— Это твой подход, коллега, — седой волшебник с интересом разглядывал оставшийся нетронутым плотный походный мешок с лямкой. — А мы говорим о сосунке, которого совсем недавно принесли в жертву хтоническому демону. Он жизни не видел, рос в тепличных условиях. То, что он вообще как-то нам огрызается и успешно бегает от нас — для него должно быть огромным достижением. Хм… Ты сумку вскрывать будешь?

— Стрёмно… — брюнет не решался развязать завязки на горловине. — Лекс, может, ты этим займёшься?

— Если бы я трогал всякие подозрительные вещи, то не дожил бы до своих двухсот лет, — на мгновение в глазах седого волшебника отразилось лёгкое неудовольствие напарником. — Давай отловим какого-нибудь пейзанина и заставим его распотрошить пожитки беглеца.

— А давай! — брюнет с довольной рожей на шаг отошёл от баула.

— Похоже, тебя в твоей академии хорошо учили не трогать вещи враждебного мага, — ухмыльнулся Лекс.

— Я был самым молодым студентом, — с гордостью выпятил грудь брюнет. — Поступил в академию в пятнадцать, хотя обычно поступают в шестнадцать-двадцать.

— Поговаривают, что в вашей академии во время обучения гибнет каждый пятый студент, — продолжил седовласый. — Наверное, было сложно?

— Ни капельки, — высокомерно задрал подбородок брюнет. — Я же Ивол! Я легенда! Самый гениальный студент академии… Эх… Что-то ни одного куска живого мяса не идёт по дороге. И долго нам ждать?

— Наверняка долго, — Лекс оглянулся по сторонам, не заметив никакой активности. Он вернулся к прежней теме: — Только психи согласятся учиться в академии Саштов. У вас в стране магов совсем не берегут. Как вообще у вас получается добиться такой высокой смертности среди студентов?

— Дуэли… — с ностальгической улыбкой протянул Ивол. — Я их обожал. Но многие их не пережили. А ведь знаешь, что, Лекс?

— Что, коллега? — вздёрнул седые брови собеседник.

— Преподаватели меня не любили, — криво ухмыльнулся Ивол. — Они завидовали моему таланту. Мой сосед по комнате умер перед самым выпускным экзаменом. Я поднял его в виде нежити и, управляя им, сдал экзамен. А они…

Лекс закатил глаза, в то время как брюнет продолжил:

— Когда профессора узнали о том, что я сделал, они не зачли мне экзамен. Больше того — мне даже не зачли курс некромантии!

— Я их могу понять, — пару раз кивнул Лекс. — Я бы на их месте за такую хулиганскую выходку тоже экзамен не зачёл бы… Так что, коллега, мы будем искать пейзанина или так и продолжим его ждать? У меня такое ощущение, что мы его будем ждать долго.

— Эх… — тяжело вздохнул брюнет. — Ладно, слетаю в ближайшую деревню и притащу разумного мяса.

Ивол вновь создал у себя под ногами чёрную тучку, на которой взлетел в небеса. Он полетел по направлению к деревне, в которой до этого Леонель закупался продовольствием.

До деревни было недалеко, особенно если лететь по воздуху на скорости около сотни километров в час. Поэтому маг быстро сокращал расстояние до неё. Но он даже долетать до поселения не стал. Стоило ему увидеть первого попавшегося мужика, который обрабатывал поле, как маг приземлился и выпустил в напуганного крестьянина заклинание в виде чёрного шара.

Заклинание вырубило мужичка. После чего маг тьмы подошёл к бессознательному человеку и поморщился.

— Фу! Ну и воняешь ты, немытое мясо! — с презрением посмотрел он на пленника.

Встав рядом с телом, маг снова проявил облако тьмы. На этот раз оно подняло в воздух не только волшебника, но и его жертву.

Через некоторое время полета Ивол вернулся к Лексу, который терпеливо сидел на притащенном из леса брёвнышке и лузгал семечки.

— Быстро ты, коллега, — ссыпал он семечки из ладони в карман. — Пейзанин жив?

— Жив… пока, — оскалился Ивол.

Он приземлился вместе с живым грузом. Тьма исчезла у него из-под ног.

Очередное заклинание в его исполнении привело в чувства крестьянина.

— А-а-а! — испуганно завопил тот, в ужасе смотря круглыми глазами на пленителя. — Не убивайте, господин маг! Молю, не убивайте! Мне семерых детишек кормить надобно. Без меня им будет худо.

