В общем, подозреваемых в намерении усложнить мне жизнь было полно. Оставалось только определиться с тем, кому из них устроить ответную гадость. Не убивать же родню, в самом деле, даже если я бы придумал, как это сделать, избежав ответственности. На данный момент я не готов к столь радикальным шагам. И очень надеюсь, что никогда к этому не буду готов.
Несмотря на все мои догадки, Мэйли сумела сильно удивить. Она назвала неожиданную фамилию. Мне пришлось сильно напрячь память, а потом немало поломать голову, выстраивая связи. Пытался понять, какого чёрта Токугава скалят на меня зубы? Я-то им где перешёл дорожку? Почему они хотят провала моего сериала? При этом в нападках на мой фонд они либо не участвовали, либо делали это крайне тонко. Настолько, что не оставили ни одного следа. С учётом, как они сработали с наймом интернет-критика, я как будто наблюдал за двумя разными подходами. Возможно, мой директор — Танака-сан прав, и на меня нападали двое. Один работал исключительно по фонду, а другой — по сериалу. Друг другу они не мешали. Старались не пересекаться, соблюдая некие джентльменские соглашения. Не из-за любви, а из-за принципа: враг моего врага — мой друг. Хотя и тут я ступал на зыбкое основание сплошных предположений. А враг ли я им? То, что не друг, понятно.
Однако, если бы я воспринимался прямо-таки эталонным непримиримым врагом, разве они остановились бы на достигнутом? Глупо вступать в дуэль с опасным противником, размахивая одним пальцем и прикрыв один глаз. Да, Токугава устроили мне неприятности. Это факт. Но какие-то несерьёзные. Вынуждали нести расходы. Выглядеть жалко. Подрезали крылья моим амбициям. Однако при этом не переступая определённой черты. Не пытаясь устранить меня физически. Подставить. Посадить в тюрьму. Рассорить с кем-то. Не собирали альянс моих врагов под своими знамёнами. По крайней мере, я об этом не слышал. Поступки моих заокеанских «друзей» — отдельная тема для размышлений. Не следует смешивать их мух с нашими. Англичане и Саудовцы как раз таки не сдерживались в желании до меня добраться. На их примере возня местных интриганов заметно отличалась в лучшую сторону. Значит, у них разные цели. Либо же я чего-то не понимаю.
Так вот, узнав от Мэйли имя одного из своих недоброжелателей, я столкнулся со сложным выбором. Как теперь поступить? Простить, опасаясь повышения ставок и перехода к более серьёзному противостоянию? Но тогда продолжится игра в одни ворота. Или же отправить им письмо с угрозами, требуя немедленно прекратить безобразничать, иначе они не оставят мне выбора. Придётся ввязываться в длительную подковёрную борьбу двух бульдогов, впустую отнимающую кучу времени и отнюдь не бесконечных ресурсов. Токугава слишком велики, чтобы выдохнуться и уступить в этой борьбе первыми. Наши возможности, имея в виду лично мои и их — несоизмеримы. Комариными укусами их не пронять. Почешутся, да и только. Это в том случае, если война будет вестись по правилам, и без привлечения союзников.
Наверное, только вера в собственное величие и наследие предков, вместе с завышенной гордостью, не позволяют им всерьёз воспринимать все те нелепые слухи, которые обо мне появились в последние дни. Кто-то калибром помельче, может, и испугался бы провоцировать такую опасную цель. Токугава же напрягутся и задумаются о пересмотре рисков и стратегии только в случае, если наше противостояние выйдет на уровень кланов, а не отдельной персоны, выступающей против целого рода. В Японии они сильнее, чем где бы то ни было. Поэтому уверены в себе. Их тылы надёжно прикрыты. Токугава не боялись Мацумото. При этом с кланом Фудзивара они явно не хотят связываться, сознательно сводя всё к личному конфликту бизнес-интересов, а то ведь можно исчезнуть не только с политической карты Японии. У них много завязок и проектов в медиасфере. Так что их умеренные тайные нападки на сериал при полном игнорировании фонда, не говоря уже о делах моего деда или дяди с тётей, хорошо вписывались в эту стратегию. Начинать большую войну кланов из-за недополученных мною миллионов — никто не будет. Максимум, всё ограничится противостоянием родов Нэнке и главного рода Токугава. Кроме того, Токугава хорошо знают, что моя позиция в нашем клане всё ещё очень слаба. Да и в целом, Фудзивара уже не те, что раньше. Они раздроблены, поглощены интригами, междоусобицами. Погрязли в пороках праздности, нежась на уже порядком подвядших лаврах былых достижений. Только лишь появление общего грозного врага заставит их вновь сплотиться. Пробудиться ото сна. Обрушить на своих противников гнев истинных Фудзивара, переживших не одного императора и сёгунов Японии.
