— Эм… — Марку и самому такие попутчики не нравились. Он бы и рад высадить «переселенца», да только одному с этими парнями ему было страшно оставаться. Но если они от него отстанут и переключатся на спутника, то ему станет легче. Жаль, конечно, этого добряка, но он сам это выбрал. — Да конечно.

Извозчик остановил телегу, затем дождался, пока попутчик слезет и заберёт свои мешки. После этого он хлестко огрел коня плетью по крупу, придав тому завидной прыти. Телега с грохотом покатилась по грунтовой дороге, подпрыгивая на кочках.

— Шустро пошёл… — проводил его взглядом Леонель.

Зельевар не спешил поднимать мешки, которые опустил на землю. Он с ожиданием подлянки разглядывал парочку мужиков, которые остались с ним, а не погнались за телегой. Следовательно, им был интересен не торговец, а он.

— И что же вы дальше не пошли, путники⁈ — с лёгкой иронией вопросил Леонель.

— Да нам спешить некуда, — ухмыльнулся худощавый. — Лекарь, ты случайно не в земли барона Подгорного следуешь?

— Вы хотите меня ограбить? — ушёл от ответа маг.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся худощавый. — Если бы мы хотели тебя ограбить, то сделали бы это давно. Оружия у тебя не видать, да и сильным воином ты не выглядишь… А правду говорят, что барон Подгорный по вечерам жарит младенцев, а ночами трахает орчанок?

— Только драконов, и то неправда, — Леонель понял, что его опознали по описанию внешности или даже по портрету, нарисованному художником из стражи.

Эти двое специально издевались над ним, будто понимали, с кем имели дело. Теперь ему было кристально понятно, что перед ним сектанты или посланники местных аристократов, которые состоят в культе. Впрочем, никакой разницы. Для него это однозначные враги.

Притом, что он опознал в них противников, нападать зельевар не спешил. Он чувствовал в себе силу противостоять этим отбросам. Он суперсолдат по меркам одной из неведомых космических цивилизаций, пусть лишь по физическим параметрам, а не по умениям. А эти двое обычные люди, пусть и тренированные. Конечно, у них могут иметься сюрпризы в виде усиливающих зелий и артефактов. У него зелья тоже есть, но в сумке, то есть добраться до них непросто. Но даже так без приёма своих составов он надеялся справиться с врагами без проблем.

Не спешил же он нападать по нескольким причинам. Во-первых, чтобы они раскрылись и выболтали побольше информации. Даже кажущиеся пустопорожними слова могут нести крупинки ценной информации. Во-вторых, следовало выявить возможных наблюдателей или группу поддержки, если они есть. Не хотелось бы, чтобы охотники напряглись раньше времени и сбежали. Он собирался расправиться со всеми.

— Так вы культисты? — прямо спросил Леонель.

В следующее мгновение худощавый бросил в его сторону гость «пыли», которую разнёс попутный ветер.

Леонель ожидал от незнакомцев атаки, но подобные действия стали для него неожиданными. Он думал, что они достанут оружие или артефакты, а не непонятный порошок. И все же он был полностью собран. Поэтому сразу же задержал дыхание и огромным прыжком отскочил назад метра на три. Затем парой столь же больших прыжков ускакал в сторону от разрастающегося облака.

Несколько крупинок всё же попали ему на кожу, а остальные ветер сдул в сторону.

По характерному пощипыванию Леонель сразу же определил, что применили противники. Это был порошок Немоты. Вдохнувший его, на некоторое время терял возможность говорить.

Данный алхимический состав довольно редкий из-за своей дороговизны. Он используется против магов.

Большинство из кудескиков привычны к вербальной активации чар. Лиши волшебника возможности говорить, и он не сможет активировать большинство заклинаний. Лишь мастера магии или близкие к этому званию способны творить чары невербально. Ну, или те, кто этот навык вырабатывал изначально. Только таких магов мало.

Чтобы невербально использовать одно заклинание, нужно потратить несколько лет упорных тренировок или же долгие годы пользоваться одними и теми же чарами. Соответственно, мало находится извращенцев, которые бросят все силы на овладение одними или несколькими чарами.

