— Нет, лара. И это не милый молодой человек. Это четырехсотлетний злобный кахэ, к тому же фигурант моего уголовного дела, — не моргнув глазом, выдала змеища с самым невинным лицом, на которое только была способна. — И я вообще не думаю о замужестве, лара Иреан. Я еще только жить начинаю.
— А о родителях ты подумала? Они ведь внучат ждут, а ты все о работе! — не унималась старушка.
В позе дийес Тьен кахэ уловил раздражение.
— Родители согласны подождать, лара, — со вздохом ответила девушка, невозмутимо проходя к подъезду.
Риэнхарну не оставалось ничего другого, как пойти вслед за дийес Тьен, спиной чувствуя возмущенный взгляд старушки, которая, похоже, не поверила в то, что кахэ здесь исключительно по делу, а не для совращения милой и невинной дийес Риннэлис. Бред какой!
Нелюдь шел в шаге позади, держась так, чтобы в любой момент иметь возможность удержать девушку, если она все же решит выкинуть какую-нибудь глупость. Впрочем, и свернуть стерве шею из такого положения тоже было весьма удобно. Все это время гадюка оставалась на удивление послушной, но это не значит, что в последний момент она не извернется, чтобы укусить.
— Куда вы меня привели? — сухо и угрожающе поинтересовался мужчина.
— Как ни прискорбно, к себе домой, — пожала плечами дийес Тьен, делая пару сложных пассов перед дверью, а затем вставляя ключ в замочную скважину.
В кахэ уже в который раз за день зашевелились самые нехорошие предчувствия.
— Не думаю, что визит мужчины к одинокой девушке способен благотворно повлиять на ее репутацию, — едко заметил Риэнхарн. — Я никогда не позволил бы себе скомпрометировать юную дийес. Я хочу видеть своего племянника.
Змея смерила его оценивающим взглядом и с самой любезной улыбкой откликнулась:
— Ларо, я не думаю, будто в этом мире есть хоть что-то, способное испортить репутацию дознавателя со стажем. К тому же, боюсь, вы не первый мужчина, посещающий мою скромную обитель.
Прежде чем кахэ сумел язвительно ответить, она продолжила:
— Ваш племянник здесь, ларо Аэн.
Удивлению Риэнхарна не было предела.
Дийес Тьен, воспользовавшись растерянностью нелюдя, спокойно прошла в свою квартиру и повесила ключ на ажурный крючок, который был прибит к стене возле зеркала в человеческий рост.
— Входите, ларо, уж простите, но не предлагаю вам быть здесь как дома, — радушно улыбнулась дийес дознаватель, и в ее глазах мелькнуло выражение предвкушения чего-то интересного.
«Что на этот раз?!» — занервничал кахэ по полной программе, но все же вошел вслед за человечкой. Ведь там должен быть племянник… А также там может быть очередная ловушка.
— Ларэ! Наконец-то вы вернулись! — раздалось из комнаты. — Вы все-таки должны меня… — начал было тщательно подготовленный монолог ларо Таэллон, но растерянно умолк, узрев рядом со мной своего старшего родича.
— Таэль?! — с присвистом выдохнул мой фигурант, забыв закрыть от удивления рот. Глаза кахэ приняли почти идеально круглую форму. Видимо, ларо Риэнхарн до конца так и не поверил в то, что его племянник в полном здравии находится у меня дома, а не в пыточной камере.
— Дядя?! — пораженно воскликнул ларо Таэллон. И лицо его было зеркальным отражением физиономии старшего нелюдя. Младший кахэ уже смирился с тем, что я бессердечное чудовище, и был морально готов выбивать из меня своего драгоценного дядю не мытьем, так катаньем. До ларо Таэллона дошло: планы придется кардинально менять и он, похоже, даже немного расстроился.
Воссоединившимся родственникам, судя по возмущенному выражению лица одного и покаянному взгляду второго, явно нужно было обсудить сложившуюся ситуацию. Желательно без меня. Я решила, что в этот раз вполне допустимо проявить тактичность, совершенно не свойственную дознавателям, и удалилась на кухню, дабы приготовить обед и просмотреть содержание папки, врученной мне Лэром. В принципе я уже имела некоторое представление о содержащихся в ней сведениях, но, увы, мои умозаключения, не подкрепленные фактами, не стоят ничего даже в моих глазах, не говоря уже о суде.
