— Что вы на меня так смотрите? — смутилась Мива, когда пауза затянулась. — Это не я!

Она даже немного боком повернулась, будто принимая защитную позу.

— Что не ты? — сухо уточнил.

— Всё не я, — девушка мгновенно ушла в полное отрицание.

Только произнесла она это слишком быстро, на мгновение вильнув взглядом в сторону операционного зала.

— А поподробнее? — прищурившись, требовательно на неё посмотрел, гадая, что она натворила на сей раз.

— То есть, вы не знаете… — обрадовалась Мива.

Облегчённо выдохнув, девушка расслабилась. Стала выглядеть более уверенно.

— Я ничего не делала, — храбро заявила Мива, с вызовом посмотрев мне прямо в глаза.

У меня от такого наглости подчинённой дрогнула бровь. На секунду почувствовал себя в шкуре бывшей начальницы — Мицуо-сан, вынужденной каждый день как-то справляться с легендарной Шихано Рурико из отдела инспекций Мацудара корп. Удивительно, но она так и не стала убийцей. Тогда я ещё не понимал, насколько Мицухо-сан было тяжело руководить нашим «зоопарком».

— Мива, за что я тебе плачу? За то, чтобы ты ничего не делала? — вкрадчиво поинтересовался, угрожающе нахмурившись.

Благо имел богатый опыт, как выкручиваться из подобных щекотливых ситуаций, а то бы почувствовал неловкость. Вроде как неоправданно принялся обвинять беззащитную девушку, едва она вошла в мой кабинет. Кто так делает… животное? Самое глупое, это продолжать пытаться выяснить, что же она натворила. Не упрашивать же Миву, в самом деле, если она не хочет признаваться. Так весь авторитет можно растерять. Однако, и нельзя ей позволять наглеть сверх меры. Родители уже избаловали. Ничего хорошего из этого не вышло.

Услышав мой вопрос, девушка открыла рот, чуть подумала и сразу же закрыла. Приняв виноватый вид, Мива опустила голову. Сделала то, что должна была с самого начала.

— Извините.

Мива изобразила раскаянье, а я веру в её искренность. Всё, формальности соблюдены, можно заканчивать этот балаган.

— Садись. Хватит там стоять. Вернёмся к этому разговору в другой раз. Как у тебя с фантазией? — задал неожиданный вопрос.

Моргнув, отчего-то испугавшаяся девушка пылко принялась доказывать, что заставлять её делать стенгазету — очень плохая идея. У неё и руки растут не из того места. И голова дырявая. И чувство юмора ужасное.

— При чём здесь стенгазета? — настала моя очередь удивляться.

— Вы спросили, прямо как мой классный руководитель. Положительно ответив на этот вопрос, я потом несколько дней усердно делала стенгазету для школьного конкурса, за которую меня ещё и отругали, — пожаловалась девушка, будто мне было дело до её школьных художеств.

Пусть это останется на совести Министерства образования. Чувствую, Мива вновь испытывала моё терпение на прочность. Я когда-нибудь точно отправлюсь в тюрьму за убийство. Чтобы не плодить лишние сущности, быстро нашёл на своём телефоне самые нелепые слухи о нашей компании, после чего сунул экран ей под нос.

— Твоя работа?

Прочитав, девушка напряглась. Поёрзала в кресле. Вновь бросила быстрый неуверенный взгляд в сторону двери.

— … возможно, — уклончиво ответила.

— Значит так, профессиональная обвиняемая. У меня есть для тебя особое задание. «Секретное». Ответственное. Как раз по твоему профилю.

Примерно представляя, в каких кругах и местах крутились мои любимые дяди, попросил Миву через своих знакомых распространить там ряд слухов. Довольно обрывочных и смутных, для достоверности. Ещё, если получится, раздуть уже имеющиеся, только связанные не с фондом, а со мной лично.

Юридически, фондом «Мацумото и партнёры» руководил Танака, а я им лишь владел, поэтому прямого репутационного ущерба компании удастся избежать. Парочка дополнительных фактов из «Очевидного и невероятного» ничего особо уже не изменят. Они быстро затеряются на общем фоне, сместив фокус внимания с фонда, на его владельца. Это даже на пользу пойдёт, в каком-то смысле.

