— Ты действительно не хочешь показать свои последние эскизы?

— Нет, уверяю тебя! Возможно, позже… Потом она указала на кусок черной ткани, на котором я раскладывала детали выкройки:

— Сосредоточься, вместо того чтобы тратить время на споры! Через час нам надо идти на занятия, и, даже если тебе разрешат работать здесь вместо посещения творческой мастерской, у тебя еще дел выше крыши.

Шарлотта была права. Помимо всего прочего мне еще нужно умудриться написать сочинение к четвергу, а без планшета я больше не могу спокойно сочинять дома с Дидоном на коленях. Мало того что господин Деви предпочитал, чтобы работы ему сдавали в печатном виде, так мне еще нужно будет заново проделать работу над «Символикой цвета». Импровизировать на такую тему не получится. Возможно, Сиенна и Ами позволят мне воспользоваться компьютером, а если нет, мне оставалось только идти в интернет-кафе. Если я найду завтра свободное место, нужно будет зарезервировать его до тех пор, пока не удастся найти замену планшету — а кто знает, когда это произойдет. Навряд ли родители подарят мне другой планшет на Рождество!

Вечером площадь Гардения-сквер перед входом в студенческий городок сияла тысячей огней — все витрины украсили гирляндами к Рождеству. Красиво, но, по моему мнению, большинство студентов пересекали площадь, не обращая внимания на все это разноцветное мигание!

С рюкзаком, под завязку набитым книгами и папками, намотав шарф до самого носа, я устремилась в «Компьютерную мечту», одно из двух интернет-кафе. Оно оказалось переполнено, но мне повезло больше в «Кибер-коннект», расположенном напротив, рядом с моим любимым книжным «Книги О’Фила». Там как раз осталось одно место, в самой глубине зала. Когда я объяснила менеджеру при входе, что хочу зарезервировать место до конца триместра, надо мной только что не посмеялись. Здесь так не делается. Ладно, однако невозможность в любое время проверить почту немного раздражает; честно говоря, такая неопределенная перспектива меня беспокоила. Я устроилась перед экраном, на который мне указал менеджер. Мне, привыкшей работать с планшетом, он показался гигантским, а клавиатура оказалась просто огромной! Но уже через несколько секунд я забыла о том, где нахожусь и кто меня окружает, полностью сосредоточившись на работе.

Сначала проверим почту. Я получила около дюжины писем, большую часть прислали родители, два письма от Хлои и одно от… Питера Предателя. Ага, выходит, мой бывший меня не забыл? Я быстро ответила всем, кроме Питера, и, говоря «быстро», я не преувеличиваю. Счетчик крутится, я сюда не развлекаться пришла (ой-ой, уже прошло полчаса!). Я только-только создала документ, чтобы начать сочинение, как вдруг кто-то похлопал меня по плечу. Черт! Неужели нельзя оставить меня в покое?

Я обернулась… И мое сердце сделало мертвую петлю. Передо мной стоял улыбающийся Томас.

— Привет!

Глаза его сияли.

— Помнишь меня?

— Да, кажется, помню.

«Кажется»? Вот врушка.

— Ты здесь занимаешься? — спросил он.

— Ну, да, приходится. В субботу вечером во время вечеринки кто-то украл мой компьютер.

Он нахмурился.

— Гадость какая. Думаю, твой гаджет был не очень крупногабаритный? — добавил он, указывая на компьютер, за которым я сидела.

— Это был планшет.

— A. Легкая вещица. Кто?

— Что значит «кто»?

— Кто мог бы быть заинтересован в том, чтобы его стащить?

— Понятия не имею.

Мы молча смотрели друг на друга. Я почувствовала, что глупо краснею, а сердце стучит как сумасшедшее. За несколько секунд между нами пробежала та же искра, что и во время вечеринки, какая-то удивительная магия.

Магия? Стоп! Мы же не герои романа, это реальная жизнь, а в настоящей жизни никто никого не околдовывает! И, в любом случае, почему я должна поддаваться чарам Томаса Гринера? Нет, переформулирую: разве у меня есть время подпадать под чары Томаса Гринера? Меня ждет ненаписанное сочинение, нужно перечитать конспекты лекций, доделать коллекцию, да и вообще у меня столько дел, а времени — в обрез.

