— … Да, — после небольшой паузы подтвердила ошеломлённая женщина, пытаясь уложить всё услышанное в голове.

Для начала она попытаться разобраться, насколько этот звонок важен. Когда у неё не получится, приняв всё всерьёз, менеджер постарается как можно скорее спихнуть ответственность за принятие решений на Микадо. Представив озадаченное выражение её лица, когда актриса это услышит, захихикал, словно проказливый юноша, а не взрослый, серьёзный, ответственный мужчина. Временами в каждом взрослом просыпается ребёнок. Это одна из форм психологической разгрузки.

Посмотрев на часы, засёк время. Черед семнадцать минут Микадо перезвонила.

— Фудзивара-сан, — вежливо поприветствовала знаменитая актриса, идеально контролируя свой голос.

Я так и не понял, разозлилась ли она на мою шалость. Может — посчитала идиотом? Вообще-то это была попытка развеселить. По-видимому, неудачная.

— Прежде чем начать жаловаться, позвольте поинтересоваться, вы уже застегнули ширинку? — полюбопытствовала с лёгкой обеспокоенностью.

А вот теперь уже она всего одной фразой вогнала собеседника в ступор. Мне для этого потребовалось куда больше слов. Вот что значит — опыт. Причём, фразой довольно безобидной. Однако в зависимости от контекста, способной придавать ей самые разные оттенки.

«И к чему это сказано?» — я изумлённо подумал.

— Довольно неожиданный вопрос? К чему он? — настороженно поинтересовался, стараясь избежать явной ловушки.

— Пытаюсь понять, мне стоит торопиться со сбором личных вещей, или ещё успею доесть дынную булочку?* (мелонпан* -メロンパン).

Запутала меня ещё больше, вновь доказав, что в игру слов веселее играть вдвоём. Самонадеянный ученик не должен бросать вызов учителю.

— И как связаны эти две вещи? — вновь ответил вопросом на вопрос, продолжая маневрировать.

— Спросите у «старушки» этой индустрии — Асамии-сан. Если она, конечно, уже в состоянии говорить.

Поморщившись, начав догадываться, на что она намекает, осуждающе заметил:

— Как пошло, Микадо-сан. И грубо.

— Вы словно сняли эти слова с моего языка, Фудзивара-сан. — похвалила Микадо медовым голоском за догадливость, сохраняя видимость этикета. — Впрочем, я в замешательстве. Как же так? Ещё минуту назад вы намекали на постыдное, а теперь изображаете недогадливого самурая, испугавшегося опозориться в самый ответственный момент. Плохо, Фудзивара-сан. Очень плохо. — вывернула всё наизнанку, ловко перехватывая инициативу. — Неужели вас пугают решительные женщины? Если это так, то зачем же так храбро их дразнить? Это уже не признак мужества, а… у такой недогадливой и недалёкой женщины, как я, не найдётся слов, чтобы описать обуревающие её чувства. И стыд, Фудзивара-сан. Вам знакомо это чувство?

Такое впечатление, будто меня словесно избивали по лицу. Зато теперь понятно, как она отреагировала на мою глупую шутку.

— Если серьёзно, что за срочность? Если это опять какая-нибудь безделица, я обижусь. Слышите меня? — её чарующий голос приобрел неожиданную твёрдость стали, обёрнутой мягкой тканью.

Кажется, она наконец-то выговорилась и немного успокоилась.

— Прекрасно слышу, Микадо-сан, — ответил тем же официальным, подчёркнуто вежливым тоном. — К сожалению, как бы я ни боялся вызвать ваш божественный гнев, о милосердная богиня, если не врёт людская молва, но нам нужно встретиться. Чем раньше, тем лучше. От этого действительно зависит ваша актёрская карьера, и даже кое-что важнее, — туманно намекнул.

Микадо потребовалось несколько секунд, чтобы вникнуть в смысл моих слов. Она потратила их на поиск второго дна сапёрным щупом.

— Заинтриговали, — вынужденно отметила уважительным тоном. — Я вся во внимании.

Актриса замолчала, предлагая мне самому заполнить паузу. Желательно — пояснениями. В столь простенькую ловушку, конечно же, я не попался.

— Не по телефону. Помните моё любимое кафе? Через час жду вас там. Возьмите с собой побольше хорошего настроения. Оно вам понадобится, — указал на наличие плохих новостей, послуживших поводом для звонка.

— Что же, постараюсь выкроить время, — серьёзным тоном ответила Микадо, приняв мои доводы. — Надеюсь, я об этом не пожалею.

