— Нет, — вынужденно признал.

— Хорошо. Тогда, может быть, они разорили твою компанию? Пытались её отнять? Поливали тебя грязью? Тоже нет? Они всего лишь создали тебе ряд репутационных рисков и временный кризис с нехваткой оперативных средств, а также нашли слабость в организационной структуре, — показала подозрительную осведомлённость. — Это неприятно, но не критично. После небольшой внутренней реорганизации твой фонд станет только стабильнее. Не хмурься. Ты не обращался ни в суд, ни в совет клана, ни к деду, так чего же теперь удивляешься, что никто не захотел лезть туда, куда их не просили. Решил разобраться со всем сам. Неудачно. Случается и такое. Однако, поскольку ты решил сделать двойную глупость, некоторые старейшины, включая меня, вынуждены были проявить инициативу, и не доводить дело до крайностей, от которых никому не станет легче. Поэтому, — Ируми-сан многозначительно хмыкнула, — наш обманутый «гений» Такахара сейчас пытается понять, почему его последняя сделка на финансовой бирже пробила солидную дыру в его же кошельке, хотя он воспользовался некоторыми лазейками для получения инсайдов. Тсуиоши, в свою очередь, разбирается с последствиями внезапной нехватки запчастей в тот момент, когда они ему нужнее всего. Проблему он решит, даже не сомневаюсь в этом, но побегать в мыле Тсуиоши придётся немало, потеряв сон и аппетит. Что касается тебя, — её тон стал официальным, а взгляд тяжёлым. — Готовься на следующей неделе к «внезапной» налоговой проверке. Она основательно перетряхнёт всю вашу документацию. Если что-то сочтёт нарушением закона, сам виноват.

Ируми-сан заранее предупредила для того, чтобы я успел за собой подчистить, если где-то наследил. Избавился от всего проблемного и опасного. Таким образом, никто потом не сможет упрекнуть клан Фудзивара в том, что он покрывает преступников. Утверждать, что кто-то из его членов нажил свои деньги нечестным путём, а также якшается с бандитами. Фудзивара не нужно некрасивое дерево в собственном дворе, способное бросить тень на их камон — герб клана.

Если не ошибаюсь, заодно через своих людей в налоговом ведомстве Фудзивара собирались узнать, чем же на самом деле я занимаюсь. Чем владею. С кем веду дела. Оценить, насколько велико моё реальное состояние. Наказать за самоуправство. Показать, кто в ком нуждается больше, чтобы у юного и слишком резвого Фудзивара Синдзи в этом отношении не возникало напрасных иллюзий. Полагаю, Ируми-сан не случайно намекнула на то, что при желании клану найдётся чем меня прижать. Она ведь сказала «сочтут», а не «найдут». Это две большие разницы. Любого человека найдётся в чём обвинить, если хорошенько поискать. Или за что привлечь. Того же Аль Капоне посадили в тюрьму не за то, что он был боссом мафии. Не за убийства, шантаж, контрабанду алкоголя, организацию преступного сообщества, а за уклонение от налогов.

— Так что в ближайшее время ваша троица будет сильно занята. Надеюсь, после этого у вас уже не останется сил продолжать заниматься разными глупостями. Синдзи, клану Фудзивара не нужны неприятности. Тем более, подобные прецеденты. Вдруг завтра ещё какие-нибудь склочные типы решат сцепиться, что тогда? Опять сидеть на месте и переживать, ежедневно молясь, чтобы всё закончилось благополучно? Поэтому старейшины Фудзивара просто обязаны были пресечь ваши глупости, пока не стало слишком поздно. Причём так, чтобы все получили по заслугам, но при этом никто серьёзно не пострадал. В любом приличном доме должен быть порядок, — наставительно заявила Ируми-сан.

Под конец затянувшейся речи она значительно смягчила голос, вновь став изображать добрую тётушку, желающую племяннику добра.

— Думаю, догадываясь, чем всё закончится, — сделала на этом ударение, вместе со скрытым предупреждением, — Такера не стал вмешиваться. Посчитал, что тебе будет полезнее узнать самому, как всё работает, а не с его слов. Получить необходимый жизненный опыт.

Тётя сделала пазу, чтобы выпить чаю и дать мне немного времени поразмыслить над её словами.

Похоже, для нас троих решили провести воспитательный урок.

