— Разговариваешь, как жаба квакает. — Немного раздраженно произнесла старуха, опуская лук. — Убить бы того, кто тебя учил… Это ты с острова пришел что ли? За тобой эти гонялись? — Кивнула она в сторону запада.
— Да, я пришел с острова и именно за мной «эти» охотятся. — Подтвердил я.
— Не похож ты на то страховидло, про которое мне рассказывали. Странный конечно, черный весь, только глаза да зубы светятся. Но ты точно не та тварь, которая сделала мне это. — Указала она на ногу. — Уж я-то его запомнила…
— А, эт щас исправлю. — Заверил старуху, вспомнив, что на мне комбинезон. — Вот.
Небольшим умственным усилием и прикосновением руки к лицу у меня получилось открыть голову, и теперь я показался во всей красе.
— Ух ты! — Воскликнула она. — Так ты О'Мельх.
— Кто? — Не понял я.
— О'Мельх. — Повторила старуха. — Они за горами живут.
— А эти О'Мельхи, они э-э-э, как я, да?
— Ну да. Зря что ли тебя так называю? — Проворчала старуха. — Ну, коли не монстр ты страшный, то пойдем в дом. Расскажешь мне старой, как до жизни такой дошел, что все племена на тебя охотятся. Эх, только у шаманов мозгов хватило, слава предкам… — Продолжала она ворчать, поворачиваясь ко мне спиной. — Чего застыл? Пошли, гость дорогой… Не бойся, не съем тебя. Хи-хи-хи… — Рассмеялась старуха.
— Э-э… ага, иду….
«Поганая тварь, чтобы тебя духи покарали!!!»
Это была единственная мысль, которая теперь преследовала Саин'кэ. Для него, воина тени и лучшего следопыта племени, началась черная полоса. Ничего не предвещало бури, обычная работа. И дело начало спориться. Наутро, после того, как тварь побывала в его доме, Саин'кэ по приказу вождя собрал руку теней и повел их по следу.
«Действительно, работка должна быть не пыльной». — Думал воин. — «Эта тварь оставляет за собой целую тропу из следов». Уже к полудню они наткнулись на стоянку твари, где еще тлел не до конца потухший костер.
Окрыленные удачей, воины устремились вперед, считая, что это будет самой легкой охотой из всех. Но первая же встреча дала им понять, что все не так просто. Тварь они настигли после полудня. Она неслась сквозь лес, не разбирая дороги и не смотря по сторонам. Такого тени себе не могли позволить, они слишком хорошо знали, кто может скрываться в этом лесу. Но следовать аккуратно за тварью не получилось, слишком часто она пропадала из виду и только оставленные следы помогали снова ее найти.
Вскоре воинам надоели эти перегонки, и они перестали аккуратничать, решили пойти напролом, лишь бы догнать тварь и закончить дело быстрее. Этот шаг оказался опрометчивым. След твари вывел их прямиком к лежбищу ядовитого Рааз-ута[6]. И он был зол, кто-то растревожил его. А тут как назло целая толпа теней у него перед глазами….
«Поганая тварь!» — Подумал Саин'кэ, вспоминая, как они убегали от ядовитой гадины. Тогда двоим из руки пришлось отправиться в ближайшее селение, иначе без отвара листьев кричащего дерева они бы умерли в муках, отравленные ядом Рааз-ута.
Саин'кэ пришлось набрать еще двух теней в соседнем племени, чья деревня находилась недалеко. Тут многие желали поймать тварь, так как и здесь она украла еду. Вождь конечно не похвалит за такое самоуправство, но Саин'кэ считал, что лучше перестраховаться, чем повторять ошибки.
В очередной раз, когда они ее догнали, то увидели, как тварь растворяется среди падучей рощи[7]. Все знали, что это смерть. Из рощи сможет выйти только полуразложившийся труп, отравленный соком тухлицы. Тени были раздосадованы таким окончанием охоты, тварь не сдалась, она решила покончить с собой… Смелый поступок. Но что-то не давало Саин'кэ покоя, что-то говорило внутри него — тварь не настолько проста.