Доведенным до автоматизма движением я сняла с папки магическую печать, развязала тесемки, скрепленные кокетливым бантиком, и погрузилась в самое увлекательное из возможных чтив под аккомпанемент мелодичных ругательств, доносящихся из прихожей.
Надо сказать, диалог двух родичей вызывал живой интерес даже при моем посредственном знании kaheily. Если началась беседа с банального «Что ты здесь делаешь?», то уже спустя десять минут собеседники перешли на личности, и их речь расцвела такими эпитетами, что, даже не полностью понимая произносимое, я смущенно краснела.
В папке действительно оказалось подтверждение всех моих умозаключений и даже немного больше. Как я и предполагала, все время, которое я возилась с ларо Риэнхарном, было потрачено впустую. Я, конечно, подозревала о невиновности нелюдя, но, честно говоря, документальное подтверждение того, что он не совершал убийства юной ларэ Айрэл, вызвало во мне разочарование. Пожалуй, я бы с удовольствием посмотрела на то, как Риэнхарна Аэна повесят, но я слишком дорожила своей профессиональной репутацией, да и моральные принципы, привитые воспитанием, выбить из себя трудно. Так что кахэ все же останется в живых. Жаль…
Родственники все еще общались в прихожей на повышенных тонах, поэтому я предпочла не покидать относительно безопасную кухню, дабы не радовать многочисленных недругов своей преждевременной кончиной. Сейчас ларо Риэнхарн способен прибить меня из-за переизбытка эмоций, которые обеспечил ему младший родич. Защититься можно только от того, что способен предугадать, а предугадать можно только разумные поступки, к каковым не относятся убийства и нанесение тяжких телесных повреждений в состоянии неконтролируемой ярости. Такие «милые» проявления натуры можно предсказать только в том случае, если сам старательно их провоцируешь, как раньше я это сделала со старшим кахэ. В данный момент ситуация находилась не под моим контролем, и я посчитала, что лучше не высовываться из кухни без особой необходимости. В конце концов, я голодна, сейчас что-нибудь быстренько приготовлю и поразмышляю над сложившей ситуацией.
Вскоре ко мне присоединился взъерошенный и злой Кэрри, которого явно не порадовало появление в доме еще одного нелюдя в расстроенных чувствах.
Мы с котом понимающе переглянулись. Да, два раздраженных кахэ на моей территории — это уже чересчур, но деваться некуда.
Я положила себе на тарелку тушеного мяса с вермишелью, страж, нудно и беспрестанно вякавший, тоже получил свою долю, и теперь довольно урчал, поглощая мою стряпню.
— Это ненадолго, — пообещала я Кэрри, садясь за стол.
Надеюсь, я сказала правду.
Неожиданно вопли мужчин стихли, и в дверях кухни возник смущенный ларо Таэллон.
— Ларэ Риннэлис, а нам с дядей ничего не осталось? — умоляюще глядя на меня, проканючил младший кахэ. Его родич маячил за спиной Таэллона, и по его виду можно было сказать: ларо Риэнхарн тоже голоден, но гордость не позволяет ему признаться в слабости своему противнику.
— Садитесь, — сдержанно улыбнулась я, понимая, что мое идеально вежливое лицо вот-вот пойдет трещинами и осыплется к ногам горстью старой штукатурки.
Ларо Таэллон принял мое предложение, не задумываясь, ларо Риэнхарн замялся, но обоняние кахэ, более тонкое, чем у людей, не позволило ему игнорировать запах пищи долго. Не думаю, что порядки в нашей управе в последние две недели сильно изменились, и арестантов вдруг начали пристойно кормить.
— Ты еще и ел у нее, — брезгливо констатировал старший нелюдь, возмущенно косясь на племянника.
— А я что, должен был от голода умереть?! — окрысился ларо Таэллон.
— Лучше умереть от голода, чем принять пищу из рук врага!
— Я так понимаю, вам не накладывать? — поинтересовалась я у ларо Риэнхарна. Тот сглотнул, покосился на тарелку, вдохнул запах мяса… В общем, выглядел он жалко.
— Накладывайте, ларэ Риннэлис, — отмахнулся от дядиных терзаний парень. — Он так может еще долго промучиться.