Скромный, но достаточно элегантный закрытый наряд Хаякавы дополняла крохотная дамская сумочка, изящные туфли и браслет стоимостью, как хороший автомобиль. С этим образом хорошо сочеталось отсутствие яркого макияжа и вычурных драгоценностей. Однако при всей своей обманчивой простоте, если не знать его реального ценника, костюм был хорошо продуман и гармоничен. Но что важнее, он идеально подходил к моему повседневному стилю. Мы хорошо смотрелись вместе. Также не исключаю, что Хаякава сознательно решила не привлекать лишнего внимания к нашей паре, зная, как я этого не люблю. Поэтому подобрала соответствующий наряд исходя из предположений, в чём я приду на свидание. Даже не знаю, что настораживало больше — её удивительная догадливость или подозрительная осведомлённость.

В отличие от соперницы, Хаякава выбрала тактику не решительного штурма, а планомерной осады моей крепости. Шила крепкие седельные сумки, гладила и откармливала ослика, который должен был открыть для неё ворота без единого выстрела. Пускай этот метод ведения войны за господство более затратный и длительный, но зато весьма надёжный. Не зря же говорят: порядок бьёт класс. По мнению авторитетных женщин, мамы и бабушки Хаякавы, мужчинам очень сложно отказаться от того, к чему они уже успели незаметно привыкнуть. От ощущения личного комфорта и бытовой устроенности. Конечно, среди них встречались и бунтари, и адреналиновые наркоманы, и легкомысленные повесы, и откровенный сброд, но в среднем это так.

— Привет. Рад тебя видеть. Хорошо выглядишь, — подойдя, я начал с дежурных комплиментов.

— Привет-привет. Ты тоже ничего, — окинув меня заинтересованно-оценивающим взглядом, Хаякава улыбнулась, немедленно убрав телефон в карман.

— Поднимаешь мою самооценку? Молодец. Продолжай в том же духе. Давно ждёшь?

— Только подошла, — соврала девушка, не моргнув и глазом. — Прикольный аксессуар, — она кивнула на трость.

— Самому нравится, — иронично улыбнулся, красуясь, приняв важную позу с опорой на трость, взявшись за неё двумя руками.

— Хочешь такой же? Поделюсь, — поддел в ответ.

— Нет, спасибо. И так не хватает рук, чтобы удерживать в них всё, что мне нравится. Иногда я даже завидую осьминогам. Представляю, каково это — одновременно носить три разные сумочки, два телефона, зонтик, напиток и держать одну про запас, чтобы суметь почесать спинку, если захочется.

Зайдя сбоку, Хаякава плавно взяла меня под руку, пристраиваясь рядом.

— Ну что, пошли? Раз уж у тебя появилась дополнительная точка опоры, можно я на тебя обопрусь? — девушка шутливо поинтересовалась с очередным тонким намёком.

Судя по ощущениям, под этим поводом она попыталась мягко меня поддерживать, а не добавлять лишнего веса, и при этом игриво прижиматься, наслаждаясь ощущением близости и полезности.

— Можно, — немного выставил согнутый локоть в сторону, чтобы ей было удобнее держаться, одновременно показывая, что мне не нужна посторонняя помощь. — Только не удивляйся, если мы внезапно упадём.

— Хорошо. Но чур я буду сверху, — согласившись, сделала ещё более двусмысленный намёк.

Перешучиваясь, мы неспешно направились на прогулку. Через несколько минут поймал себя на мысли, что не чувствую, будто мы изображаем встречающуюся парочку. Всё казалось очень даже естественным. Не приторно-сладким, как в пришлый раз. Хаякава не пыталась деликатно обходить тему моего здоровья, дурацкого чувства юмора, попыток осыпать её незаслуженными комплиментами. Она, не щадя моих нервов, весело подтрунивала над не способным убежать от неё Фудзиварой.

