Пряник взлетает следом за лопаточкой и аккуратно ложится на противень. Марта ставит первую партию пряников в разогретую духовку. Вскоре по кухне распространяется восхитительный аромат меда и пряностей.

Но в самый разгар кулинарной магии на кухне появляется милорд Эверли…

Лорд одет довольно просто — брюки для верховой езды и белая рубашка. Наверное, вернулся с конной прогулки (или чем там аристократы занимаются по утрам в своем поместье, пока слуги хлопочут по хозяйству).

Он подходит и без лишних предисловий обращается ко мне с легкой улыбкой:

— Анна, приношу извинения за утренний инцидент. Мисс Финч рассказала мне о происшествии с лягушкой. Двойняшки иногда бывают невыносимы.

Сейчас, когда я уже знаю предысторию семейства Эверли, то могу уловить едва заметную грусть в глазах лорда. Но в целом он производит впечатление сильного человека, которого не сломить жизненным обстоятельствам. И эта его обезоруживающая улыбка…

— Все в порядке, милорд. Дети есть дети, — отвечаю, стараясь сохранить спокойный тон.

Но сердце почему-то вдруг начинает биться чаще. Присутствие лорда наполняет кухню каким-то особенным теплом. Стараюсь не смотреть ему в глаза, чтобы не выдать волнения.

Он подходит ближе, вдыхая аромат пряников.

— Пахнет восхитительно. Что это вы готовите? — спрашивает он с искренним любопытством.

— Медовые пряники. Надеюсь, всем понравится, — отвечаю, чувствуя, как краска заливает мои щеки. В смущении взглядом ищу помощи у Марты, но та, быстро подхватит какое-то корыто, исчезает из кухни. Уф, придется поддерживать беседу самостоятельно. Осмеливаюсь поднять взгляд и спросить: — Кстати, как двойняшки завтракали?

— Немного капризничали, но в итоге неплохо поели. Овсянка удалась, — дипломатично замечает лорд.

А затем он задерживает взгляд на моих руках, ловко раскатывающих тесто.

— Вы очень умело обращаетесь с тестом, Анна. Должно быть, у вас большой опыт в кулинарии.

«Сама в шоке, что у меня получается», — думаю я, но вслух вежливо отвечаю, стараясь не выдать смущения от его пристального внимания:

— Я с детства помогала бабушке на кухне. Это у нас семейное.

Лорд Эверли облокачивается о столешницу, наблюдая за моими движениями.

— Значит, кулинария — ваша страсть?

— Скорее необходимость, — отвечаю, улыбаясь уголками губ. — Но мне нравится смотреть, как люди радуются моим блюдам.

Закончив с раскаткой теста, я начинаю вырезать новую партию пряников. Лорд Эверли наблюдает за мной, не проронив ни слова. Кажется, его завораживает сам процесс.

— Разрешите помочь? — внезапно предлагает он.

Я удивлена. Не ожидала, что лорд предложит помощь на кухне.

— Если желаете, милорд. Буду только рада.

Он закатывает рукава своей белоснежной рубашки, обнажая сильные предплечья. Я сглатываю, стараясь не смотреть слишком пристально.

Тем временем лорд Эверли берет формочку в виде звездочки и пытается вырезать фигурку из теста. Получается не очень аккуратно, но он смотрит на результат, оценивает и делает следующую фигурку ровной.

— Не все рождаются с талантом к кулинарии, — констатирует лорд, откладывая формочку и берясь за другую. — Но я готов учиться. Думаю, двойняшкам тоже следует посмотреть, как вы готовите.

— Для кулинарии нужна усидчивость, — улыбаюсь я.

— Вот ее и будем развивать в этих непоседах, — кивает лорд. — В поместье не слишком много интересных занятий для таких юных особ, я ищу новые способы занять их. Потому что стоит им только соскучиться — они начинают творить нечто невообразимое.

— Я заметила…

Мы вместе продолжаем вырезать пряники, движения рук лорда становятся все более четкими и уверенными.

Несколько раз, меняясь формочками, наши руки случайно соприкасаются, и каждый раз по моим пальцам пробегает легкий разряд. В воздухе витает аромат корицы и имбиря, смешиваясь с едва уловимым запахом его одеколона.

