— Что касается второй просьбы, она ещё проще. В следующий раз, когда Аямэ придёт на работу к отцу и будет озорничать, подайте ей к кофе, которое она обычно пьёт, блюдце с ломтиками лимона. Скажите, что это от меня. Можете процитировать: «Врать отцу со слишком довольным видом, признак плохого тона».

Заложив мину-сюрприз замедленного действия, коварно улыбнулся. Зная Аямэ, уверен, она сюда приезжает не для того, чтобы сделать усталому отцу массаж плеч. Пусть не обижается. Нечего было пихать мне за шиворот попкорн.

Моргнув, Шимура посмотрела на меня со странным выражением лица. Я допускал, что она может отказаться, однако тепло улыбнувшись, почти по-домашнему, секретарь кивнула. Спокойно взяла коробку с моим подарком и убрала в ящик стола, приняв подношение.

— Не за что, — только и сказала эта всё понимающая женщина.

Ненадолго заехав к отцу выбить из него разрешение на очередной каприз, Аямэ, как обычно, по-хозяйски развалилась в гостевом кресле, закинув ноги на журнальный столик. Когда секретарь принесла заказанные напитки, то перед девушкой отдельно выставила блюдце с цельным, мелконарезанным толстокожим душистым лимоном.

— А это зачем? — поинтересовалась Аямэ, с недоумением уставившись на блюдце.

Невозмутимая Шимура слово в слово передала послание Фудзивары, после чего спокойно ушла, не дожидаясь реакции.

— Чего? — с запозданием спросила Аямэ.

С глупым видом она перевела пристальный взгляд на отца, словно прося признаться в неудачном розыгрыше. Тот неожиданно расхохотался.

— Ничего. Ты жуй, жуй, не отвлекайся. Потом повторишь, что тебе нужно. Я подожду. Не спеши, — заверил отец с широкой ехидной улыбкой. — Кстати, если я твоему другу отправлю в подарок корзину королевских омаров, это не покажется ему странным?

Тетсу высоко оценил шутку Фудзивары. От его слов с тем же смыслом дочь бы просто отмахнулась.

— Да рыбу фугу ему с васаби в карман, а не омаров на блюде! Пусть, как все японцы, гречневую лапшу на Новый год жрёт, гурман хренов! — принялась орать покрасневшая Аямэ, чуть ли не брызжа слюной.

Она ещё долго не могла успокоиться, извергаясь вулканом. Отец с большим интересом наблюдал за этим представлением, давно не видев дочь настолько злой, смущённой и взбудораженной. В любом другом случае она бы просто хмыкнула, немного поязвила, после чего выкинула это из головы, а тут прямо подорвалась, как на мине. Её друг тоже… хорошо пошутил, практически по-родственному, без намерения оскорбить или унизить. Как человек, который её очень хорошо знает. Ещё и Шумуру ведь на это как-то подбил — последний неприступный бастион Мацудара корп. Осталось только жене похвалить Фудзивару, после чего его можно смело считать уже состоявшимся членом семьи.

— Нет, ты представляешь, и это он мне, той, на ком фактически держится весь его паршивый офис… — продолжала возмущаться Мива, держа в руках полупустой бокал с пивом.

Сидя на соседнем стуле, Арима с живым интересом слушала об очередных перипетиях в многосерийном сериале: «Жизнь в офисе Фудзивары, или фантастические твари и их странные вкусы». Как оказалось, наблюдать за всем этим со стороны довольно весело. Это вносило разнообразие в её жизнь. Вызывало неподдельные эмоции. Показывало изнутри жизнь на «муравьиной ферме». В компании Ясуки тоже наверняка происходило много чего интересного, но всегда оставалось за закрытыми дверьми. Никто из сотрудников не осмеливался посвящать свою грозную правительницу с замашками Червонной королевы из «Алиса в стране чудес» в то, как живут её подданные. Довольны ли они всем? Что едят? О чём мечтают? О чём шепчутся? Кто с кем встречается? Кто кому изменяет? У Арима не было времени смотреть дома сериалы, зато появилась возможность следить за чем-то очень похожим на них, подаваемым с изюминкой и на па́ру, причём в интерактивном режиме.