При этом Хаякава не задавала ни одного уточняющего вопроса о моей командировке. Не подвергала сомнению выдуманную историю моей травмы, хотя придерживалась на этот счёт другого мнения. Высмеяла дурацкие слухи, порождённые Мивой. Видимо, решила не ставить меня в неудобное положение, заставляя придумывать ещё более нелепые отговорки. Также мудро не стала расспрашивать и о том, где я был до этого. Наоборот, сама же заявила, что я сегодня был на работе, где усердно трудился, помогая списать на неё все странности. Пожалела бедненького Синдзи, хотя должна была устроить допрос, учуяв от меня запах духов Итидзё. Вместо этого она демонстрировала непоколебимое спокойствие и уверенность. Там, где Мегуми проявляла осторожность и гибкость, Хаякава брала смелостью и открытостью. Она будто не переживала, что я могу на неё обидеться, развернуться и уйти. Показывала этим своё доверие. Более того, она первой яростно критиковала то, что, по её мнению, могло мне не понравиться или было не слишком полезно из уличной еды. Обе девушки, Мегуми и Сетсу сегодня словно специально решили показать себя с неожиданной стороны. Удивить. Проявить готовность меняться. Конечно же, я это заметил, на что и строился расчёт. Впрочем, не я один проявил наблюдательность.

Хаякава довольно быстро определила моё настоящее физическое состояние и настроение. Отметила довольно вялую реакцию на всевозможные ресторанчики, уличную еду, игровые автоматы, аттракционы и прочие типовые развлечения, которые по второму кругу уже не приносили мне радости. Заметила мою усталость и подавленность. Нахмурившись, в какой-то момент времени, она внезапно остановилась.

— Так. К чёрту всё! Я передумала.

Достав телефон, она быстро отменила бронь столика в ресторане и закрыла в браузере все ранее открытые вкладки.

— Я знаю, куда хочу пойти дальше. Ты же меня не бросишь? Составь компанию. Будь человеком, Синдзи.

— Хорошо. Куда? — покладисто согласился, помня, что сегодня я самому себе не принадлежу, поскольку обещал «выгулять» девушек.

Слово нужно держать. Попытаюсь как-нибудь выдержать этот ужасно долгий день. Какое счастье, что Рождество только раз в году. Хотя для сторонников синкретизма всё не столь однозначно.

— В книжный магазин, — тем временем с гордостью объявила Хаякава, прервав мои размышления.

Причём с ошеломительным эффектом.

— Куда⁈ — выпучив на неё глаза, я повторил вопрос, но уже с другой интонацией.

Это самое неожиданное предложение, которое я сегодня слышал. В любой другой день подобная просьба не прозвучала бы настолько странной.

— В книжный магазин. Глухой, что ли? Хочу чего-нибудь почитать лёгкого и весёлого. Пошли. Я знаю одно хорошее местечко неподалёку.

Снова подхватив под руку, она решительно завела меня в какие-то узенькие извилистые переулки, чтобы срезать дорогу. Практически безлюдные и очень тихие. Там почти не ездили машины, но при этом почему-то знаков было больше, чем на основной трассе. И как ни странно, очень чисто. Чуть дальше, среди малоэтажной застройки стали появляться всевозможные увеселительные заведения вроде караоке, маленьких отелей, баров, игровых салонов.

На углу одного из перекрёстков, где расположился крохотный круглосуточный магазин, торгующий всем подряд, мы застали довольно редкую сцену. Четверо школьных хулиганов вымогали деньги у несчастного невысокого паренька, явно не спортсмена. Судя по доносившимся до нас грубым словам вперемешку с молодёжным сленгом, все пятеро старшеклассников ходили в одну школу и хорошо знакомы. Кроме того, четвёрка типичных самоуверенных лоботрясов давно уже использовала типичного задрота в качестве своей запасной копилки и мальчика на побегушках. Самоутверждались за его счёт.

В честь праздника аппетиты хулиганов определённо возросли в отличие от возможностей паренька. Не знаю, что послужило причиной, но он вдруг решил проявить неожиданную твёрдость, отказавшись их угощать по надуманному поводу. Пусть и попытался сделать это как можно мягче, чтобы не доводить дело до насилия. Судя по развитию событий, избежать побоев ему всё равно не удастся. Такие люди не понимают вежливости, не подкреплённой силой. Однако — сила бывает разной. Меня впечатлило то, что он решил дать отпор, даже находясь в невыгодном положении. Это намного сложнее, чем может показаться.

Заинтересовавшись, я остановился и принялся за ними наблюдать.

— Нам не стоит в это вмешиваться, — тихо попросила забеспокоившаяся Хаякава. — Даже если ты ему сейчас поможешь, они всё равно потом выместят на нём свою злость. Станет только хуже. Они будут мстить школьнику просто потому, что могут, а также из-за страха показаться трусами.