Закончив с пряниками, я ставлю их в духовку. Лорд Эверли все еще стоит рядом, облокотившись о столешницу.

— Что дальше? — спрашивает он.

— Пока пряники выпекаются, можно приготовить глазурь, — отвечаю я, доставая сахарную пудру и лимонный сок. — Хотите попробовать?

Я смешиваю яичный белок, сахарную пудру и лимонный сок, стараясь не смотреть на лорда Эверли. Чувствую его взгляд, изучающий и немного… заинтересованный?

В животе порхают бабочки, и это совсем некстати. Нужно сосредоточиться на глазури, иначе все пропало.

Чтобы сосредоточиться на процессе, комментирую каждое свое движение.

— Нужно добавить немного лимонного сока и сахарную пудру, а потом хорошо перемешать, — говорю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Главное, не переборщить, иначе глазурь получится слишком жидкой. Хотите перемешать?

Вручаю ему венчик, который аккуратно движется сам собой. Даже у меня получается с ним справиться.

Но под влиянием магической ауры лорда венчик выходит из-под контроля. Сахарная пудра взмывает в воздух, превращаясь в облачко. Белок проливается на стол. Глазурь получается слегка комковатой. Я невольно улыбаюсь.

— Да уж, — лорд стряхивает капли с руки. — Магия стихийных вихрей тут слегка неуместна!

— Позвольте, я помогу, — говорю, беря его руку в свою.

В этот момент словно искра пробегает между нами. Лорд смотрит мне прямо в глаза, и я теряюсь в глубине его взгляда.

Время замирает.

И вдруг… я чувствую легкое покалывание в кончиках пальцев.

В мгновение ока комковатая масса превращается в идеально гладкую, блестящую глазурь. Раскрыв от удивления рот, я выпускаю руку лорда с венчиком и смотрю на результат.

Магия?! Она проявилась в моих руках?

Неужели это происходит на самом деле?!

Лорд Эверли смотрит то на глазурь, то на меня. И в его глазах смесь одобрения и удивления.

Аромат лимона становится ярче, заполняя все пространство. Пряники в духовке начинают аппетитно подрумяниваться, и я понимаю, что все получилось. Магия проснулась, и вместе с ней — надежда.

— Как вы это сделали?

Я молчу, не зная, что ответить. Как объяснить ему то, чего не понимаю сама? Как рассказать о своих способностях, которые проявились лишь сейчас, в этот самый момент?

В животе снова порхают бабочки, и страх смешивается с волнением, создавая гремучую смесь. Я понимаю, что теперь моя жизнь уже не будет прежней. И лорд Эверли каким-то образом связан с этим открытием.

— Вот такая вот у меня магия, — наконец, выдыхаю я, разводя руками.

— Теперь я с радостью поделюсь своим наблюдением с леди Грэйс, — улыбается лорд. — Она сегодня за завтраком уверяла, что снова не чувствует никакой магии.

— Вы меня проверяли, — разочарованно выдыхаю.

— Если и так, то вы прошли проверку просто блестяще, — лорд одаривает меня своей ослепительной улыбкой. — Я считаю, что в этом и есть верх мастерства — приготовить так, чтобы на первый план вышли свойства продуктов, из которых все сделано. Магия — та же специя, не стоит ею злоупотреблять.

— Спасибо, милорд. Но… позвольте спросить…

— Да, Анна?

Любопытство берет верх над осторожностью, и я решаюсь задать вопрос, который мучил меня с самого начала:

— Зачем нужно доказывать леди Грэйс наличие определенной магии?

Лорд Эверли задумывается на мгновение, словно взвешивая, стоит ли делиться со мной своими мыслями. Наконец, он произносит:

— Леди Грэйс — одна из немногих, кто помнит старые времена, когда магия в поместье была частью нашей повседневной жизни. Возможно, она отчаянно пытается вернуть это ощущение, вернуть то, что мы потеряли. Было бы прекрасно окунуться в беззаботное детство, когда мы были веселыми и счастливыми детьми, а наши родители были живы. Но, увы, не всегда удается восстановить все до мельчайших подробностей.

В его голосе звучит такая грусть, что я невольно проникаюсь его чувствами. Мне становится понятно, почему он так заинтересовался моими способностями.