Геттисберг

Вслед за победами, оставлявшими ощущение неполноты, незавершенности, пришли и настоящие, решительные победы. Три из них, последовавшие в течение пяти месяцев 1863 г. — геттисбергское сражение (1—3 июля), взятие Виксберга и переход всего течения реки Миссисипи в руки северян (4 июля) и чаттанугское сражение (23—25 ноября), — обозначили окончательный перелом в войне в пользу Севера.

Мы расстались с генералом Бэрнсайдом в момент, когда он, вопреки предостережению Линкольна, продолжал готовить наступление на армию Ли, хотя погодные и стратегические условия исключали успех такой акции. 20 января Бэрнсайд начал марш, получивший печальную известность как «марш по грязи» — так назвали его солдаты, вынужденные идти по раскисшим дорогам, а точнее — просто по берегу Раппаханнока, с трудом вытаскивая ноги из грязи. Уже к вечеру 21 января началась сильнейшая пурга, и дальнейшее продолжение «операции» стало невозможным. Но упрямый Бэрнсайд, остановив войска у так называемого «брода США», приказал готовиться к переправе. Укрепившиеся на другом берегу реки мятежники с издевкой предлагали северянам свою помощь в наведении мостов.

В это время среди офицеров Бэрнсайда вспыхнул настоящий бунт: они наотрез отказались продолжать бессмысленное наступление и наводить переправы под прицелом орудий противника. Никто не хотел повторения Фредериксберга. Генерал У. Франклин, например, заявил, что почти все его солдаты набраны в штате Нью-Джерси, который всегда голосовал за демократов, поэтому они не только не сдвинутся с места, но и в любой момент могут выйти из армии Бэрнсайда и вообще из войны. Командующий выставил Франклина из комнаты, где проходило совещание, но возражать стали генералы Самнер и Хукер. Тогда Бэрнсайд прогнал всех, выкрикнув на прощание, что на рассвете 22 января (т.е. на следующий день) он приказывает начать атаку.

Но она так и не началась. Хукер сразу же после этого «совещания» направил в столицу надежного офицера, поручив ему пробиться к Линкольну и обо всем рассказать ему лично. Узнав об этом, Бэрнсайд отправился вдогонку, по посланец Хукера успел попасть к президенту раньше. А когда следом к Линкольну явился Бэрнсайд, он не смог дать президенту вразумительного объяснения, почему нарушил его приказ. Вместо этого Бэрнсайд вручил Линкольну свои приказы о смещении Лукера, Франклина и еще нескольких генералов. Президент отказался утвердить это. Тогда Бэрнсайд вернулся к армии и послал в столицу письмо-ультиматум: или его приказы будут утверждены, или он сам подаст в отставку! По наивности генерал полагал, что заменить его будет некем. Линкольн думал иначе: он сместил Бэрнсайда с поста командующего Потомакской армией, поставив на его место «уволенного» Хукера. Но и Бэрнсайда президент в отставку не отпустил; он отправил его на прежний пост, в 9-й корпус, которым генерал командовал менее трех месяцев назад. Во избежание дальнейших конфликтов Хэллек изъял этот корпус из Потомакской армии вместе с вернувшимся в него командиром и направил на другой участок.