— Заткни пасть, раб! — недовольно скривился Ивол. — Немедленно встань!

Крестьянин поспешно выполнил приказ. Он поднялся на ватные ноги, колени которых дрожали и подгибались.

Лекс, не торопясь, поднялся с бревна и подошёл к дрожащему крестьянину. В глазах седовласого волшебника светилось холодное любопытство. Сколько пленник не вглядывался в его лицо, он не заметил ни капли сочувствия.

— Видишь эту сумку? — ткнул бородатый маг пальцем в походный мешок Леонеля. — Открывай её и выкладывай всё, что внутри.

Крестьянин кивнул, едва сдерживая дрожь. Он неуверенно подошёл к мешку, дрожащими руками развязал завязки и заглянул внутрь.

— Ну? — нетерпеливо подал голос Ивол. — Что там?

— Ф-флаконы, господа маги… — пробормотал мужик, вытаскивая один из сосудов.

Флакон был небольшим, из тёмного стекла, плотно закупоренным пробкой из особой породы древесины, которая похожа на пробковое дерево. Внутри плескалась густая чёрная жидкость, которая даже сквозь стекло казалась неестественно живой. От неё исходил лёгкий, но ощутимый вибрацией в воздухе гул — словно далёкий рокот подземного толчка.

Лекс нахмурился.

— Интересно… — протянул он, беря флакон из рук крестьянина. Жидкость внутри словно потянулась за его пальцами, оставляя на стекле маслянистые разводы. — Это не просто зелье. Оно… живое.

— Живое⁈ — Ивол фыркнул. — Ты что, веришь в эту ересь про одушевлённые эликсиры?

— Я верю в то, что вижу, — холодно ответил Лекс. — И вижу я, что эта субстанция не просто фонит магией. Она наблюдает.

Крестьянин, тем временем, продолжал выкладывать флаконы и фляги. Их оказалось больше десятка — все всё с той же зловещей чёрной жидкостью внутри.

— Что за дрянь этот зельевар с собой таскал? — пробормотал Ивол, поднося один из флаконов к глазам.

Лекс задумчиво повертел сосуд в руках, затем резко перевёл взгляд на крестьянина.

— Выпей это!

Мужик остолбенел.

— Ч-что⁈ — его голос сорвался в визг. — Нет, господин маг, прошу вас, я… я не хочу…

— Я не спрашивал, хочешь ли ты, — Лекс улыбнулся, но в его глазах не было ни капли тепла. — Я приказал.

Ивол засмеялся.

— Давай, мясо, не трясись! Может, станешь магом, ха!

Крестьянин сжал флакон в дрожащих пальцах, его лицо исказилось от ужаса. Но ослушаться он не посмел. Обычный человек ничего не может противопоставить магу, тем более двум. Он до последнего надеялся на лучшее. С отчаянным вздохом он выдернул пробку и… замер.

Жидкость внутри не просто колыхалась. Она шевелилась, будто была живой.

— Ну же! — рявкнул Ивол.

Крестьянин зажмурился и одним глотком опрокинул содержимое флакона в рот.

На секунду воцарилась тишина.

Потом мужик широко раскрыл глаза.

— А-а-а… — его голос стал неестественно низким, хриплым. — А-а-а-а-А-А-А-А-А!!!

Его тело дёрнулось. Кожа потемнела, стала неестественно чёрной, будто впитала всю тьму мира. Пальцы вытянулись, превращаясь в длинные, костлявые щупальца. Рот растянулся до ушей, обнажая ряды острых, игловидных зубов.

— ЧТО ЗА ЧЁРТ⁈ — отпрыгнул назад Ивол, округлив глаза.

Лекс, бледнея, отступил на шаг.

Крестьянин — если его ещё можно было так назвать — медленно поднялся. Его тело теперь было огромным, бесформенным, состоящим из чёрной, пульсирующей массы. Из спины выросли длинные, скользкие щупальца, а глаза… Глаз не было. Вместо них образовались пустые, бездонные чёрные впадины.

Существо издало низкий, рвущий душу рёв.

И в этот момент Лекс понял, что ощущает от него пронизывающий душу ГОЛОД.

Застывшие в шоке два мага выглядели до крайности изумлёнными.

— Что это за хрень⁈ — кинул взгляд на товарища Ивол.

— Демон, — с наигранно-ледяным спокойствием ответил Лекс.

— Демон⁈ — вскинул брови брюнет. — Этот малолетний придурок создал зелье для превращения человека в демона? Да ну нахер!