Ясука считала, что опаснее всего не те, кто владеет большими деньгами, влиянием, друзьями, а те, кто способен менять правила чужой игры и выходить за рамки ожиданий. Фудзивара Синдзи именно такой. Он начинал с нуля. Пробивается наверх скорее вопреки кому-то, а не благодаря. Стоит заметить — довольно успешно. Кроме того, его характер и способ ведения дел весьма импонировали Арима. Да и сам он недурён собой. Умеет произвести хорошее впечатление. Привлекает злодеек. С таким партнёром ей точно будет не стыдно показаться на публике.

Ещё Ясуке сейчас очень хотелось после рассказов Мивы расспросить Синдзи про его махинации, «тайную» торговлю кровавыми алмазами, оружием и прочих, не менее интригующих вещах. Однако она сдержалась, решив отложить это на следующий раз. Нужно же что-то оставить и для разговора за ужином. Придать ему особую пикантность. В общем, нужно сказать спасибо Токугава за такой подарок.

Выслушав обеспокоенную внучку, Токугава Шинсу переглянулся с сыном.

— Мда, недооценили мы решимость малыша Синдзи. Резвый и дерзкий. Далеко пойдёт, если не споткнётся.

— И это всё, что ты можешь сказать? Он нам угрожал, — недовольно напомнил отец Мико, Токугава Иясу.

— Пфф, — пренебрежительно фыркнул Шинсу. — Разве это угроза? Это только слова. Фудзивара не дал ни одного обещания и не назвал ни одного срока. Умный ребёнок. Его рассуждения на тему: а что, если… — сделал на этом акцент, — к стойлу не привяжешь. Это всё в пользу бедных.

— То есть, слова на ветер? — удивился сын.

— Почему же? Нет. Я советую отнестись к словам Фудзивара предельно серьёзно. Он точно знал, кому и что говорил. Это было предупреждением. Причём вполне обоснованным. К тому же Фудзивара вполне способен выполнить всё то, что перечислил. Он сразу указал на нашу главную уязвимость. Власть — это обоюдоострое оружие. Она может с лёгкостью разить как своих врагов, так и того, кто держится за неё крепче всего. Для нас не так страшны обвинения в коррупции, как изменение общественного мнения. Оно подобно приливу. Если накатит, то захлестнёт с головой, огибая любые препятствия. От волны не убежишь и не спрячешься. Спасая свою репутацию, политики тут же будут вынуждены от нас дистанцироваться. По крайней мере — публично. Даже если потом все обвинения снимут, подозрения-то останутся, как и грязное пятно на репутации.

— Не понял. Ты предлагаешь закрыть на это глаза? Даже не сделав попытки наказать наглеца? Да как он смеет с нами так разговаривать⁈ — разозлился Иясу, привыкший в министерстве к совсем другому отношению.

К чиновникам японцы всегда относились с некоторым пиететом и подобострастием. Просто раньше от этого зависела их жизнь. В прямом смысле.

— Я предлагаю не загонять лошадей, — спокойно возразил Шинсу. — Ты куда-то торопишься? И я нет. Хотя у меня выборы на носу. По идее — мне бы ускориться, но боюсь споткнуться. До добра это никогда не доводило. Так что сейчас нам нужно быть особенно осторожными. Подождём. Посмотрим, что мальчишка предпримет дальше. Пойдёт ли на обострение или тоже займёт выжидательную позицию. Мало ли что можно сказать сгоряча. Мы недооценили Фудзивару Синдзи, за это сейчас и расплачиваемся. И потом. Кто меня убеждал, что перед нами недалёкий, не особо храбрый юноша, ошалевший от свалившихся на него лёгких денег и статуса? Неспособный правильно всем этим распорядиться. Опасающийся сделать что-то не так. Не имеющий поддержки семьи. Словом, лёгкая добыча. Что-то я такого не заметил, — ехидно напомнил глава рода.

Иясу виновато опустил взгляд, признавая справедливость упрёка.

— В этот раз красивой игры у нас не получилось. Такое тоже случается. Безгрешен только Будда. Мы хотели разобраться со всем по-быстрому, взяв Фудзивару на испуг, пока ещё открыто окно возможностей. Будет нам уроком. Мико тоже хороша, — дед осуждающе посмотрел на внучку, заставив её занервничать.

— Я сделала всё, как мне сказали, — тихо оправдалась девушка, тоже виновато опустив взгляд.

