Она недалека от истины. Мне нравится Кэш, но он действительно часто ворчит.

Впрочем, с тех пор как они с Молли стали парой, Кэш стал почти приятным в общении, ну, насколько это вообще возможно для Кэша.

Видите? Вот он – результат потрясающего секса! И возможно, любви тоже, но не стоит ставить телегу впереди лошади.

Мне нужен реальный, а не выдуманный секс, как бы грубо это ни звучало. Пора воспользоваться тем, что я нахожусь в такой близости от множества потрясающих парней с огромными руками и еще более огромными… сердцами. Время моего пребывания в Техасе не бесконечно, а значит, пора брать быка за рога.

Моих ног сзади касается поток прохладного воздуха. Я оборачиваюсь и вижу, как в бар уверенным шагом заходит широкоплечий мужчина в ковбойской шляпе и полосатой рубашке на пуговицах.

Сердце невольно замирает. Это Бек Уоллес, тренер лошадей, который работает на своем семейном ранчо примерно в двадцати милях отсюда. Он невероятно красив. Пусть мужчина и уступает в росте парням из семьи Риверс, но его загорелая кожа, атлетичное телосложение и шляпа Stetson создают неотразимое впечатление. Густые темные волосы и небрежно подстриженная борода с усами лишь подчеркивают его обаяние.

Когда он одаривает меня улыбкой, я чувствую, будто под кожей вспыхивают искры.

И одновременно замечаю, что уже погружаюсь в водоворот мыслей. Стоит ли изображать из себя недотрогу или лучше смело подойти и начать разговор? Привлечет ли его девушка, излучающая уверенность? Или ему по душе та, за кем придется поохотиться?

Эти вопросы, вкупе с неудержимым желанием произвести безупречное впечатление, наполняют сердце тревогой. Мы еще не обменялись и парой слов, а я уже его боюсь. Уже чувствую себя… побежденной и отчасти опустошенной.

Молли притягивает меня ближе:

– Просите, и дано вам будет![4] Пойдем, давай поздороваемся.

Не успеваю я и слова вставить, как она уже увлекает меня к Беку.

Хоть мы с ним росли в одних кругах, но, поскольку ранчо его семьи находится в другом городе, мы не ходили в одну школу. Наше официальное знакомство состоялось лишь около месяца назад, когда Бек доставлял лошадь на ранчо «Лаки Ривер», купленную Кэшем. В тот же миг я немного прониклась к нему симпатией.

Бек – обаятельный парень. К тому же настоящий профи в своем деле. Осмотрев лошадь, я убедилась, что Бек и его семья занимаются разведением одних из самых лучших лошадей породы квотерхорс по эту сторону Скалистых гор.

Нет причин волноваться перед встречей с ним. Впрочем, я нервничаю в компании любых парней. Кроме Уайетта, разумеется, – но он не в счет. Думаю, я глубоко усвоила одну мысль: поскольку Уайетт намного привлекательнее и круче меня, у меня нет ни единого шанса привлечь его внимание. А значит, я могу вести себя непринужденно рядом с ним. В его присутствии я не испытываю ни намека на внутреннюю скованность. И не анализирую каждое свое действие, как сейчас.

Немаловажно и то, что мы с Уайеттом выросли вместе. Между нами установилась особая душевная близость, чувство товарищества, и я надеюсь, что оно останется с нами навсегда.

Мне удается изобразить улыбку, когда Бек протягивает руку, очевидно, приглашая меня в объятия.

– Привет, милая! Как у тебя дела?

Миллион мыслей проносится в моей голове, пока я утопаю в его зеленых глазах. Что именно произошло между Уайеттом и той блондинкой? Прижаться ли к груди Бека? А вдруг у меня слишком большие сиськи? Но, кажется, ему по душе мои формы. А какому парню не нравится такой размер? Однако я не желаю подать ему ложный сигнал. Хотя, постойте, на самом-то деле я как раз хочу подать ему этот сигнал! Разве не за этим я сюда пришла? Я не могу вечно оставаться «хорошей девочкой», ведь хороших девочек не укладывают в постель после первой встречи. Но если я не буду играть роль хорошей девочки, захочет ли он увидеть меня снова?

