Не миновала и меня встреча с парочкой таких индивидов. На одном из привалов, когда я разводил костер на поляне, из леса вышли два «товарища» и в грубой форме попросили меня отдать им вещи и сапоги. Вот дались им мои сапоги, а? Тем более одна пара на двоих! Да я сам их честно спёр!
Правда подраться у нас не получилось, на шум из леса прибежал мой питомец. Эти ребятки, завидев его, рванули обратно так, что после них целая просека осталась. И кричали при этом что-то такое непонятное «Маэру» или «Мээру»… Слово это было похоже на местное «merro?», которое означало что-то типа видения или морока.
Мой питомец за прошедшее время подрос и окреп, а его способности прогрессировали семимильными шагами. Теперь он мог летать на своих уже больших крыльях. Они в размахе были длинной как три песца вместе с хвостом. Общаться образами и убивать взглядом он теперь мог с расстояния в двадцать-тридцать шагов. Как он это все проделывал было трудно понять, да и образами объяснить такие умения у него не получалось. Но именно они натолкнули меня на мысль, почему бандиты назвали зверька мороком. Он же посылает образы, а для обычных людей это морок, галлюцинация.
Так мой питомец наконец обзавелся именем Мэр-ро. Судя по общению и желаниям, я сделал вывод, что его развитие сейчас находится на уровне двух-трех летнего ребенка. Мне даже стало интересно, каким он будет лет через пять…
Путешествие по деревням дало неожиданный результат. Стереотипы, упрямо засевшие в моей голове, твердили, что крестьяне тупые и необразованные. По крайней мере в фильмах их всегда показывали недалекими простаками. Это не правда. Они по большей части были наивны и неискушенны в интригах, у них отсутствовало образование, которое могли получить горожане. Но это не значило, что они глупы. Не все крестьяне родились и выросли в деревне. Многие из них в прошлом жили в городах. Кто-то сбежал из каменных джунглей от горькой судьбы. Кто-то шел туда на службу и возвращался в деревню на «пенсию». Хватало здесь и наёмников, которые наглядывали к одиноким вдовушкам и даже заводили семьи. Так что селяне в реальности оказались далеко не дремучими.
Еще в городе я узнал, что королевство называется Агентией, а вот расширить знания о нем получилось в деревнях. Информация была подана в полу-правде полу-легенде, что не мешало мне выбрать цельное зерно истины из всех небылиц. Лет так дохрена назад (1500 примерно) произошел серьезный катаклизм. Здесь он назывался Войной Неба и Земли. До этого катаклизма людское государство было всего одно, но очень большое — империя Сокеба (Со-одж ке Бона[14]). Жила себе, не тужила, строила по струнке соседей нелюдей. А потом громыхнуло. Как говорят крестьяне: «Небо почернело, земля разверзлась. Сверху падал лед, а снизу вырывались огненные реки». И вот на плодородных полях выросли горы или разлились морские воды, в засушливых областях потекли реки, а некогда высокие снежные пики превратились в каменные равнины.
Последствия катаклизма вызвали период, названный Великим Исходом. Здесь его еще называют временем травли людей, конечно, по мнению самих людей. На самом деле тогда начались грандиозные войны за территорию, и все расы были втянуты в них. Некоторые не могли остаться на своих местах, потому что вместо зеленеющих лугов и мирных речек там теперь господствовали горы с белыми снежными шапками и бурные горные потоки. Другие наоборот оказались вместо таких уютных предгорий с кучей дичи и редких растений в засушливой области, где смогла прорасти только редкая желтая трава.