Новенькие, набранные взамен отравленных Рааз-утом, хорошо знали здешнюю местность. За падучей рощей через десять полетов стрелы находится еще одна деревня их племени. Саин'кэ решил идти туда. Новенькие вели по короткой тропе, но он подгонял воинов все быстрее и быстрее. Все были в недоумении, зачем так спешить, что может быть в той деревне такого. Но Саин'кэ молчал, он думал о твари.
«Если она все-таки выжила, то должна зайти за едой… Вот тогда мы посмотрим, прав я или не прав». — Размышлял он.
В деревне их приняли радушно и в то же время настороженно. Суматоха, которую они подняли, вызывала беспокойство. Только местный вождь оставался спокоен после разговора со следопытом и нормально смотрел на действия руки.
Саин'кэ поставил стол возле дома, уложил его снедью и рассредоточил людей. Сам же забрался на крышу, прихватив с собой ловчую сеть.
День медленно проходил, но все оставалось тихо. Многие уже расслабились и с сочувствием смотрели на следопыта, мол бедняга, совсем заболел этой тварью… Было обидно, но Саин'кэ терпел, он чувствовал, что прав, вот только доказать не мог.
Под вечер, когда надежда стала угасать, а воины разбрелись по своим делам, только один Саин'ке сидел на крыше и лениво вглядывался в подступающие сумерки. Он уже сам начал думать, что ошибся, что зря устроил эту суматоху. Только опозорил себя перед другими.
Но тут он заметил какую-то странность возле стола, будто тень от него вытянулась и стала наползать на стол, поглощая пищу. Несколько секунд он вглядывался, пытаясь определить, мерещится ему или нет. Но тут он увидел, как тень отделилась от стола и стала его обходить.
«Это она! Это та тварь! Она выжила, я же говорил!» — хотелось ему закричать. Вот только он понимал, что это спугнет ее. В душе у следопыта поднялась волна радости и гордости за себя любимого. Он начал готовить сеть к броску, предвкушая, какие будут у соплеменников глаза, когда он покажет им скрученную собственноручно тварь. Рванув вперед и выбрасывая сеть, он вдруг почувствовал, как опора уходит из-под ног. Через мгновение его ноги провалились сквозь травяную крышу, а деревянная балка больно ударила в промежность. Что было дальше, он уже не видел, он только резко вскрикнул и завалился на спину, всеми силами пытаясь унять сильную боль…
«Поганая тварь!» — Подумал Саин'кэ, потирая ту часть тела, которая тогда пострадала. Но эта «жертва» оказалась не напрасной. Теперь соплеменники смотрели на него с уважением. Ведь именно он дождался твари, именно он почти ее поймал.
Тогда к Саин'ке присоединилось еще две руки теней, которые отправил местный вождь ему в помощь. «Теперь ты от меня не уйдешь…» — думал Саин'кэ. Рано или поздно они ее догонят.
И как назло он опять ошибся. Обнаружив тварь, новенькие, рванули за ней, Саин'кэ даже не успел им что-либо сказать. Вся толпа «загонщиков» влетела под жучью плешь вслед за тварью. Причем тварь пронеслась, даже не замечая насекомых, а вот теням пришлось туго. Семеро из них тогда вернулись в поселок покусанные до невозможности, несомые своими собратьями на плечах.
Отправленные взамен пострадавших, были не лучше, такие же горячие, спешащие доказать свое умение. Но каждый раз они оставались с носом. Особенно больно ударило по самолюбию исчезновение твари в воде. Тогда они искали следы почти целый день, гадая, утонула тварь или нет.
Не утонула. К вечеру один из воинов нашел забитую в кашу рыбу, а на противоположном берегу кучу водорослей и следы, оставленные в мягком иле. Времени было потеряно много…
Даже надежда снова обнаружить тварь стала гаснуть. Но Саин'кэ не отступал, он шел вперед, подчиняясь какому-то неведомому наитию, словно каменная собака, взявшая запах жертвы. На пятый день они снова обнаружили тварь. И почти догнали ее, когда….
«Поганая тварь!!!» — Накручивал себя следопыт, вспоминая, как за ними погналась стая иглогривых.
Он тогда чудом уцелел. И чудом этим оказались ямы хаиц, которых ловили здесь иглогривые. Саин'кэ в суматохе банально споткнулся о корягу и кубарем скатился в одну из ям. А когда смог выбраться, то иглогривых и след простыл, так же, как и его соплеменников.