Однако стоит признать, в изложении Бандо вся эта история со стороны смотрелась не просто эффектно, а почти кинематографично. Особенно когда она вдохновенно рассказывала о том, как подлые наёмные убийцы, присланные трусливыми конкурентами, глубокой ночью напали на виллу ничего не подозревающих, скромно отдыхающих японских саларименов (белых офисных воротничков). Честных тружеников, уставших после праведных трудов по составлению отчётов о продажах, а также проведённой рекламной кампании. Как они сбили ракетой полицейский вертолёт. Бандо так убедительно, да ещё в мельчащих подробностях описывала этот процесс, что я практически наяву увидел, как наш старший менеджер лично стреляла с крыши из ПЗРК, целя в несчастный вертолёт, приняв его за транспорт вражеского десанта. Почувствовал лёгкую вибрацию пусковой установки. Её тяжесть. Жар реактивной струи улетающей ракеты. Химическую вонь сгоревшего топлива. Пришлось даже слегка помотать головой, приходя в себя, чтобы отогнать это наваждение. Кажется, не у того автора я заказывал сценарий для фильма. Кстати, хорошо, что она об этом напомнила. Нужно связаться с режиссёром, узнать, как у него идут дела. Не для того, чтобы вмешиваться в съёмки, а чтобы быть в курсе событий.

— Что⁈ Вашу виллу разрушили из миномётов? А потом заполнили её винный погреб отравляющим газом и подорвали? То есть, если я правильно поняла, вас пытались застрелить, взорвать, отравить, сжечь и утопить в бассейне? Одновременно! — в очередной раз прервала рассказчицу ошеломлённая Мива, глядя на неё выпученными глазами. — Бандо. Имей совесть! Даже у моей лжи имеются какие-то пределы. Я до такого позора никогда не опускалась.

Словно предвидя такую реакцию, снисходительно улыбнувшись, Бандо с гордостью выложила на стол свой козырь. Телефон с уже вбитым в поисковик запросом, выводящим на экран нужную новостную ленту, пропущенную через автоматический переводчик.

— Выбирай любой источник и проверяй. Только не говори, что я подкупила главные новостные агентства ОАЭ. Хотя в новостях наши имена нигде не называются, но догадаться, что это были именно мы — несложно.

Встав со стульев и склонившись над телефоном, образовав тесный кружок, недоверчивые коллеги принялись проверять её слова. Я бы тоже к ним присоединился, если бы не видел всё своими глазами. Это было настолько дико и бредово, что, как ни странно, вполне могло сработать. Ко всему остальному мы были готовы. Применение тяжелого вооружения в черте города нам даже в голову не пришло, на чём противник и пытался сыграть. Во второй раз провернуть такой фокус в эмиратах уже не получится.

— Не верю! — обалдевшим голосом воскликнула Мива, не желая сдаваться. — Как так? Я же читала об этом городе. Это туристический центр. Почти курорт, для богачей. Откуда там столько террористов?

— Вот-вот. Я так и спросила офицера полиции, который нас допрашивал. Безобразие, — согласилась Бандо, с интересом наблюдая за действиями коллег.

— Япония — самая безопасная страна, — убеждённо заявил патриотичный Цукуда, садясь на своё место. — Если, где и отдыхать, то здесь.

— Какой ужас, — испуганно охнула одна из молодых новеньких сотрудниц, покосившись на парня.

Почувствовав пристальный холодный взгляд, удивлённо обернувшись, я переглянулся с близко стоящей Ренкой, тоже заглядывающей в телефон Бандо. Когда это она успела подойти? Тётя, не смотрите так на племянника, он смущается.

— А вам не было страшно? — робко спросила старшего менеджера та же девушка, метящая на должность её заместителя.

— Да чего там бояться, — самоуверенно отмахнулась Бандо, строя из себя ветерана компании, успешно прошедшей завсклада, логиста и бухгалтера, без единой печати.

Фукуда вновь иронично посмотрела на окончательно завравшуюся подругу, отчего та всё же почувствовала себя неловко. Заёрзала на стуле.

— А кто кричал, нас всех убьют? Где мой телефон? Позвоню родителям. Попрощаюсь. Постыдилась бы, — напомнила Фукуда, посчитав воспитательный эффект недостаточным.