Как говорилось ранее, в те времена существовало одно большое государство людей и множество королевств и княжеств иных рас, но вытесненные со своих мест обитания и вынужденные искать другое место для жизни они невольно становились соперниками за «кусок пирога». Говорят, даже пару рас в те времена истребили. Хотя почему говорят, я же шел через Костяные горы, знаю об этом не понаслышке…
Дальше больше, государство людей занимало немалую часть западных земель на континенте, и ему пришлось тогда сражаться на несколько фронтов. С севера наседали красномордые ак'хи и свинорылые вейги, с востока стучались в ворота тч'идари и тогда еще многочисленные не'гре, а на юге с войной пришли д'эрны. Естественно такого натиска государство людей не выдержало и стало отступать, отдавая территории и огрызаясь в ответ. Тогда людей практически прижали к новообразованным Костяным горам, которые еще не были «Костяными», и люди от безысходности начали их форсировать. Некоторым удалось пересечь горы, но там они нарвались на бастов, которых в свое время серьезно притесняли. А те в свою очередь, почувствовав, что армия «гадких голокожих» теперь далеко за горами, решили очистить свои земли от непрошеных гостей. Часть людей замерзла в снегах, не сумев преодолеть тяготы пути, или пала в сражении с расой Нэй, приспособившейся к жизни в новых условиях.
Когда Нэй сотворили свой страшный ритуал, люди осознали, что горы им не пересечь и встали намертво, стараясь если и продать свою жизнь, то как можно дороже. Словно загнанный в угол зверь, они дрались изо всех сил, зубами выгрызая себе право на существование. Спустя несколько лет жестоких войн люди смогли отбить некую часть своих территорий. Но на большее у них уже не осталось сил, война обескровила войска людей. Со временем карта человеческих территорий несколько раз менялась. Через пару десятилетий люди смогли закрепиться на отвоеванных землях и удерживать границы.
К тому моменту всю вертикаль власти в стране представляли полевые генералы и их офицеры. Хозяйство, производства и торговля были в упадке, в скором времени все грозило рухнуть, а за падением системы ожидаемо последовало бы падение нравов и появление искателей легкой добычи. Первые прецеденты уже случились, причем не с крестьянами и ремесленниками, а с солдатами-дезертирами, вышедшими на «большую дорогу».
Генералы стали бороться с врагами внутренними. Первые труды принесли успехи, но только временные. Власть сосредоточилась в руках четырех генералов: Мазэмо Кровававого, Арса Дудура, Киласа Хамен-Хафа и Агентия Безродного. Каждый из них был закаленным в боях, прожженным ветераном. У каждого из них были свои люди: солдаты и офицеры, ремесленники и крестьяне, женщины и дети… И у каждого было свое мнение о том, как нужно решать проблемы. Поначалу они договаривались, старались решать их сообща, но без центральной власти такой ход событий не мог продолжаться долго. Начались конфликты. Появились первые стычки отрядов, в которых приходилось разбираться полководцам, отрываясь от кучи неотложных дел. Затем саботаж, непонятно кем и зачем организованный, взаимные упреки и как следствие раскол империи.
Новообразованные «кусочки» стали государствами и получили свои названия в честь занявших их полководцев, впоследствии ставших королями: Мазэмо, Хамен-Хаф, Агентия и Дудур. Расположение их осталось практически на местах дислокации войск генералов, лишь слегка претерпев изменения. Агентийцы закрепились в центре и на западе империи, Мазэмо на юге, Хамен-хаф на востоке, а Дудур на севере.
Единственный раз, когда кардинально изменялись границы устоявшихся людских государств, стало Мазэмское землетрясение в шестом столетии от Исхода, после которого образовался земной разлом, а часть городов мазэмцев превратилась в груду обломков. Тогда вейги под шум неразберихи перешли границы и атаковали Мазэмо и Агентию. Мазэмцы, испытавшие на себе последствия тяжелого катаклизма, проигрывали сражение за сражением и отступали вглубь страны. Вейги, окрыленные успехом, рванули вперед, но забывшись в грабежах и мародерстве, получили жесткий отпор. Войска Агентии ударили вейгам во фланг. Внезапная атака увенчалась успехом, а быстрое контрнаступление дало возможность разделить силы противника и впоследствии отбросить вейгов назад.
Тогда Агентия и расширила границы. Раньше они проходили по руслу реки Змеевки, а теперь стали проходить вдоль разлома. Потрепанный катаклизмом и войной Мазэмо не смог вернуть себе территорию, а мягкие намеки дипломатов на это упущение при королевском дворе Агентии просто игнорировались.