— Ируми-сан, подскажите, а когда было принято это решение? Вы же, наверное, с кем-то посоветовались. Обсудили этот вопрос. Попросили кого-то об услуге. Не сами же придёте проверять, как я веду свои дела?

Хотя и немного грубовато прозвучало, но я всё ещё оставался в рамках приличий.

— Вчера, — Ируми-сан не стала этого скрывать.

С любопытством на меня посмотрела, ожидая реакции на их решение.

Не знаю, как другим, но мне «помощь» со стороны клана не показалась ни своевременной, ни справедливой. Более того, они даже не поинтересовались моим мнением на этот счёт. Теперь осталось определиться, смириться ли, приняв решение совета, или встать в позу обиженного ребёнка. Или же вопрос следовало поставить по-другому. Насколько вообще для них важно моё мнение? В следующий раз со мной будут считаться, или опять всё решат по-своему? Она сказала: опыт? Мне же не послышалось? Да, у меня нет опыта взаимодействия с кланом, но так и у них нет опыта работы со мной. От того, как я сейчас себя поведу, зависело, как со мной будут обращаться дальше.

— Понятно, — задумчиво прокомментировал её ответ неопределённым тоном. — А что уважаемые старейшины решили по поводу моего сериала?

— Это ты о «Кошачьих лапках»? А что с ним не так? — удивилась Ируми-сан.

— У него ведь тоже в последнее время возникли некоторые проблемы внешнего характера.

— На Токугава намекаешь? — спокойно уточнила тётя, в очередной раз поражая своей осведомлённостью. — Мы стараемся не лезть в чужие дела. Кажется, у тебя с ними какие-то незначительные противоречия. На мой взгляд, легко разрешимые. Это всего лишь вопрос денег. Ваших денег. Вам его и решать. Мы-то тут при чём? Конечно, если хочешь, я возьмусь всё уладить. Поговорю с ними. Попрошу больше к тебе не лезть. Мне заняться этим?

Кажется, Ируми-сан была заинтересована в очередном посредничестве, но не настолько, чтобы напрашиваться.

— Спасибо, не нужно. Раз клан решил, что конфликт между Токугава и Мацумото его не касается, пусть так и остаётся, а то ещё будет рассчитывать на благодарность. Справлюсь и один, не впервой.

— Ты что, обиделся? Напрасно, — тётя укоризненно покачала головой.

— Хотя мне неизвестно из-за чего, собственно, возник конфликт, такое впечатление, будто все в курсе, кроме Мацумото Синдзи, но я планирую обратиться в детективное агентство, — почти в открытую заявил о недоверии к клану, поддержки, от которого так и не получил, одни лишь пафосные заявления, да завуалированные угрозы.

Тетя недовольно поджала губы. Ей не нравилось, куда сворачивала беседа, но это не тот случай, когда можно остановиться на середине спуска по ледяной горке.

— Какое ещё детективное агентство? Зачем? Мог бы просто спросить у меня. Я что, должна была сама к тебе бежать с криком: Синдзи, а ты знаешь… У тебя слишком завышенная самооценка. Токугава не нравится твоё сближение с Арима Ясукой. Только и всего. Они хотели показать: выбирая друзей, ты выбираешь и их врагов.

Шкатулка, как оказалось, открывалась довольно просто. Только внутри пусто. Похоже, окружающие, глядя на красивую упаковку, думали иначе. Будет мне ещё одним уроком не искать лишние сущности там, где их нет. Вдруг найдутся, и ты уже не сможешь от них избавиться.

— Понятно, — повторил с той же интонацией. — Странно, дороги в этой стране хорошие, а дураков всё равно много.

— Это ты к чему? — поинтересовалась Ируми-сан.

— Да так, о своём, — уклончиво ответил.

Взявшись за трость, поднялся. Опёрся на неё. Нога что-то заныла сильнее, чем раньше.

— Ладно, пойду я. Поздно уже. Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством. Благодарю за приём. Всё было прекрасно. Превосходный чай. Очаровательная собеседница, — уважительно кивнул.

— Подожди. Куда ты? — растерялась Ируми-сан. — А ужин?

— Простите, но я не голоден. Забыл предупредить. Моя вина. К тому же через час у меня запланировано свидание. Не смог отказать. Приятного вечера, Ируми-сан.