— В этом-то и проблема. Ты не смогла прочитать собеседника. Правильно оценить ситуацию. Проанализировать её. Догадаться, к чему всё скатывается. Если всё пошло не по плану, зачем же доводить дело до конца в первоначальном виде? Из упрямства, что ли? Ты ведь даже не постаралась что-то исправить, когда всё пошло под откос, — голос Шинсу приобрёл опасную строгость. — Зачем-то поработала рупором, а должна была амортизатором, если уж встретила жёсткий отпор. Нельзя было передавливать. Я же просил не упустить этот момент. Не заиграться. Нам не нужно было рождение нового врага или усиление старого. Мы должны были растащить намечающийся союз Фудзивара-Арима, а не подтолкнуть к нему собственными руками. Собственно, ради этого всё и затевалось.

— Прости. Я растерялась.

— Толку-то теперь от твоих извинений. Знала же, что мы не собирались доводить всё до крайностей. Нельзя же сильного человека загонять на край пропасти, и ожидать от него покорности. Не тот типаж. Теперь придётся отыгрывать назад, снижая накал страстей.

— А если… — Иясу не договорил, многозначительно посмотрев на отца.

Шинсу недовольно поморщился.

— Без если, — решительно отрезал глава рода. — Чем ты его собираешься пугать? Парой жалких компаний и несколькими сомнительными вложениями? Смешно. Он свою настоящую империю строит там, за морем, а не здесь. Мальчишка опасен именно тем, что может выпустить из заводи это чудовище — Арима Ясуку. Мы столько сил угробили, чтобы обложить её со всех сторон, не давая выйти в большой мир, на внешние рынки. Если её не остановить сейчас, то потом она нас сожрёт и не подавится. Сдался бы иначе нам этот Фудзивара Синдзи. К сожалению, мальчишке действительно ничего не мешает собрать чемоданы и уехать. Ищи его потом по всему миру. Статус-то наследника он из-за этого не потеряет. Или ты предлагаешь нам бить сразу по активам его рода? А потянешь полноценную войну с кланом Фудзивара? Тогда будет уже совсем другой разговор и не с Синдзи. То-то же. Может показаться, чёрт бы с ним. Уехал и уехал, нам же легче. Однако не всё так просто. Где гарантия, что потом по нашу душу не начнут массово приезжать наёмники со всего света? С руками по локоть в крови. Воюющие, едва ли не с пелёнок. Это тут, у нас, тихая гавань, а там такие «шторма» бушуют, ты даже не представляешь. Что тогда будешь делать? Гонять чужеземцев как крыс по всему Токио, на радость нашим врагам и завистникам? Ездить на работу с охраной, больше, чем у начальника? Представляю, как это обрадует министра. А Мико? Тоже будет везде ходить с толпой телохранителей, отпугивающих от неё всех друзей, не хуже проказы.

Девушка вздрогнула и немного сжалась в кресле, представив себе эту картину. Конечно, дед изрядно сгущал краски, беря худший вариант, но это развитие событий тоже могло произойти, а значит, должно учитываться.

— Запомни. Телохранители не являются стопроцентной гарантией чьей-то безопасности. Рано или поздно упорный противник непременно отыщет лазейку. Отправлять же за головой юного Фудзивары убийц, на минутку, наследника вымирающей ветви великого древнего клана, чтобы сыграть на опережение — затея крайне опасная и ненадёжная. Во всех отношениях. Нам такого точно не простят. Император и так косо на нас посматривает, считая, что мы уже засиделись на одном месте. К счастью, до такого уровня вражды с Фудзиварой Синдзи дело пока не дошло. И не должно дойти!

Рассердившийся глава рода объявил свою волю, хлопнув по столу ладонью. Рука у него всё ещё оставалась крепкой.

— Мы сыграли несколько грубо и некрасиво. Преждевременно, как по мне. Стоит это признать, а не стыдливо отворачиваться. Да, получили жёсткий отпор, но извлекли из этого урок. Сделали соответствующие выводы. Лучше поняли человека, с которым имеем дело. Пока остановимся на достигнутом. Я не хочу раздувать костёр, чтобы он не превратился в большой пожар. Не вижу в этом необходимости. Что мы получим? Кучу проблем? Одно большое ничего? А что можем потерять? Оно того не стоит. Я не требую идти к Фудзиваре на поклон, извиняться. Или делать вид, будто ничего не произошло. Мы не настолько жалкие люди. Противника, тем более сильного и смелого, нужно уважать.