– Вы уволены, Кинкейд. Я должна была сделать это еще вчера.

– За что? За правду?

– Ты не слышал меня, ковбой? – Кэтлин невольно повысила голос. – Ты уволен! Получи у Абеля расчет, собери свои вещи и…

Она вскрикнула, когда Тайлер схватил ее за руку и затащил за угол дома. Она отбивалась свободной рукой, но он поймал и ее, прижал Кэтлин к стене. Глаза Тайлера из зеленых превратились почти в черные. Он был сильным и опасным… и невероятно привлекательным.

– Я закричу, – дрожащим голосом пригрозила Кэтлин.

Тайлер тихонько рассмеялся.

– Боишься, Кэтлин?

– Отпусти меня!

– Я пугаю тебя, но ты хочешь меня. Я прав?

– Я никого не боюсь, – заносчиво ответила Кэтлин, не отводя глаз, хотя далось ей это с трудом. Она убеждала себя, что Тайлер не может ее обидеть, не посмеет, во всяком случае здесь. Стена общежития скрывала их, но все равно вокруг были люди. Ей надо просто крикнуть. – Кинкейд… – Она облизнула пересохшие губы кончиком языка. Его пылающий взгляд проследил за ее жестом, и именно этот взгляд испугал Кэтлин больше всего. – Послушай, Кинкейд. Ты не можешь сделать это здесь… не посмеешь…

Рот Тайлера искривился.

– Ты решила, что я собираюсь изнасиловать тебя? – Он рассмеялся, будто это была самая удачная шутка на свете. – Леди, неужели вы обо мне столь низкого мнения?

– Отпусти меня!

– Сначала ответь.

– Не будем торговаться, Кин… – Она не договорила, потому что Тайлер прижал ее к стене и предательский жар разлился по всему ее телу.

– Один вопрос, – тихо произнес он, схватив обе ее руки за запястья одной своей рукой и подняв их над головой. Другой рукой он взял девушку за подбородок и приподнял ее лицо. – Тебе понравилось наблюдать за мной?

Кэтлин смотрела на него, мысленно приказывая своему сердцу уняться.

– Я уже говорила, я не…

Тайлер нагнул голову и потерся своими губами о ее губы.

– Правду, Кэтлин, – прошептал он.

– Нет, я не…

В тот же миг она забыла, что хотела сказать, потому что его рот прижался к ее губам, дразня и лаская. Тайлер легонько прикусил и стал нежно посасывать ее нижнюю губу. В горле Кэтлин родился стон. Она пыталась заглушить его, но Тайлер услышал, почувствовал и, застонав сам, обхватил ее руками, прижал к себе и приник к ее губам в настоящем, сокрушительном поцелуе.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Кэтлин была абсолютно не готова к такому поцелую.

Она всегда считала, что первый поцелуй мужчины и женщины должен быть нежным, даже осторожным, будто спрашивающим: «Вам нравится прикосновение моих губ? Хорошо ли вашему телу в кольце моих рук?»

Но поцелуй Тайлера не имел ничего общего с ее предположениями.

Его рот жадно впивался в ее губы, руки крепко прижимали ее тело к мускулистому мужскому телу. Она оказалась ввергнута в водоворот неизведанных желаний и чувств, страх и здравый смысл боролись с вожделением. Кэтлин не хватало воздуха, но при попытке увернуться от его губ Тайлер лишь крепче прижал ее к себе.

И она пропала, утонула в этом водовороте новых ощущений. Вкус его губ, тепло и запах возбужденного мужского тела пьянили ее.

Раздался стон, и Кэтлин с ужасом поняла, что исторгся он из ее груди и что Тайлер принял ее капитуляцию. Она обвила его шею обеими руками и приникла к нему всем телом. Руки Тайлера гладили ее спину, спускаясь по позвоночнику все ниже, пока не легли на ягодицы и не прижали ее тесно к восставшей плоти, словно показывая, что она с ним сделала. Весь мир Тайлера сузился до прикосновений, запаха и вкуса Кэтлин; он был слеп и глух ко всему окружающему, чувствуя только толчки крови в возбужденном теле и гул в голове.

Она пошевелилась в его объятиях, и это были провокационные движения – ее упругая грудь терлась о его, живот касался плоти, распирающей джинсы, бедра приникли к его ногам. Когда он прошептал ее имя, его голос был низким и хриплым. Не в силах больше сдерживаться, Тайлер вытащил майку из-за пояса ее джинсов, и его руки коснулись ее обнаженной спины. Девушка задрожала в его руках.