Я объяснила Томасу, что мне нужно заниматься и что мы с ним, возможно, еще увидимся позже. Несмотря на то что я временно зареклась интересоваться парнями, я дала Томасу свой номер телефона, как только он его попросил, а также тщательно записала его номер. После чего он мне сообщил, что мы все равно наверняка еще встретимся в этом кафе в ближайшие несколько дней: он собирается здесь заниматься, пока его собственный сломавшийся компьютер в ремонте. После чего отошел от меня и уселся перед экраном в нескольких метрах от меня. Должно быть, он уже сидел там, когда я пришла, а я его не заметила.

Пытаясь прогнать с лица широкую улыбку, я вернулась к работе над символикой цвета.

Весь следующий день я испытывала удивительный душевный подъем. Несомненно, главной причиной этого стала моя неожиданная встреча с Томасом. А еще я получила разрешение работать в мастерской шитья вместо занятий в творческой мастерской со Стивом и Евой. Они меня поздравили: я оказалась одной из немногих студентов первого курса, решившихся представить свою модель во время показа перед концом года! Когда они мне это сказали перед всем классом, я заметила, что некоторые мои товарищи смотрят на меня с завистью, и это меня беспокоило. Я бы предпочла участвовать в этой авантюре всем коллективом.

Ближе к вечеру вторника мое платье № 1 обрело форму благодаря помощи Кары и Кэтти: третьекурсницы выступили «единым фронтом», чтобы меня поддержать. Шарлотта же корпела над своими концепциями под руководством Стива и Евы.

Мы втроем кроили, сметывали и шили почти без остановки. Кроме меня в мастерской проходили практику две мои однокурсницы, трудолюбиво работавшие за швейными машинками. Остальные, незнакомые мне студенты, сновали туда-сюда, то подходя к манекенам, то возвращаясь за свои заваленные катушками ниток и цветными тканями столы. В этом светлом зале с огромными окнами с мелкими квадратами рам царило веселое оживление.

Тихо, чтобы не беспокоить соседей, мы с Карой и Кэтти обсуждали субботнюю вечеринку и кражу моего планшета. Обе третьекурсницы расспросили всех, кого приглашали.

— Все просто в шоке, — призналась мне Кара. — Но никто понятия не имеет, кто мог такое сделать.

— Если хочешь знать мое мнение, никто никогда и не поймет, кто это сделал, — сказала Кэтти. — Ух ты! Да ты просто на редкость одаренная! — добавила она, увидев, как я прикладываю красный пояс поверх основы из черного хлопка.

— Одаренная! Никогда так не говори!

Все взгляды обратились ко мне.

— Мне просто очень нравится моя будущая профессия, только и всего, — прошептала я.

— Все равно ты талантливая, — настаивала Кара. — Нечего изображать скромницу! Как правило, студенты создают коллекции только к третьему курсу. Я, например, буду делать шляпы. Хотелось бы сделать нечто большее, но…

— Вот кстати. Помнишь о Доне Лилло? — спросила я.

Кара уставилась на меня с удивленным видом:

— А что насчет Дона Аилло?

— Ты же сама мне говорила, что собираешься познакомить с ним Сиенну, что он будет ее фотографировать для презентации твоих шляп.

— Ой, и ты туда же? Сиенна мне в тот вечер так надоела с этой темой…

— Это же нормально? Ты мне сама говорила о Доне Лилло, а я просто передала твои слова Сиенне. Зачем мне такое выдумывать?

Не отвечая, Кара посмотрела на меня в упор, в ее глазах читался вызов.

— Сиенна, безусловно, прыгала бы от счастья, если бы ее фотографировал какой-то знаменитый специалист, — добавила она. — В настоящее время над ее портфолио трудится Райан, ее парень, и даже если он хорошо справляется с этой задачей, он не…

— …Дон Лилло, — закончила Кэтти.

Она насмешливо взглянула на Кару.

— Когда ты уже перестанешь выдавать желаемое за действительное?.. Она немного выдумщица, — прошептала она, обращаясь ко мне.