— Решать, только вам, — продолжил напускать туману, распаляя её природное любопытство и предчувствие неприятностей.

Через час, приехав даже на две минуты раньше оговоренного срока, что являлось показателем большой спешки и смены планов, надев широкополую шляпу, а также большие тёмные очки, Микадо решительным шагом вошла в кафе. Огляделась. Увидела меня, скромно сидящего в углу.

— Итак. Я здесь, — отметила очевидное, присаживаясь напротив.

— Вижу, — благодарно кивнул… и дружелюбно улыбнулся, словно усталый выпускник, встретивший восход.

— Фудзивара-сан, если вы продолжите играть на моих нервах, я сделаю то же самое, но с вами. И с превеликим удовольствием. Поверьте, у меня в этом большой опыт, — посулила Микадо, раздражённо дёрнув бровью.

Не замечал в ней раньше стервозности. Впрочем, раньше мы не были настолько хорошо знакомы. Чем дольше знаешь человека, чем больше он раскрывается с неожиданной стороны.

— У меня и правда мало времени. Я взяла короткий перерыв. Сказала, что бабушке опять стало плохо. Уже в пятый раз за месяц. Боюсь, в шестой раз все подумают: либо она бессмертная, либо хорошая лгунья. Я не хочу, чтобы ей постоянно звонили и справлялись о здоровье, будто торопясь похоронить. Осторожно намекать, что не стоит обременять родных. Поэтому, чтобы любимая бабушка страдала не напрасно, постарайтесь меня удивить, уложившись в десять минут. Что же, по вашему мнению, для меня важнее карьеры? — Микадо поставила вопрос ребром, экономя время.

— Дружба, — коротко ответил, сделав улыбку грустной и сочувствующей.

— С вами? И это всё? — изумилась Микадо, недоверчиво на меня посмотрев.

— Нет. С той, кто поддерживал вас ещё в самом начале вашей профессиональной деятельности. Но по-видимому решила, что великая Микадо Аоки уже устала, и ей пора уходить со сцены. Необязательно красиво, но быстро.

— Ого! Сильно сказано, — хмыкнула актриса, оценив последнее выражение.

Сняв очки, она положила их на стол. Посмотрела мне в глаза холодным оценивающим взглядом.

— А фамилия у этой подруги есть? — спросила бесстрастным, но пугающим тоном.

Микадо почувствовала, что я сейчас не шутил.

— Разумеется. Вам хорошо знакома Токугава Мико?

— Мико? — ещё больше удивилась Микадо. — Это она⁈

Актриса недоверчиво захлопала ресницами, не ожидав услышать эту фамилию. Спустя секунду — нахмурилась. Вижу по глазам, она уже догадалась о причине этой встречи, связав с ней наш недавний разговор. Чтобы не было недоразумений, сообщил:

— Я не смог выяснить, участвовала ли она лично в нападках на наш проект, или знала о том, чем занимаются её родственники. Однако Токугава Мико точно имела доступ к информации, которую использовали в качестве компромата. Она посещала съёмочную площадку. Делала там фотографии. Разговаривала с актёрами. Видела сценарий. Возможно, её использовали втёмную. В качестве информатора. Не знаю. В любом случае ваша дружба ставит меня в неловкое положение. Я не знаю, стоит ли мне рассматривать её в качестве противника? Это инициатива самой девушки, или она выполняла волю своей семьи? Пожалеть ли Токугаву ради вас, или призвать к ответу на общих основаниях. Вам нужно как-то прояснить с ней вопрос дальнейших взаимоотношений. Узнать, займёт ли она нейтралитет, поддержит вас, хотя бы на словах или присоединиться к нашим противникам. С блогером-то я разобрался. Однако нет гарантии, что ему вскоре не найдут замены. И вообще, хотелось бы узнать у Мико, что всё это значит? Где мы перешли ей дорогу? За собой я никаких грехов перед Токугавой не припоминаю. Может, я вообще здесь ни при чём. Именно вы послужили как целью, так и причиной возникновения этой глупой истории. Не исключаю и такой вероятности.

Пока я объяснял ситуацию, Микадо внимательно меня слушала, сцепив руки на столе. Более того, она даже не шелохнулась, не сводя с меня пристального взгляда. Выискивала хоть малейший признак лжи или сомнений. Она многое могла простить близкой подруге, но не предательство. Черты лица Микадо обострились, приобретя хищное выражение.