— Всё я сделала. На твоём столе лежат. Рассортированные по категориям, — уточнила, продолжив её умасливать.
Мива заметила колебания старшего менеджера. Девушка воодушевилась тем, что не заметила в руках у Бандо какой-нибудь безделицы, в виде поощрительной шоколадки. Где есть сомнения — там есть и варианты, а значит, она вполне могла рассчитывать за свои труды на что-то большее, чем дешёвое лакомство. И потом. Я лично ей это обещал перед отъездом.
— Хорошо. Доставай телефон.
С видом крайней неохоты, Бандо пошла на уступки. Быстро проделала несколько операций со своим телефоном. Через пару секунд на телефон удивлённой этими действиями Мивы пришло уведомление.
Ожидая увидеть сообщение о переводе средств, девушка столкнулась с большой неожиданностью. Она обнаружила несколько фотографий раскрытых элегантных футляров с бархатными подушечками, на которых находились красиво разложенные ювелирные украшения с бриллиантами. Судя по внешнему виду, довольно дорогие.
— Потом у Айво-сана заберёшь свои подарки. У меня руки были заняты, — сообщила довольная собой Бандо, с трудом сдерживая рвущуюся наружу улыбку.
— Это от нас всех, — объяснил я изумлённо разглядывающей фотографии Миве, тоже чувствуя переполняющую меня радость от того, что могу кого-то осчастливить. — Благодарю за хорошую работу, Мива. Обещанная премия. Если хочешь, могу поменять их на деньги.
— Не нужно, — мгновенно отказалась всё ещё растерянная девушка, не зная, как на это реагировать.
Она даже не была уверена, что именно прямо сейчас чувствовала. Редкий случай. У Мивы от избытка эмоций глаза заблестели от влаги. Она до последнего момента боялась столкнуться с насмешками, упрёками, пренебрежением, или ещё хуже — равнодушием. Боялась вновь разочароваться в людях и в себе. Однако несмотря на опасения, девушка старалась не терять веры в то, что её усилия окажутся ненапрасными. Что мы их оценим. Что она не подведёт нас всех, начиная потихоньку проникаться командным духом и чувствовать причастность к общему делу.
Не то, чтобы эта девушка из очень богатой семьи не получала раньше подобных подарков, но именно этот ей показался особенно ценным. Знаковым. Он был дан не за красивые глазки. Не из-за семейных отношений, по праву рождения. Не в качестве подношения. Не в качестве извинений. И такое тоже часто встречалось. Это было материальное воплощение вознаграждения и благодарности. Что-то, что было заработано собственным трудом. Да, она всё ещё питалась дешёвой лапшой и не могла позволить себе лишнюю поездку на такси, но тем сильнее получился эффект от вручения столь ценного приза на глазах у всего коллектива.
— Поздравляю, — понимающе кивнув с лёгкой улыбкой, тактично оставил Миву в покое.
Ушёл поздороваться с Танакой, оставив подчинённых одних. Дал им возможность пообщаться более свободно. Расслабиться. Устроить небольшой праздник. Поделиться радостью и впечатлениями. Всё же в присутствии начальства ими подсознательно ощущалась некоторая скованность. Опасения сделать или сказать что-то не то, за что может последовать расплата. Сам не заметил, как у меня появилась необходимость в общении на своём уровне, чтобы не чувствовать одиночества. Чтобы спокойно мог поделиться в нём своими переживаниями, попросить совета, не бояться сглупить. Перед подчинёнными так себя вести мне уже неудобно.
Что касается премии Мивы. Я с Бандо долго обсуждал, что же ей дать. Деньги — банально. Да и трудно оценить размер суммы, чтобы она оказалась в самый раз. Довод: важен не подарок, а знак внимания — не совсем верен. Попробуйте на совместной встрече подарить одному другу сто долларов, а другому — тысячу. Одно и то же действие. Одни и те же слова. Один и тот же повод. Однако результат будет разным.