Линкольн, извещая Хукера о назначении командующим, направил генералу письмо-наставление, давая ряд советов и предостерегая от повторения ошибок его предшественников, в частности от поспешности[6]. Но ни этим, ни другими советами президента Хукер не пожелал воспользоваться. Именно поспешность и опрометчивость определяли его действия и раньше, и на новом посту. Именно они, а не здравый смысл руководили Хукером в его первом (и, к счастью, единственном на столь высоком посту) сражении, состоявшемся 1—4 мая близ местечка Чэнслорсвилла, в самом центре так называемой Глуши. Этот маленький район Виргинии состоял из густых, почти непроходимых зарослей, скорее напоминавших африканские или южноамериканские джунгли, чем плотно заселенную Виргинию. Битва шла с переменным успехом, обе стороны проявили упорство в бою, изобретательность в маневрировании, причем Хукер в последнем даже переусердствовал: всякий раз, когда обозначался успех северян, он не развивал его, а лишь суматошно перебрасывал войска с места на место, ища слабое звено в обороне противника, но так и не найдя его. Ли, как правило, таких ошибок не прощал. Он бросил в обход правого фланга Хукера 26-тысячную группу Джэксона Каменная Стена, который нанес северянам страшный удар, обратив в бегство несколько дивизий. К вечеру 2 мая натиск с огромным трудом удалось отбить, но силы северян были на исходе, и все шло к тому, что на следующий день мятежники разгромят Хукера. В значительной мере Потомакскую армию спас случай. Ночью Джэксон решил лично объехать позиции и выбрать наиболее удобные места для утренней атаки. В кромешной мгле (была безлунная ночь, да в густых зарослях Глуши и днем-то разглядеть что-либо было непросто) пехотинцы 33-го полка из Северной Каролины приняли Джэксона и сопровождавших его офицеров за лазутчиков северян и дали по ним несколько залпов. Двое из свиты генерала были сражены наповал, а сам он получил три ранения, причем одна пуля раздробила кости левой руки. Джэксона тут же доставили в полевой госпиталь, где отняли руку, но у генерала началось заражение крови, потом пневмония и, промучавпшсь в бреду неделю, он скончался. Никогда не страдавший сентиментальностью Ли сказал, узнав о ранении Джэксона: «Он потерял левую руку, а я лишился правой руки»[7]. Перед смертью то ли в бреду, то ли ненадолго придя в себя, Каменная Стена произнес удивившие всех слова: «Нет-нет, давайте перейдем через реку и отдохнем в тени деревьев»[8]. Как вы уже догадались, именно эти слова навеяли Хемингуэю название одного из его лучших романов.

Трудно сказать, была ли потеря Джэксона решающей для исхода сражения. Во всяком случае, его корпус был совершенно деморализован фатальным ранением любимого генерала. Открывших по нему огонь солдат (из-за темноты так и не удалось выяснить, кто же именно попал в Джэксона, тем более что он был ранен тремя пулями сразу) немедленно отправили в тыл, опасаясь за их жизни и, по противоречивым сведениям, вскоре их не то все-таки убили, не то они покончили с собой.

Получил при Чэнслорсвилле ранение и Хукер, хотя не столь серьезное. Утром 3 мая, когда он стоял под портиком своей штаб-квартиры, пролетавший мимо снаряд врезался в деревянную колонну, и ее обломки обрушились на генерала, довольно чувствительно контузив его. В это время у северян уже обозначился явный успех, но Хукер, отбывая в госпиталь и временно передав командование генералу Д. Коучу, приказал ему «отвести армию и разместить ее на позиции, обозначенной на этой карте»[9]. А на карте, размеченной Хукером накануне вечером, после сокрушительной атаки Джэксона, были указаны позиции в нескольких милях от места боя. Так вновь, как и в сражении при Энтайэтеме, победа, бывшая столь близко, оказалась упущенной. Пунктуальный Коуч выполнил последний приказ Хукера: северяне отступили, в спешке оставив у чэнслорсвиллского перекрестка 14 орудии и 20 тыс. винтовок. Они потеряли в этом трехдневном сражении (4 мая были лишь незначительные перестрелки) 17278 человек, а мятежники—12821[10].

Принимая во внимание «героическое» ранение Хукера, Линкольн не стал взыскивать с него за странное завершение сражения при Чэнслорсвилле. Возможно, в дальнейшем Хукер порадовал бы Север чем-нибудь более дельным, но инициативу в свои руки решил взять генерал Ли. Убедив руководство Конфедерация в необходимости нового похода на Север, он 15 июня начал переправлять свою армию через Потомак, на этот раз двинувшись в Пенсильванию. Генерал основательно подготовил к походу армию Северной Виргинии: к июню 1863 г. в ней насчитывалось более 88 тыс. человек при 272 орудиях. Одна только переправа ее через Потомак заняла 12 дней (здесь отчасти сыграло роль и то, что Ли стремился двигаться как можно незаметнее).

вернуться

6

Lincoln A. The Collected Works: Vol. 1—8 / Ed. by R. Easier. New Brunswick, 1953. Vol. 6. P. 458.

вернуться

7

The Blue and the Gray. The Story of the Civil War as Told by Participants: Vol. 1—2 / Ed. by H. S. Commager. N. Y., 1950. Vol. 1. P. 263.

вернуться

8

Battles and Leaders of the Civil War: Vol. 1—3 / Ed. by R. Johnson, C. Buel. N. Y., 1887—1888. Vol. 3. P. 214. (Далее: BL).

вернуться

9

Ibid. P. 170.

вернуться

10

Boatner M. M. Op. cit. P. 140.