— Только бы все удалось! Боги, будьте к нам милостивы! Ведь так много жизней поставлено на карту!

***

Гуда поднялся на крышу трактира. Там была устроена небольшая сторожевая вышка — сооружение отнюдь не лишнее в этом городе вечных раздоров и междоусобиц. Праджи и Накор вскоре присоединились к нему, взбежав на крышу по приставной лестнице из проема в середине здания.

— Чего это ты там высматриваешь? — подозрительно спросил Праджи. — Николас ждет нас к себе. Мы должны напоследок обсудить его план.

Гуда, потирая руки, с мольбой произнес:

— Подождите минутку! Сейчас оно сядет!

— Ах, вот, оказывается, в чем дело! — хихикнул Накор.

Гуда кивнул в сторону заходившего солнца:

— Не ты ли мне как-то сказал: «Ты увидишь закаты во сто крат прекраснее здешних, ты узришь чудеса, в которые прежде не дерзнул бы поверить»? Неужто забыл?

— Так это ж я — чтоб сманить тебя из твоего «Зубчатого Гребня», — ухмыльнулся исалани.

Гуда с грустной улыбкой покачал головой:

— И с того самого дня мне, почитай что, ни разу не удалось полюбоваться закатом. Все не до того было. Может, больше и вовсе не доведется. Кто знает?

— Не болтай попусту, — сурово одернул его Праджи, — а не то еще накличешь беду.

Гуда пожал плечами:

— У меня сроду не бывало никаких предчувствий или озарений, как у других. Да я ведь и не о том. Просто при нашем-то ремесле…

Праджи молча кивнул и встал с ним рядом. Солнце медленно спускалось над городом, золотя выбеленные известкой стены и черепичные крыши домов, а к западу открывался вид на океан, по которому от горизонта до самой городской стены тянулась багрово-алая дорожка света.

Оранжевый диск, окутанный влажным морским туманом, плавно скользил вниз по небосводу, и облака над ним расцвечивались серебряными, и золотыми, и розовыми, и пурпурными красками, а по темно-синему вечернему небу в разные стороны пролегли красные и огненные узкие отсветы, походившие на стрелы.

Когда огромный шар солнца исчез за горизонтом, словно провалившись в морскую пучину, на его месте внезапно вспыхнула и тотчас же погасла удивительно яркая изумрудно-зеленая искра.

— Я никогда прежде такого не видал! — выдохнул Гуда, и его некрасивое лицо расплылось в счастливой улыбке.

— Такой закат — и впрямь большая редкость, — с важностью кивнул Накор. — Эта зеленая искра появляется, когда облака расположены на определенной высоте, и ветер дует куда следует, и воздух прогрет как надо. Все должно совпасть, но даже и тогда можно ее не углядеть. Я и сам такое видел всего однажды в жизни.

— Ну, полюбовались, и довольно, — скомандовал Праджи и с принужденной улыбкой добавил:

— Время не терпит. Боюсь, нам с вами теперь долго будет не до закатов.

Гуда, еще на мгновение задержав взгляд там, где только что исчезло солнце, пробормотал про себя: «Узришь чудеса…» и, вздыхая и покачивая головой, поспешил за Праджи и Накором.

Глава 9. БЕГСТВО

Задыхаясь от быстрого бега, Гарри влетел в трактир и опрометью бросился к Николасу, который как раз входил в общий зал из коридора. На бегу оруженосец опрокинул табурет и едва не сшиб с ног случившегося рядом матроса.

— В чем дело? — предчувствуя недоброе, осторожным шепотом спросил Николас.

Гари отвел со лба взмокшие от пота рыжие локоны и зашептал ему в ответ:

— По базару маршируют солдаты первоправителя. Целый отряд. Они идут в эту сторону!

— Сюда, к нам? — забеспокоился Маркус, вышедший в зал следом за принцем.

Гарри пожал плечами:

— Право же, не знаю. Но сдается мне, что они посланы именно по наши души.

— Бриза, заберись на крышу и предупреди нас, если они покажутся поблизости, — распорядился Николас и стал отдавать короткие, точные приказания крайдийским солдатам и матросам из Крондора. Те бросились их выполнять. Стоял полдень, но в трактире уже потягивали эль с полдюжины посторонних. Принц набрал полную грудь воздуха и крикнул:

— Почтеннейшие! Похоже, здесь намечается сражение. Все, кто не желает в нем участвовать, покиньте зал, пока не поздно!

