Короткий сигнал моего зума совершенно безжалостно разбудил, сообщая о начале нового рабочего дня. Открыв глаза, я обнаружила, что спала под теплым боком у своего мужчины, который во сне недовольно поморщился и… забавно посапывая, продолжил спать дальше, согревая меня лучше забытого на полу одеяла. Ну, раз аннар не спешит вставать, решила тоже полежать и полюбоваться им в приглушенном свете каюты. Снова отметила, насколько контрастирует черная кожа Тария с белой постелью, да и с моей светлой кожей. Не зря мужчины илишту любят белый цвет – должно быть, выглядят в нем просто бесподобно!

Ему что-то снилось, наверное, потому что веки едва заметно подрагивали, а уши подергивались, ну чисто кот с Дерея – огромный и черный. Этих своеобразных и своенравных, но симпатичных животных на Дерей завезли люди во время колонизации. Вот они так же ушами шевелили, очень похоже на гордых и самолюбивых илишту.

Тарий широко раскинулся на кровати, согнув ногу в колене. Интересно, его даже во сне не покидает возбуждение или он прикидывается спящим? Но мужская гордость настолько привлекла внимание, что я потянулась к ней рукой потрогать, однако в последний момент не решилась и отдернула ладонь. Но не отказала себе в удовольствии с восхищением и одобрением еще раз обежать взглядом теперь уже точно мое «движимое имущество» и неожиданно наткнулась на изучающий прищуренный взгляд Тария. Он довольно проворчал:

– Ну и долго ждать буду? Может, ты уже хоть что-нибудь сделаешь и возьмешь дело в свои руки?..

Я усмехнулась, отодвинулась к переборке и облокотилась на нее, при этом с удовольствием наблюдала, как загорается страстью взгляд Тария, устремленный на мое обнаженное тело.

– Знаешь, кажется, я догадалась, кто автор той программы для сексбионика, предлагавшего «ртом, руками или доставай хозяйство, помну немного».

– Ошибаешься, Есения! – Тарий нахмурился, заложил руки за голову и посверлил меня исследующим взглядом. – Такой примитив не по мне!

– Да-а? Ты прав! Не твой стиль, – обняв руками согнутую в колене ногу, я продолжала разглядывать великолепное мужское тело. – Зато более чем уверена, что еще одна фразочка, которую выдавал другой бионик, точно написана тобой.

Аннар приподнял безволосую бровь, а я с придыханием в голосе и деланым подобострастием процитировала:

– «Что желает мой господин? Любое твое желание для меня закон, о сильнейший, мудрейший, сексуальнейший из мужчин. Ты – само совершенство, и я мечтаю исполнить любую твою прихоть».

Тарий почти незаметно взгляду напрягся, но смущение и злость выдали его, позволив увериться в правдивости моего предположения. Я даже развеселилась. Надо же, как пробирает!

– Какая прелесть! Ты? Господин и само совершенство?! – сквозь смех протянула. – Клянусь звездами, это самое невероятное, что я только слышала…

Но дальше посмеяться не вышло, потому что «совершенство» меня вмиг подмял и, нависая сверху, прорычал:

– А я заставлю тебя поверить!

– На это может уйти целая жизнь, мой аннар! – выдохнула я с улыбкой.

Тарий моментально успокоился, в очередной раз удивив стремительной сменой настроения. А потом, наклонившись к моим губам, прежде чем поцеловать, похвалился:

– Главное, что теперь у меня есть интересная задача, которую надо решить… И мне нравится, как ты произносишь «мой аннар»!

Второй наш поцелуй был уже не ознакомительным, а познавательным. Мне в очередной раз дали понять, кто в нашем доме хозяин. И хоть я признавала его лидерство, но легко сдавать свои позиции не собиралась. Зато сколько чувств и эмоций подарил поцелуй! Я ощущала, что ему тоже очень понравилось, чувствовала, что отношение ко мне тоже неуловимо изменилось. Он ласкал меня мягче, нежнее, находя самые чувствительные местечки, с удовольствием принимал мои ласки и, не таясь, давал возможность познакомиться со своим телом.

Мы долго касались друг друга, изучали, привыкали… И плавно перешли к новому витку соития, но уже без спешки и борьбы, тягуче медленно, глядя глаза в глаза, до самой вспышки наслаждения…

Зум Тария известил о подъеме, когда мы уже по очереди приняли душ, но по-прежнему обнаженные сидели на кровати. Причем я – на коленях комфортно развалившегося, облокотившись спиной о переборку, и лениво поглаживавшего мой затылок Тария. А все потому, что стоило выйти из санблока, он меня тут же сграбастал и прижал, в который раз заставив ощутить острую нужду в близости. Самое удивительное, что оказавшись вновь в его руках, я сразу ощутила, как меня отпустило… ушла непонятная тяжесть из груди. Этот момент зацепил, но спросила сначала о другом:

– Скажи… Когда ты вчера вечером пришел сюда, то был мрачным и не ожидал ничего хорошего. Почему?

Тарий зарылся носом в мои кудряшки, глубоко вдохнул, потом обхватил мою грудь лапищей, погладил и только тогда ответил:

– От вас, женщин, всего можно ожидать! Оставив тебя на смотровой площадке с Иванкой, я рисковал! Она в очередной раз наболтала бы чего-нибудь, а ты передумала бы и не подпустила к себе.

Я осторожно поинтересовалась:

– Она рассказала о ваших погружениях в душу. Пояснила, к чему привести может, но я все равно здесь, рядом с тобой! Скажи, зачем ты это дела ешь? Ведь и сам привязываешься ко мне еще сильнее!

Сначала от Тария донеслись сомнения, злость и наконец – надежда. Он прижал меня крепче и признался:

– Я хочу быть уверенным, что ты не исчезнешь, не сбежишь… будешь всегда рядом! Хочу, чтобы ты была моей! А так точно привяжу тебя!

Я тяжело вздохнула и опять ощутила его желание, а ведь мы уже не раз были вместе.

– Знаешь, пока я в санблоке душ принимала, чувствовала тяжесть в груди, но стоило оказаться в твоих объятиях, сразу стало легче. Давай не будем форсировать события, а все делать потихоньку. Поверь, я не брошу тебя… и ты мне не безразличен уже.

– Ты не понимаешь природу нашей слабости, моя шиу! – Тарий немного сдвинул меня и заглянул в глаза. – Или не хочешь понимать! Я полностью завишу от тебя, впрочем, как и любой другой мужчина илишту от своей женщины. Невозможно отказаться от удовольствия слить хоть ненадолго наши души, коснуться, вдохнуть запах. Это выше моих сил. Светлые со временем даже волю могут потерять и полностью подчиниться своим анна. У черных воля сильнее, но и зависимость от женщины больше, дальше будет еще хуже, а связь – еще прочнее. Я не заставляю тебя смотреть мне в душу, только прошу, но сам отказаться от злосчастного удовольствия не смогу. Если ты сможешь не смотреть – не надо! Я не обижусь! Однако со временем желание слиться душами накапливается и становится непреодолимым.

Я хрипло выдохнула, ужаснувшись дальнейшим перспективам.

– Это ужасно! Неужели ваши ученые не пытались разобраться с ненормальной привязкой и зависимостью?

Тарий неожиданно весело хмыкнул, хотя в душе испытывал скорее горечь.

– Такие попытки были, но что-либо изменить невозможно. Это означало бы полностью сломать нашу физиологию. Процесс образования связи идет в три этапа. Первый ты образуешь кожей, начиная связь энергий тел, дальше закрепляешь привязку самих сущностей… личностей – это психология и разум. Ну и третий – аромат. Запуск и перенастройка физиологии на связь и рождение детей.

Он помолчал пару мгновений, положил руки мне на бедра и опять начал сводить с ума, лаская чувствительную поверхность и забираясь внутрь. Затем приподнял, усадил поудобнее и, пока готовил меня для своего вторжения, хрипло шептал на ухо:

– Ты не представляешь, какое мучение – постоянно хотеть тебя… А ты отталкивала… а когда я думал, что ты мужик, готов был самолично от резать себе все, что угодно. Да меня тошнило от мысли, что я непереносимо хочу мужчину… – Он заменил свои пальцы собой, издав гортанный рык, а меня накрыла волна его удовольствия. – Как же хорошо… ты не представляешь…

Отдаваясь во власть нашей страсти, я так же хрипло ответила:

– Представляю… Я полностью чувствую тебя и разделяю твои желания и эмоции… Знаю, как сильно ты меня хочешь.