Проще говоря, большую часть молодых волшебников порошок Немоты превратит в безобидных жертв, которых можно брать голыми руками.

В следующее мгновение из леса позади выскочили ещё трое крепких мужчин в таких же плащах. Вид они имели суровый и вооружены были дубинками обмотанными тканью. Следовательно, брать пленника они собирались живьём.

— А ты шустрый, — зло сощурился худощавый, доставая из-за спины дубинку. — Успел подготовить чары скорости, пока мы болтали? Ловко это ты. Время тянул. Но это тебе не поможет. Мы тоже быстрые.

— Допустим, — Леонель всё ещё не спешил вступать в бой. — Что вы собираетесь использовать для ускорения? Алхимия? Артефакты?

— Ни разу не угадал, воришка, — усмехнулся крепыш.

В следующее мгновение татуировка змеи на предплечье у него засветилась болотным сиянием, а его движения стали резкими, словно в ускоренной перемотке. Он быстро достал из-ха спины дубинку.

— Точно почитатели Сета, — тяжко вздохнул Леонель. — Собираетесь притащить меня к своему хозяину?

— Не к хозяину, а его Верховному жрецу! — медленно надвигался на него худощавый. — Ты не хозяин украденной силы… ты всего лишь клетка. Сосуд!

— Сосуд⁈ — удивился Леонель.

— Конечно же! — продолжил худощавый. — Сосуд, который должен был умереть. Ведь ни один смертный не способен выжить при встрече с самим Сетом! После этого силой должен был завладеть истинный хозяин. Но ты… Ты каким-то образом выжил. Но не радуйся — это ненадолго!

— Погоди… — удивлённо вскинул брови Леонель, пока трое подельников бандитов перекрывали ему путь к отступлению. — Хочешь сказать, что изначально в ритуале должно было присутствовать промежуточное звено?

— Ага! — издевательски лыбился худощавый.

— И мои родители об этом не знали, хотя считали себя приближёнными к вашему лидеру… — принялся вслух рассуждать зельевар. — Попахивает подставой.

— Она и есть! — усмехнулся худощавый, почему-то не спеша воспользоваться своим преимуществом в скорости.

Леонель заподозрил, что противник тянет время. Ведь странным выглядело то, что после активации татуировки не используется даруемое ею преимущество. Это могло означать, что либо для использования этих чар нужно время, либо напарники сектанта готовят какую-то серьёзную атаку.

— Или ты, сопляк, думал, что твои предки самые умные⁈ — с издёвкой продолжил худощавый. — Ха-ха-ха-ха-ха! Эти придурки купились на наживку. Нам было известно, что они собирались кинуть братьев. Лидер решил их использовать. Только ты оказался слишком резвым для покойника, у которого планировалось спокойно изъять способность. Ведь сделать это можно в течение суток после гибели «прокладки».

— Ты слишком много знаешь для рядового сектанта, — нахмурился Леонель. — Это может означать лишь то, что ты принадлежишь к правящей верхушке секты. Но странно, что кто-то подобный тебе так быстро оказался в этой глуши.

— А ты догадливый, — продолжал зачем-то тянуть время худощавый. — Я теневая рука верховного жреца Сета! — его слова были пропитаны гордыней. — Мы идём по твоим следам уже который день. И вот, наконец, мы тебя нашли!

В следующее мгновение Леонель ощутил невероятное давление на свою энергетику. Воздух стал насыщен хаотичными потоками.

Тут зельевару стало ясно, зачем преследователи тянули время. Поскольку им не удалось лишить его речи с помощью порошка, они каким-то образом активировали антимагический барьер. Он не позволял использовать заклинания энергетического типа.

О подобном волшебстве представителю древнего аристократического рода доводилась лишь слышать в формате легенд. Типа подобное вроде как теоретически возможно, но это не точно. Такая магия создаёт хаотические потоки эфира, которые сбивают все внешние чары, включая артефактные. В том числе он вряд ли сумел бы активировать те же водные хлысты или магический щит, которые даруют зелья. Их ещё на моменте формирование развеяло бы.