты. Хочешь поспорить с волей бога? — намеренно резко ответил я.

Десятник успокаивающе выставил руки.

— Дураков, чтобы спорить с Владыкой, среди нас нет. Верно, Жером? — рядовой через силу кивнул. — Ладно, любимчик Бога, будет по-твоему.

Жером при словах «любимчик Бога» скривился так, будто ему предложили выпить уксуса. Я мысленно отметил, что прозвище мне категорически не нравится. Значит, наверняка прилипнет.

Я удовлетворённо улыбнулся. Как и положено наёмнику, который продавил своего оппонента, не подозревая о настоящей ценности предмета.

— Вот и договорились, — произнёс я. — А кто наниматель? Стоит знать, кому именно мы возвращаем фамильную ценность.

— Мы бойцы. Капитан Джулиано де Ренн получил заказ и передал нам. Больше нам знать не положено. И неинтересно.

Слова прозвучали слишком естественно, чтобы понять, врёт он или действительно предпочитает не задавать лишних вопросов. Но название роты и имя их капитана я запомнил. Я протянул руку. Реннар пожал её крепко, по-деловому. Жером демонстративно отвернулся к стене, будто внезапно заинтересовался трещиной в штукатурке.

— Удачи вам, — кинул Реннар.

Десятник забрал бумагу, оставил мешочек с монетами и встал, потянув за собой молодого. Жером поднялся неохотно и напоследок ещё раз посмотрел на нас так, словно обещал продолжить знакомство в менее людном месте. Я ответил ему самым дружелюбным взглядом, на который был способен. Получилось, подозреваю, не очень.

Когда южане покинули таверну, Лис убрал нож. А гул голосов вокруг почти сразу вернулся к прежнему уровню. Таверна дружно решила, что спектакль окончен.

— Какое ценное колечко, оказывается, — с прищуром протянул охотник. — Мы точно хотим им его отдать?