Ясука сама не заметила, как постепенно втянулась и начала сопереживать героям рассказов Мивы. Смеяться над их глупостью. Ругать за ошибки. Наблюдать за неуклюжими попытками разрешить очередной «грандиозный» кризис. Благодаря красноречивости темпераментной Мивы она уже запомнила всех её коллег по именам. Различала по характерам. Знала, о чём они мечтали и на что надеялись. Это для Ясуки стало своего рода невинным увлечением. Интересно же, что там новенького выкинули эти придурки, не имеющие к ней никакого отношения, но с которыми её близкая школьная подруга варилась в одном бурлящем котле. Именно они теперь полностью забивали голову Миве, не оставляя той времени на хандру и скуку. С одной стороны, Ариму это радовало, а с другой — печалило. Казалось, будто место Ясуки в жизни Мивы понемногу занимал кто-то другой.

Не услышав подробностей о тройном свидании Фудзивары, Ясука расстроилась. Ей чисто по-женски было любопытно, как он это провернул, чего добивался и с чем в итоге остался. Поэтому возмущение подруги она прекрасно понимала.

Когда история дошла до появления в офисе англичан, перестав улыбаться, Арима стала слушать намного внимательнее. Поставила бокал на стойку. Выпрямилась. Что называется, переключилась в рабочий режим.

— А это интересно, — задумчиво произнесла, глядя будто бы сквозь Миву.

— Да что там интересного. Три раздухарившихся пижона приехало. Пальцы веером. Нос до небес. Хотя самый молодой из них ничего, симпатичный. Я бы…

— Да-да. Ты бы… но потом, и не с ним, и не для того, — перебила нетерпеливая Арима. — Сколько они просидели в кабинете? А потом? Ага, позвали вашего адвоката.

Принявшись расспрашивать удивившуюся Миву, Арима принялась кивать, находя подтверждения своим предположениям.

— Говоришь, Фукуда вышла вся загруженная и воодушевлённая. Как интересно. Чуешь, чем пахнет?

Нахмурившаяся Мива принюхалась.

— От тебя или от меня? Если что, это не я.

Закрыв глаза, Арима убедила себя не тратить зря силы и не бить эту девчонку. Бесполезно.

— Деньгами, Мива. Большими деньгами.

— Да? И чем они пахнут?

— Овечьей шерстью, — подсказала Арима, многозначительно улыбнувшись.

Как-то странно на неё посмотрев, Мива притянула бокал подруги и принюхалась к нему. Арима пришлось повторять приём с самовнушением.

— Твою мать, Мива! Я психологам плачу за то, чтобы они наконец-то объяснили мне, почему я с тобой дружу. Дура чокнутая! Что ты пытаешься там найти? Шерсть? По запаху? Ты что, собака?

— Сама ты собака! И мать твоя — собака! И вся семья — собаки! — обиделась Мива, торопливо отодвинув бокал как можно дальше, будто не имея к нему отношения. — Я искала, нет ли там чего-нибудь покрепче пива.

Замерев, Арима посмотрела на подругу долгим, сочувствующим взглядом.

— Нам наливали из одного крана, при тебе же. Что ещё там могло оказаться? Всё, не беси меня.

— А то что? — воинственно насупилась Мива, никогда не пасовавшая перед драками.

— А то я позвоню твоему боссу и скажу, что ты сливаешь мне конфиденциальную информацию.

Побледнев, Мива тут же принялась извиняться, умоляя этого не делать. С недавних пор данный приём работал безотказно, ещё больше подогревая любопытство Арима. Как, чёрт возьми, у Фудзивары это получилось?

Проигнорировав двадцать третье сообщение от Мацудары Аямэ, и это только за сегодня, в назначенный день я отправился на переговоры с англичанами. С собой взял Фукуду и Бандо, проделавших огромную работу в предельно сжатые сроки. Из-за этого обе девушки выглядели довольно вялыми, бледными, с тёмными кругами под глазами. Учитывая сегодняшнее число, сочувственно глядя на их мрачные лица, окружающие думали, что я какой-то тиран, а потому старались держаться от нас подальше. А что делать? Чтобы добиться чего-то стоящего потом, напрягаться приходилось уже сейчас. Впрочем, тоже видя состояние своих подчинённых, я подумывал о том, как бы им за это отплатить. Пока в голову не приходило ничего, кроме мысли о премии.