Кхм… Что это с моим коллегой?
— Тарн, Энтрел был уже не мой человек, — отозвалась я, чувствуя легкое удивление. — Он сказал, что рассчитался со мной и чтобы я не рассчитывала больше на его помощь. Поэтому его проблемы меня уже не касались. Я не была обязана обеспечивать его безопасность. Лучше расскажи мне, что ты раскопал по поводу деятельности покойного ларо Гросса.
Тарн резко оборвал связь, коротко ругнувшись сквозь зубы. Нашел из-за чего истерику устраивать, можно подумать, что курьер — это первый сотрудник стражи, который умер раньше времени.
Боги, из-за этого нелепого утреннего разговора я так и не выспалась, а заснуть снова у меня вряд ли получится: я — жаворонок, так что бесполезно даже пытаться.
А Энтрела взяли на удивление быстро, просто потрясающе… Ведь он был не дурак, неплохо умел уходить от преследований… Надо проверить, взломали ли защиту на квартире. Там полно предметов, с помощью которых можно обеспечить мне неприятности. Те же волосы на расческе в ванной, ношеная одежда, ну и мало ли что еще.
Портал в зеркале обнаружить никому не удастся — он реагирует на кровь, подчиняясь только маме и мне, для других являясь лишь обычным куском стекла, так что выяснить, как я умудрилась исчезнуть со своей жилплощади, прихватив пару кахэ, никому не удастся. Поэтому даже если в квартире побывали, это не означает, что произошла катастрофа. Я все равно сумею выпутаться.
— Риш, ты уже проснулась? — окликнула меня мама из кухни. М-да… Звукоизоляция в нашем доме просто отвратительная.
— Да, мам, я сейчас спущусь.
— Ты уж поторопись, мы с твоими гостями уже почти закончили завтракать.
«Мои гости». Кошмар какой. Так мама называла Тарна с Лэром, когда те у нас отдыхали на каникулах. Ох, какие тогда слухи ходили обо мне среди соседей — до сих пор вспоминать смешно. А я виновата, что и в школе и в академии у меня с парнями отношения складывались лучше, чем с девушками, поскольку разговоры о моде и косметике меня не впечатляли. Зато я хорошо разбиралась в магии и фехтовании (это, впрочем, не мешало мне выглядеть с оружием в руках нелепо и жалко), так что мои интересы определили и круг моего общения.
Я с неудовольствием посмотрела в зеркало, пробурчала под нос: «Другие не лучше!» и начала раскопки своего шкафа на предмет чего-нибудь удобного, чистого и немятого. Задача оказалась довольно сложной — мои безалаберность и неаккуратность в доме родителей расцветали пышным цветом, так что приходилось просто наугад вытаскивать вещи из той или другой кучи.
В итоге я спустилась через пять минут в домашних брюках, которые носила уже, наверное, лет пять, и рубашке, вылинявшим зеленоватым цветом гармонировавшей с моим оттенком лица. Увидев меня, ларо Таэллон подавился, ларо Риэнхарн постарался скрыть свою мерзкую усмешку, а мама пригрозила, что сама займется уборкой в моем шкафу — она прекрасно знала, что любое посягательство на мою территорию вызывает у меня состояние бешенства.
— Могла бы и поприличнее одеться, все-таки гости… — добившись от меня клятвенного обещания заняться уборкой, вздохнула мама.
Я выразительно фыркнула, давая понять, что для меня наличие подобных «гостей» не является чем-то заслуживающим внимания, пока они ведут себя пристойно и не лезут не в свое дело.
— Мама, очень прошу тебя в ближайшее время не покидать дом, и нужно, чтобы папа тоже был здесь безвылазно, — настроившись на серьезный лад, сказала я.
— Что случилось? — напряглась моя родительница, посмотрев на меня.
— Курьера, которого я посылала за кое-какими документами, нашли мертвым. До этого убили ларо Гросса. Судя по всему, гуманностью преступник не отличается, так что я не удивлюсь, если он и до вас попробует добраться.
— Превосходно, ты, как обычно, нашла неприятности для всех. А Тарн и Лэр?
— Они сами о себе способны позаботиться, — пожала плечами я. — Тем более в само расследование я их не втянула. Вряд ли их тронут. Оба кахэ напряженно застыли, стараясь не упустить ни одного моего слова.
— У вас неприятности, дийес Риннэлис? — поинтересовался ларо Риэнхарн.