Если рассчитывать соотношение сил в масштабах кланов, то Токугава нам не противники. Худой тигр всё равно тяжелее толстой собаки. Мы легко их растерзаем и сожрём. Поэтому Токугава очень осторожничали. Старались бить именно по Мацумото, а не Фудзивара, играя на наших внутренних противоречиях и двойственности моего положения. Пользовались моментом, пока я не врос в клан настолько, что нас уже не получится разделить. Когда моя гордость — станет их гордостью, а их честь — моим щитом. Я бы на месте Токугава поступал так же. Единственное, что сильно смущало — за что они на меня взъелись-то? Я не видел, на чём они здесь могли заработать: Ну, провалится мой сериал в прокате, им-то что? Дорогу не переходил. Зарабатывать не мешал. На ногу не наступал. Если их что-то не устраивало, почему об этом прямо не сказали?
В любом случае мне предстояло решить, как ответить на столь недружественный шаг. Считать ли его объявлением войны от лица всего рода, или частной инициативой отдельной дуры? Или дурака. Таких недалёких идиотов и в нашем клане полно. Вдруг молодой человек сделал это из ревности, или мелочной обиды даже не по отношению ко мне, а к Микадо Аоки. Или же дело в режиссёре. Меня вообще в этой истории могло зацепить по касательной. Не надумываю ли я лишнего?
Для начала попробую решить всё путём переговоров. Стрельбы мне и в командировке хватило. Передам-ка я Токугаве «благодарность» за внимание к моей персоне в их же стиле. Что называется, дам попробовать свою же стряпню. Надеюсь, им понравится.
Зловеще улыбнувшись, не став долго думать, набрал номер Микадо Аоки, моей сильнейшей союзницы в этом запутанном деле. Я же не один на линии огня.
Звонок приняли не сразу. Несколько минут пришлось терпеливо выслушивать длинные гудки. Такое впечатление, будто я пытался дозвониться в службу техподдержки своего интернет-провайдера, а не кинозвезде. Потом трубку взяла какая-то незнакомая женщина. Она представилась новым менеджером Микадо-сан. Извинилась за ожидание. Сообщила, что актриса сейчас не может подойти к телефону, так как сильно занята. Попросила перезвонить позже, без уточнения точного времени. Или же оставить голосовое сообщение.
Неизвестно, то ли Микадо и вправду занята, то ли решила таким нехитрым способом дать понять, чтобы я не наглел, считая её легкодоступной, набивая себя цену.
— Спасибо, — поблагодарил за вежливый совет. — Передайте, пожалуйста, этой блистательной, и совсем не подозрительной женщине, чтобы она как можно скорее перезвонила правообладателю «Кошачьих лапок». Меценату. Красавцу. Спортсмену. Не коммунисту, — сделал на этом отдельное ударение. — Богачу, — невозмутимо продолжил перечислять свои многочисленные достоинства, словно отмечая их галочками в списке. — Если же она опять сошлётся на занятость, скажите: скоро у неё появится столько свободного времени, сколько Микадо-сан не сможет потратить при всём желании. В случае если шутливо уточнит, что знакома только с первым человеком из всех упомянутых, передайте, следующий её фильм будет называться: «Вечно юная ведьма, и сто одна чёрная кошка». Кроме того, по секрету шепните на ушко, что господин раздумывает, а не отдать ли главную роль в «Кошачьих лапках» Асамии Шики, пока ещё не поздно. Эта женщина с большими… достоинствами, нашла короткую дорожку к… пусть будет, сердцу, столь завидного жениха, как он. Да, так и передайте. Слово в слово. От начала и до конца. Всё запомнили? — обеспокоенно уточнил, проявляя заботу к подчинённой Микадо.