— Молчи… предательница, — последнее слово Бандо процедила сквозь зубы, чувствуя, как горят её уши.

Старший менеджер немного увлеклась, героизируя свой образ, однако отступать было поздно.

— Ты вообще выскочила из дома в одних трусах. Не подскажешь, кто из нас прикрывал руками грудь с торчащими сосками, видневшуюся из-под мокрой футболки, и кричал: не смотри, не смотри, извращенец… дурак! (Минайдэ, минайдэ, хэнтай… бака! — в яп. оригинале).

Огрызнувшись, уличённая во лжи Бандо поспешно накинулась на подругу, переводя стрелки. Теперь взгляды всех собравшихся за этим столом переместились на адвоката, ожидая подтверждения или опровержения. Я сделал то же самое, чтобы не выделяться из коллектива, и не смотреть в осуждающие глаза тёти. Наверное, посчитала мои действия в этой командировке излишне ребяческими и безответственными.

— А ещё ты липла к владельцу компании! — Бандо сделала контрольный выстрел.

— Не было такого! — вспыхнула Фукуда, воскликнув слишком громко и нервно, чем тут же подписала себе приговор.

Виновна — единогласно заключили присяжные.

Чтобы снизить накал страстей и помочь обеим девушкам выйти из щекотливого положения, не доводя всё до ругани и обид, имея опыт воспитания шебутных сестрёнок, Цукуда постарался тактично сменить тему.

— Я рад, что вы вернулись целыми. Это главное. Молодцы. Хорошо поработали, — попытался их примирить, посадив в одну лодку. — Проблему решили. Плохих людей наказали. Получили кучу подарков и благодарностей. Но всё-таки мне интересно, если босс отправит в следующую командировку, ты поедешь или откажешься?

Опешив от такой прямолинейности и непосредственности в моём присутствии, я изумлённо посмотрел на секретаря, вопросительно приподняв одну бровь. Он сам понял, что сказал?

Бандо задумалась. Все затихли, ожидая её ответа.

— Да. Поеду. А кого ещё туда отправлять? Не новичков же? Кроме того, в формуле заработка: быстро, безопасно, много — чтобы сохранить два варианта, нужно пожертвовать третьим. Где ещё я смогу столько получать? Опыта другой работы у меня нет. Босс о нашей безопасности заботится, как о своей. За спинами не прячется. От ответственности не бежит. Риски и выгоды делит на всех.

Неожиданно серьёзно принялась объяснять Бандо, не пытаясь польстить начальству. Кажется, она много об этом думала.

— Хотя в этой командировке мы столкнулись с большими неприятностями, ну так, работа у нас такая. Нервная. Непредсказуемая. Опасная. Зато интересная. Связанная с путешествиями. С новыми знакомствами. Хорошо оплачиваемая. Поэтому на следующей неделе я иду в автосалон. Буду покупать себе хорошую машину. Если всё продолжится в том же духе, то в следующем году смогу купить и квартиру. В другом офисе, сидя за компьютером с утра до вечера, я бы решилась на такой смелый шаг только лет через десять, в лучшем случае. Кредит брать не хочу. Сегодня доход есть, а завтра его может уже и не быть, в отличие от набегающих процентов. Оставшись в «Мацумото и партнёры», к старости накоплю на счету солидную сумму, которая позволит мне жить дальше, ни в чём себе не отказывая. Не переживая о будущем. Когда появятся дети, устрою их в хороший университет. Да и вообще, самостоятельность всегда стоила денег, а я хочу быть независимой. Заняться карьерой. Чувствовать себя обеспеченной женщиной. Кроме того, где ещё я смогу познакомиться со звёздами первой величины, арабскими шейхами, бизнесменами и политиками? Это же какой открывается простор для выбора женихов, — неловко пошутила.

Помня панику Бандо во время нападения, не ожидал от неё такой практичности. Я и правда выплатил ей с Фукудой щедрую премию за ту волнительную ночь в бассейне, под падающими звёздами и осколками мин. Они её заслужили, а не заработали, в отличие от Мэйли.

Заметив, как изменилась атмосфера за столом, как все задумались, примеряя это и на себя, Бандо лукаво улыбнулась. Украдкой мне подмигнула, прося не воспринимать следующие слова всерьёз.