Возможно, мы сильно переплатили Миве. Хватило бы обычной золотой цепочки со стильным кулоном. Зачем было дарить крошечные бриллианты? Во-первых, это символ теневой стороны нашей компании. Во-вторых, Мива действительно заслужила поощрение. В-третьих, как сказано выше, нельзя слишком сильно выделять одних, и обделять других, в границах одного коллектива. Это ведёт не просто к обидам, а к проблемам. Как бы посмотрела на нас Мива, если бы мы привезли ей всего одну шоколадку? Она ведь тоже усердно работала, только в тылу. В-четвёртых, у меня слишком мало таких людей, на которых я могу положиться. В любой момент могли возникнуть обстоятельства, требующие моего присутствия в каком-нибудь конкретном, отдалённом месте. Что же тогда, суматошно метаться из стороны в сторону, пытаясь всё успеть? Это глупо. В-пятых, я хотел подкрепить тот образ, который Мива представляла у себя в голове на мой счёт. Я обещал привезти из командировки алмазы? Привёз. Пусть и в несколько ином качестве. Магазинные. Но ведь Мива-то не знает, где и кем они были добыты, а потом обработаны. Что мы ей об этом расскажем, станет отдельной жемчужиной из «невыдуманных» историй. Буду признателен Миве, если она расскажет всем своим многочисленным друзьям и подписчикам блога о том, что у нас всё хорошо. Прямо как в рекламе. В той, где счастливые люди едят чёрную икру ложками. Зачерпывают бриллианты горстями. Спят на палетах с деньгами. В рамках чайного радио. Это станет лучшим доказательством того, что слухи о проблемах в «Мацумото и партнёры» надуманны. Раз уж мы можем себе такое позволить. И вообще, у нас уже золотых коней негде в офисе ставить. Слова, вроде и верные, но как интригующе меняют смысл всего предложения в зависимости от контекста.
Признаю, пятая причина — самая слабая, связанная с моим разрастающимся эго, но она тоже учитывалась. И вообще, чего я перед собой оправдываюсь? Захотел покрасоваться, мог себе это позволить — сделал.
Хотя я пока Миву к категории своих людей относил с ОЧЕНЬ большой натяжкой, но ведь всё может измениться. В этом непредсказуемом мире часто старые друзья становились худшими из новых врагов, а вчерашние враги — лучшими друзьями. К тому же я хочу посмотреть, насколько эта девушка падка на лесть и золото. Устойчива ли к искушениям. Насколько большие у неё запросы. Нежданное богатство — очень хороший проявитель истинной человеческой сути. Может, Мива уже исправилась.
Кроме всего прочего, я вложился в Миву авансом. Сделал очередную рисковую инвестицию. Пусть даже потеряю на ней некоторое количество денег, однако при любом результате извлеку из всего этого выгоду другого рода. Нематериальную. Как говорил дед, на мир нужно смотреть шире, даже если для этого нужно раздвинуть веки пальцами. А ещё с улыбкой. Всё равно всех денег не заработаешь. Зато теперь Мива будет твёрдо знать, ради чего старается. Так, нам обоим будет спокойнее, пока она всю мою компанию тайно не продала Арима, которая может предложить ей больше, чем я, во всех смыслах. К тому же эта командировка хоть и потратила немало моих денег и нервов, но взамен принесла много ценных вещей. Не сдавать же их в комиссионку. Или хранить в шкафу, в качестве очередных пылесборников. У хорошего финансиста ценности всё время должны работать, а не лежать без дела, под «матрасом».
Что касается остальных, рядовых сотрудников фонда, то им тоже есть к чему стремиться, имея перед глазами хороший пример. Помимо шоколадок, в конце месяца они получат небольшую денежную премию. Всё же их уровень ответственности с Мивой несопоставим. Они ничем не рисковали. Ничего выходящего за рамки своих служебных обязанностей не сделали. Как работали, так и работают. Мива же взяла на себя все риски. Проявила инициативу. Сама со всеми договаривалась. Решала конфликты. Находила пути решения проблем. Надеюсь, попутно усвоив ценный урок о том, как не нужно создавать себе в работе сложности, чтобы потом их героически решать.
Кстати, о птичках. Пока Бандо принимала у Мивы дела, со всё возрастающим изумлением наблюдая за тем, как та забирала с её стола свою кружку, подставку под телефон, массажёр для головы, пудреницу, пачку бумажных салфеток, пенал, и много чего ещё, набрав целую коробку барахла, я у Танаки выслушивал о том, что эта ненормальная здесь вытворяла, пока нас не было. О том, как она развела бурную деятельность. Использовала связи. Злоупотребляла служебным положением. Отказывалась от взяток, что вызывало у неё сильный стресс. Запугивала недобросовестных клиентов. Устраивала им внезапные проверки. Удивительно, как при всём этом, Мива к нашему возвращению умудрилась закрыть все проблемные дела. Перезаключила ряд договоров. Каким-то образом убедила кружок юных изобретателей в том, что их завод по производству дронов нуждается в срочной модернизации. По-прежнему за наши деньги, в обмен на небольшой пакет их акций. Она даже наведалась к моему дяде в банк, где, прикрываясь моим же именем, вытрясла с него достаточно денег, чтобы закрыть возросшие расходы фонда.
