— Но… вы не понимаете, договор подписан, это законно…

— Законно? — он перебил меня с такой уверенной властностью, что я вздрогнула. — Ты не можешь выйти ни за кого замуж, раз на тебе наши метки, Эльга. Ты пара дракона. Двух драконов. И этот закон древнее и весомее всех человеческих условностей. Ни один суд, ни один император не станет оспаривать право дракона на его истинную пару. А тот, кто посмел на нее претендовать, подписал себе приговор. Имя!

Это было слишком огромно, слишком невероятно, чтобы осмыслить вот так сразу. И его слова, его тон, взгляд, сам он пугали меня. Гораздо сильнее теперь, чем лорд Храминг. От него я хотя бы могла бы скрыться.

А вот смогу ли я так легко сбежать теперь от дракона? Боги во что вы меня впутали? Слезы потекли по лицу быстрее.

— Я ведь не знала… — отчаянно пролепетала я. — Я ничего не знала про эти законы, про метки… Я не хотела… Я просто хотела найти принца и спастись… Кольца… я верну вам кольца, только они… исчезли. Впитались, а потом и узоры пропали… Я не знаю, что происходит!

Я невольно сорвалась на крик, истерика, которую я сдерживала все эти дни, прорвалась наружу. Я плакала, трясясь всем телом, больше не в силах держать оборону.

И тут произошло нечто странное. Гнев в глазах Аврона сменился на мгновение растерянностью, а затем... Он отступил на шаг, его кулаки разжались. Он посмотрел на меня маленькую, испуганную, рыдающую человеческую девушку, и, кажется, его драконья ярость столкнулась с чем-то, с чем он не знал, как бороться.

— Эльга, не плачь, — его руки снова поднялись, замерли в воздухе, и наконец, с непривычной осторожностью, легли мне на плечи, а потом обняли.

Жест был до странного неловким, как будто для него это было внове и непривычно.

— Не плачь, малышка…— хрипло шепнул он у моего виска. — Успокойся. Никто не угрожает тебе. Наоборот. Ты в безопасности. Теперь. Мы так долго искали тебя, что дракон теряет контроль.

Я неосознанно прижалась к его груди, уткнулась лицом в дорогую ткань его камзола и позволила рыданиям вырваться наружу. Что-то во мне, зажатое и перепуганное, дрогнуло и потянулось к этой твердой, надежной опоре. Аврон замер на мгновение, потом его рука тяжело легла мне на голову и принялась гладить волосы, сбивая строгий ученический узел.

Я не знала, сколько времени проревела у него на плече. Но когда рыдания наконец сменились тихими всхлипами, он осторожно отстранил меня, достал из бокового стола ректора графин с водой и налил в стакан.

— Пей, — приказал он, но уже без прежней резкости, сунув стакан мне в руки.

Я послушно сделала несколько глотков. Холодная вода прочистила горло и немного прояснила голову. Аврон внимательно наблюдал за мной, а я осторожно посматривала на него. Его ярость вроде утихла, и мне полегчало.

— Теперь садись, — указал он на глубокое кресло у камина. — И начинай сначала. Подробно. Кто твой жених? Когда был подписан договор? И что это за браслет? — он сел напротив, его бирюзовые глаза снова застыли на мне, но теперь они не пугали меня.

Скорее дарили странную надежду, что все может еще закончиться хорошо.

И я начала говорить. Сбивчиво, путаясь, но уже без утайки. Про Храминга. Про его договор с родителями, его состояние, его юридическую контору. Про его требование забрать мой дар в брачную ночь. Про браслет, про угрозы, даже про тот ужасный вечер в библиотеке и парализующие чары. Я рассказала все.

Аврон слушал, не перебивая. Его лицо стало по-настоящему каменным, и я видела, как напрягается его челюсть, как темнеют его глаза, когда я описывала брачную ночь по версии Храминга.

— Значит, Храминг, — наконец, произнес он, когда я закончила. — Лорд Храминг. Я знаю этого… стервятника. Коллекционер редких магических артефактов. И, как выходит, еще и даров.

Дракон встал и задумчиво прошелся по кабинету.

— Его юридическая ловкость известна. Но на этот раз он перешел черту, которую не должен был переступать. Я разберусь, Эльга. Не бойся

Аврон снова посмотрел на меня долгим взглядом, но сейчас он стал значительно мягче.