— Увы, да, — ответила я, стараясь не драматизировать события, но и не проявлять излишнюю беззаботность. В конце концов, от того, что нелюдь будет в курсе некоторых перипетий расследования, хуже не будет. — Похоже, у вас появились многочисленные конкуренты, ларо Риэнхарн, — кривовато усмехнулась я.
— О чем вы, дийес? — слегка опешил мужчина.
— Моей крови теперь жаждете не только вы, и у ваших соперников больше возможностей, чтобы уничтожить меня.
— Но я — то ближе к вам, не так ли? — самодовольно произнес кахэ, глядя на меня с пугающей плотоядностью. — Следовательно, у меня все же больше возможностей вас убить, чему я чрезвычайно рад.
Ларо Таэллон и мама со священным ужасом наблюдали за нашей милой светской беседой, но не вмешивались, предпочитая наблюдать со стороны.
— Уверяю вас, я приложу все усилия, чтобы помешать вам, — спокойно произнесла я, с удовольствием чувствуя: ни тон, ни мимика не выдали навязчивой нервозности, которая понемногу начала во мне подниматься после последних событий. Проще говоря, проснулось чувство опасности, до этого лишь тихо скулившее от ужаса.
— Бесполезно, дийес Риннэлис, клянусь, что убью вас сам. Вы можете умереть только от моей руки, — мягким мурлыкающим тоном сытого хищника пообещал кахэ.
Я решительно оскалилась в ответ:
— Разумеется, вы можете попробовать, ларо.
Мама была бледна, младший нелюдь вообще старался смотреть в свою тарелку.
— Так вы это всерьез… — выдавила мама, переводя взгляд с меня на мужчину — и обратно.
— Конечно, — кивнула я. С чего это мама могла решить, что мы дурачимся?
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — мрачно произнесла мама.
— Естественно, — с ноткой высокомерия ответила я. Я просто ненавижу этого мерзкого, самоуверенного кахэ. Он разбивает мою жизнь на мелкие кусочки и с удовольствием смотрит на них. И я его опасаюсь…
Оказалось, что даже в самом нелепом виде, с лицом, отливающим в синеву от переутомления, человечка все же способна выглядеть внушительно и угрожающе. Редкостная змея. Даже когда Риэнхарн поклялся убить ее, на лице дийес дознавателя не дрогнул ни единый мускул, а в глазах сохранилось все то же отрешенно-сосредоточенное выражение, которое вызывало у нелюдя тихое бешенство и страх.
«Проклятье!.. Я все равно ее убью! Я опытнее! Я кахэ! Я мужчина, в конце концов!»
Риэнхарн пришел к неутешительному выводу, что дийес Тьен все же удалось довести его до точки кипения.
А человечка глядела на него непроницаемыми, как осенние омуты, глазами и, казалось, видела Риэнхарна насквозь со всеми его страхами и метаниями.
В полной мере насладившись растерянностью и беспомощностью мужчины, дийес Риннэлис сообщила, что намерена отправиться по делам, поднялась наверх и через десять минут сползла в кухню уже причесанная, лишь слегка бледная и завернутая в свою форменную мантию.
— Доброго дня, дийес Риннэлис, — с трудом растянул губы в улыбке кахэ.
— У вас прекрасное чувство юмора, ларо Риэнхарн, — откликнулась человечка, активизируя портал, через который она и нелюди пришли в дом дийи и дийэ Тьен.
— Дочка, осторожнее, — напутствовала змею дийя Тиана. — Если тебя там убьют…
— Все будет в порядке, мама, — отмахнулась дийес дознаватель, подмигнув, словно малолетняя хулиганка, решившая залезть в соседский сад за яблоками. — Можно подумать, я в первый раз влипаю в историю!
На плече дийес Риннэлис словно по волшебству оказался ее кот, который старательно потерся боком о щеку хозяйки, просверлив презрительным взглядом Риэнхарна.
Мое обиталище осталось точно в таком же состоянии, как в тот момент, когда я его покинула, время здесь вернулось в нормальное русло только с моим приходом. В квартиру никто так и не сумел вломиться, хотя чуть деформированные линии заклятий говорили о том, что враги предпринимали активные попытки. Я машинально запомнила особенности почерка правонарушителей, планируя добраться до них, как только закончу с расследованием. Такую наглость нельзя оставлять безнаказанной.