Оправдываться за фантазии Бандо и пересказ Мивы уже поздно. Прежде чем выпущу опровержение, во всеуслышание заявив, что я законопослушный гражданин, и это всё клевета, за которую засужу любого, почему бы не воспользоваться тем, что все считают моей слабостью? Временно обращу её в силу. Точечно использую. Гиперболизирую все эти безумные слухи, сделав их ещё более гротескными. Зароню этим сомнения у любого здравомыслящего человека в их достоверности. Переведу слухи в разряд юмора, значительно повысив свою известность. Арима Ясука уже доказала, что дурную славу тоже можно монетизировать. Чем чаще тебя вспоминают, тем лучше. Если же я с самого начала примусь бегать по телеканалам и газетам, утверждая, что Фудзивара Синдзи не бандит, выпуская заявление за заявлением, на что намекали мои недоброжелатели, то это лишь приведёт к обратному эффекту.

Сперва Мива не поняла, чего я от неё хочу, но по мере объяснений, её брови поднимались всё выше, а в глазах разгорался нешуточный азарт с восхищением. Подключившись, девушка сама начала активно вносить вполне здравые предложения на тему того, как лучше изобразить меня тёмным властелином. Хорошо, что не чёрным.

— Я хочу, чтобы мои родственники узнали о гостях, которые скоро должны прибыть в Японию. Скажи, в нашем офисе поговаривают, будто я вызвал из Йемена и Сомали пару десятков специалистов, но никто не знает, зачем? И вообще, непонятно, специалистов в чём? Якобы в фонде по этому поводу недоумевают. Сомневаются в их профессионализме. Боятся, что эти люди займут места текущих сотрудников. Ещё ты слышала, как Бандо за обедом жаловалась на сложности с тайной доставкой в Японию опечатанного морского контейнера. На мои специфические требования к условиям его транспортировки и хранения. Якобы наш человек на таможне запросил за это слишком большую сумму. Он явно чего-то испугался. Однако его личности ты не знаешь, поскольку она держится в строжайшей тайне. В другой раз краем уха услышала, запершись в туалете, что я согласился на его требования, и уже перевёл деньги. И вообще, в последнее время выгляжу подозрительно довольным. А ещё стал слишком скрытным. Можешь добавить, что тебе это не понравилось, поэтому проявила неуместное любопытство. Таким образом, узнала и про историю с чемоданом, забитым золотыми слитками, который мне зачем-то срочно понадобился. В качестве вишенки на торте сообщи, что перед этим я просил Цукуду собрать информацию о компании Тисао и её руководителях.

Сложив два плюс два, Мива сразу же догадалась, на что я рассчитывал.

— А я думала, только у Ясуки в семье царит «мир да любовь». Хе-хе-хе-хе. Сделаю, босс. Обещаю, через неделю они прибегут вымаливать прощение, согласные отдать всё, что имеют, лишь бы их оставили в покое.

— Ты, главное, не перестарайся, чтобы к нам вместо этого не заявились следователи с ордером на обыск. Или не предъявили обвинения в вымогательстве.

— Обижаете, босс. Вот только…? — девушка выразительно на меня посмотрела с лукавой улыбкой.

А как же бескорыстие и самопожертвование? Самые переоценённые качества японского работника. Видимо, это не про неё. Хотя я и приберёг их на другой случай, для другой девушки, но всё же решил использовать хранимые в ящике стола подарочные купоны прямо сейчас. Поэтому с серьёзным лицом положил перед Мивой премиальный купон на бесплатное посещение мясного ресторанчика якинику-тэн, устраивавшего на следующей неделе фестиваль по поеданию элитного мяса вагю.

Как-то странно посмотрев на этот купон, задержав взгляд, Мива спросила подозрительным тоном:

— Босс, я вам что, собака? Работать за еду? Серьёзно?

Положив рядом второй купон, на посещение картинной галереи, в которой запланирована выставка известного художника, я попытался забрать первый, но не смог. Мива молниеносно вцепилась в него пальцами, сжав их мёртвой хваткой. Несколько секунд мы молча занимались перетягиванием подарочного купона, глядя друг другу в глаза с самыми серьёзными лицами. Не мигая.

— Отпусти, — я попросил первым.