Молли выжидающе смотрит на меня.

– Привет. – Кожа на затылке покалывает от нахлынувшего жара, пока я изо всех сил стараюсь скопировать плавные, непринужденные и кокетливые объятия той блондинки. Сделав шаг вперед, приподнимаюсь на цыпочки, и Бек моментально отшатывается.

– Ой.

Опускаю глаза и с ужасом осознаю, что наступила ему на ноги. Причем на обе сразу.

Черт возьми – великолепное начало.

Мое лицо пылает, когда я отпрыгиваю в сторону.

– О боже, мне так жаль…

– Да не переживай. Если ботинки после «Гремучника» не поцарапаны, получается, ты здесь не повеселился как следует.

– Аминь, – подхватывает Молли и бросает на меня многозначительный взгляд. – Надеюсь, это значит, что мы увидим тебя на танцполе, Бек? Сегодня Салли взяла перерыв от роли главной звезды. – Она кивает в сторону пустой сцены на другом конце бара.

Моя мама – барабанщица в «Фриски Виски», местной группе, которая играет здесь каждый вечер по пятницам. Когда я приезжаю в город, то частенько помогаю им в качестве бэк-вокалистки и скрипачки.

– Едва ли я звезда, – отвечаю я.

– Я видел тебя на сцене и знаю, как ты отдаешься делу. Ты великолепна. – Бек по-прежнему улыбается мне – хороший знак. – У меня нет ни малейших музыкальных способностей, поэтому я восхищаюсь теми, кто умеет петь или виртуозно играть на инструменте.

Я сглатываю, «спасибо» уже готово сорваться с языка, но внезапно тахини застревает в горле. Дыхание перехватывает, глаза тут же наполняются слезами, и я поспешно делаю очередной глоток текилы, изо всех сил стараясь сдержать кашель.

Тщетно. Из груди вырывается громкий кашель, вынуждая даже Уайетта оторваться от своего трио – или, наверное, их уже можно назвать квартетом, если считать его самого. Он хмурит брови и беззвучно спрашивает: «Ты в порядке?»

Я поднимаю большой палец вверх.

– Все хорошо. Просто не в то горло попало.

– С тобой точно все нормально? – Брови Бека сходятся на переносице. – Я принесу воды, если нужно.

Я качаю головой.

– Вода – это последнее, что мне сейчас нужно.

– Уверена?

– Да. – Я допиваю остатки «Маргариты», размышляя, а в какой момент общение с мужчинами из веселья превратилось в нечто совершенно противоположное. – Я совсем расклеилась, так что мне требуется что-то покрепче. Ну чтобы…

– Немного расслабиться? – Молли бросает на меня взгляд, и застывшее в нем сочувствие вызывает у меня желание провалиться сквозь землю.

– Да, именно это я и имела в виду. День выдался долгим. То есть у всех нас бывают такие дни, разве нет? Здесь дни всегда долго тянутся. И они бывают изматывающими. Не то чтобы я против чего-то долгого и изматывающего. Я просто… ой. О боже, это… прозвучало совсем не так, как я думала. Я всего лишь хотела сказать, что иногда какие-то вещи мне нравятся именно потому, что они долгие и изматывающие…

– Давай-ка лучше возьмем тебе еще «Маргариты». – Молли увлекает меня в сторону бара и, обернувшись, улыбается Беку. – Мы сейчас вернемся.

По левую руку от меня сидят две девушки, по правую – еще одна. На них приятно смотреть, а болтать – одно удовольствие, однако мое внимание приковано лишь к той, что находится по другую сторону барной стойки. И выглядит она так, будто ее сейчас стошнит.

Бар «Гремучник» выстроен в форме подковы, и мое привычное место у задней стены предоставляет мне отличный обзор противоположной стороны барной стойки. Именно там находится Салли: она поддерживает голову рукой и часто моргает, в то время как ее щеки пылают ярким румянцем.

Желудок скручивается в узел. Проклятье, она расстроена? Почему? Что там произошло с Беком Уоллесом?