– Тайлер, – прошептала она. Звук его имени, сорвавшегося с ее губ, лишил его остатков сдержанности.

– Да, – прошептал он в ответ. – Все хорошо, это я…

Его руки легли на ее грудь, и Кэтлин снова застонала. Загрубевшие от работы пальцы стали нежно поглаживать напрягшиеся соски через кружево бюстгальтера, и ее тело превратилось в жидкий мед.

– Пожалуйста, – взмолилась она прерывающимся шепотом. – Тайлер, пожалуйста…

Он лишь хрипло застонал в ответ и, крепко обняв за талию, просто-таки вдавил ее в свое тело. Ее нервы, ее сердце, все тело Кэтлин вибрировало от желания. Да, молила она мысленно, да, да…

– Ах ты, сукин сын!

Кэтлин одновременно услышала этот рык и почувствовала, как пошатнулся от удара Тайлер. Она открыла глаза и через плечо Тайлера увидела разъяренное лицо своего отчима и кнут в его руке, занесенной для второго удара.

Тайлер отреагировал мгновенно. Уличный подросток и морской пехотинец по-прежнему жили в нем. Он оттолкнул Кэтлин в сторону, резко развернулся и ударил своего противника кулаком. Джонас не успел увернуться, ошарашенно потряс головой, фыркнул и пошел на противника. Но красная пелена уже спала с глаз Тайлера, и он увидел, что нападающий стар и сед.

– Черт! – выругался Тайлер и опустил руки. – Я не дерусь со стариками.

– Дерись, – не сдавался его соперник и снова ударил Тайлера. Тот покачнулся, но не столько от силы удара, сколько от ярости, которую старик вложил в него. – Давай, давай, сукин сын, – прорычал неугомонный дед. – Я надеру тебе задницу…

– Прекратите! – Маленькая, худенькая женщина с шапкой светлых волос бежала к дерущимся. – Немедленно прекратите!

– Уйди, Марта.

– Она права, – очнулась наконец Кэтлин. – Прекратите!

Тайлер выставил перед собой руки.

– Послушайте, это смешно. Я, по меньшей мере, лет на тридцать младше вас…

– Больше, – ответил старик. – Но если ты думаешь, что я не поколочу тебя только из-за того, что ты еще мальчишка, ты ошибаешься.

Услышав эти слова, Тайлер не сдержался и рассмеялся. В выцветших голубых глазах старика полыхнула ярость, и он снова двинулся на врага.

– Проклятье, – тихо выругался Тайлер, увернувшись от удара. Он схватил противника за руку и резко вывернул ее за спину.

– Тайлер! – воскликнула Кэтлин с мольбой. Она огляделась в отчаянии и увидела, что вокруг стоят мужчины и наблюдают за поединком. – Отпусти его, пожалуйста. – Она положила ладонь на его руку. Тайлер улыбнулся ей, и Кэтлин вознегодовала, поняв, что вся эта ситуация забавляет его. – Кинкейд. – Ее голос посуровел. Она вскинула голову и посмотрела на него взглядом, обычно заставляющим ковбоев немедленно подчиниться. – Я велела отпустить его!

– Я хорошо слышу, мисс Маккорд. Но этот старик настолько глуп, что нападает на человека, способного убить его одним ударом.

– Это я убью тебя, – прорычал поверженный противник, – как только ты отпустишь мою руку.

– Вот видите? – Тайлер снова улыбнулся этой противной улыбкой, в которой сквозило мужское превосходство. – Стоит мне отпустить его, как он снова полезет в драку, и я буду вынужден выколотить из него всю дурь. – Неожиданно его улыбка стала холодной и опасной. Он слегка дернул заломленную руку старика вверх, и тот поморщился. – Что скажете, мистер? Вы хотите простоять так еще пару часов? Или я отпущу вас, а вы объясните мне свое поведение?

– Черт тебя побери, Кинкейд! – Голос Кэтлин звенел от ярости. – Ты сам сказал, что приехал сюда, чтобы встретиться с Джонасом Бэроном. Так вот он перед тобой.

Тайлер был в шоке – худшего стечения обстоятельств нельзя было и придумать. Вряд ли после такого знакомства Бэрон ответит хоть на один его вопрос. Он унизил хозяина перед его работниками, и самое лучшее, что он может сделать, – убраться из «Эспады».

– Если бы ты не применил ко мне этих новомодных приемчиков кунг-фу, был бы уже в другом штате, – проворчал Джонас.