— Собирайся. Приводи себя в порядок, — распорядился он, подошел к умывальнику в углу кабинета, намочил чистый платок и протянул мне. — Умой лицо. Нельзя выходить отсюда в таком виде.

Я послушно вытерла слезы и попыталась поправить волосы. Руки все еще дрожали.

— Куда? — спросила я тихо, когда он открыл дверь, давая понять, что пора выходить.

— Поедем ко мне и снимем этот проклятый браслет, — отрывисто бросил он в ответ, уже выходя в коридор.

Я, не раздумывая, последовала за ним. Да я на что угодно была готова, лишь бы избавиться от этого проклятого украшения!

Аврон властно взял меня за руку и повел быстрым, уверенным шагом по знакомым коридорам академии, мимо удивленных студентов и преподавателей. Они оглядывались, потом начинали шептаться.

Как же смущающе это должно быть выглядело со стороны. Моя узкая ладонь зажата в огромном кулаке канцлера. А сам он выглядит так, словно это вполне естественно и правильно.

И, конечно, никто не осмелился остановить дракона или задать ему какой-то вопрос. Мы так и пролетели всю академию до самого центрального входа.

Там уже ждала его карета, неброская, но безупречная, с темным лаком и гербом Регранов. Аврон помог мне войти, сам сел напротив, и карета тронулась.

Я сидела, сжав руки на коленях, украдкой наблюдая за ним. Канцлер смотрел в окно, его профиль был напряжен, пальцы барабанили по обивке. Казалось, его мысли уже опережали нас, строя планы, просчитывая ходы.

Я не осмелилась тревожить его сейчас своими вопросами.

Мы въехали во дворец через малые ворота, минуя парадные подъезды. Аврон провел меня по служебным переходам, знакомым мне по тому самому ночному побегу. Каждый поворот, каждый магический светильник на стене вызывал в памяти смущающие образы.

Когда мы оказались в его кабинете воспоминания хлынули с новой силой. Нет, я здесь еще не была. Но запах, общая атмосфера и то, что я снова оказалась с ним наедине в похожем интерьере…

Все это вызывало в памяти знакомые пугающие ощущения. Тело очень хорошо помнило жар его кожи, твердость его рук, запах его волос. Я покраснела и опустила глаза, чувствуя, как горят щеки.

Аврон, похоже, ничего не заметил или сделал вид. Он указал мне на глубокое кресло у камина.

— Садись, Эльга. Придется немного подождать.

Затем подошел к письменному столу, нажал на какую-то скрытую кнопку в ящике, и почти мгновенно в дверь постучали.

— Войди, — сказал Аврон.

Дверь открылась, и вошел по виду его помощник — молодой человек с умными глазами и аккуратно подстриженными усами.

— Найди мне Вектора. Сейчас же. — Аврон не стал более ничего объяснять. — И пусть захватит свой полный набор инструментов.

Помощник кивнул, даже не взглянув в мою сторону, и бесшумно удалился. Аврон повернулся ко мне.

— Не голодна? Воды хочешь? — спросил он с непривычной мне еще серьезной заботой.

Я отрицательно покачала головой. От волнения в горле стоял ком, и есть я точно не смогла бы. Но пить хотелось мучительно.

— Воды, пожалуйста.

Дракон подошел к резному дубовому шкафу, достал чистый стакан и налил из хрустального графина. Я взяла стакан трясущимися руками и сделала несколько жадных глотков, чувствуя, как влага приносит облегчение.

Не прошло и десяти минут, как в дверь снова постучали — на этот раз более уверенно и твердо.

Вошедший мужчина был средних лет, сутуловатый, в дорогой и строгой темной одежде. Его глаза, однако, были острыми и живыми, как у хищной птицы. Он бегло поклонился Аврону, и его взгляд тут же прилип к моей руке с браслетом.

— Проблема? — спросил он с живым профессиональным любопытством.

— Сними это. Без вреда, — отдал короткий приказ Аврон.

Вектор сразу же подошел и взял мою руку без всяких церемоний. Он аккуратно повертел браслет на свету, прищурился, пробормотал что-то себе под нос на языке, полном непонятных магических терминов и ругательств.