Двое-трое из дюжих молодцов, лицами своими и платьем походивших на наемных солдат, бросились к выходу. Еще несколько человек последовали за ними с гораздо меньшей поспешностью.

— Эй! Держите вон того верзилу в серой блузе! Не дайте ему уйти! — взвизгнул вдруг Накор и приподнялся из-за стола, указывая на одного из наемников.

Тот был уже у самых дверей, и Николас метнулся к нему с кинжалом в руке. Мнимый воин проворно вытащил из-за пояса кривой нож и повернулся к принцу, чтобы отразить нападение. Его острые зубы блеснули в хищной улыбке. Но рослый Ваджа подкрался к нему сзади и изо всех сил опустил рукоять своего меча на его непокрытую голову. Пришелец с протяжным стоном свалился на пол. Кинжал выпал у него из руки, а из раны на голове заструилась кровь. Гуда и Праджи не мешкая подхватили его под мышки и потащили в коридор.

— Бросьте его на койку в какой-нибудь из комнат, — крикнул им вслед Траск. — И ради всех богов, сотрите с пола кровь! А не то эти сукины дети, коли сюда ввалятся, сразу заподозрят неладное!

Гарри принял из рук Келлера влажную тряпку и быстро вытер пол.

— Откуда ты его знаешь? Кто он такой? — спросил Николас, подходя к коротышке.

Накор махнул рукой и торопливо засеменил к выходу в коридор.

— После скажу. Теперь мне недосуг! — бросил он на ходу.

Николас недовольно покачал головой, но не стал его удерживать.

— Как же нам теперь быть? — растерянно пробормотал Маркус.

— Ступайте к себе, — ответил принц. — Если они заявятся в трактир, постарайтесь сделать вид, что визит людей первоправителя вас крайне удивляет и что ничего подобного вы не ожидали. Но в то же время будьте начеку, и как только я дам знак…

— Мы будем готовы на них напасть, — кивнул Маркус и направился по коридору к своей комнате вместе с Праджи и Гудой.

В общем зале остались Николас, Ваджа и несколько солдат и матросов. Все они делали вид, что заняты лишь выпивкой и неторопливой беседой. Но глаза их с беспокойством перебегали с предмета на предмет, ладони покоились на рукоятках мечей, а напряженным слухом они старались уловить малейший шум за наружной дверью трактира. Келлер вытащил из кладовой большой тяжелый арбалет и с невозмутимым видом спрятал его под стойкой, после чего стал перетирать вымытые кружки.

Откуда-то из глубин здания послышался негодующий женский вопль. Николасу не составило труда догадаться, что это Ранджана вновь обрушила свой гнев на первого, кто подвернулся ей под руку. Он привстал из-за стола, собираясь пойти к ней и ее утихомирить, но тут дверь трактира распахнулась, и в зал вошел офицер в сопровождении четырех воинов. Они были одеты в такие же доспехи, как и те несчастные, кого Николас и его спутники застали мертвыми во дворе «Пристани Шингази».

— Кто здесь главный? — зычным голосом осведомился офицер.

Николас поднялся во весь рост и со спокойным достоинством отвечал ему:

— К вашим услугам. Я — капитан Николас. С кем имею честь говорить?

Стоило принцу представиться, и командир отряда воинов первоправителя тотчас же вперил взгляд в его сапоги. У Николаса сжалось сердце, но внешне он постарался ничем не выдать своего страха и замешательства. К тому же капитан узрел всего лишь две пары совершенно одинаковых сапог, ловко сидевших на стройных, ногах юноши.

— До нас дошли сведения о девушке, которую вы привезли с собой, — неторопливо, веско, тщательно подбирая слова, проговорил капитан. — И коли она та, кого мы разыскиваем, то вам за ее спасение причитается большая награда.

Николас заставил Себя улыбнуться:

— Вас ввели в заблуждение. Никакой девушки с нами нет.

Капитан вновь оглядел его с головы до ног и, сощурившись, махнул своим солдатам рукой в кожаной перчатке.

— Обыщите все комнаты, все закоулки! Живо!

Николас заступил воинам дорогу и с досадой возразил капитану: