Утром, пока войска завтракали, через парламентеров блокированным испанцам предложили сдаться. После часового размышления, испанцы отказались. Как после штурма рассказали немногие взятые в плен, вице-король склонялся к сдаче, однако, архиепископ Новой Испании Диего Лейва, резко выступил против, с пеной у рта угрожая отлучить от церкви и предать анафеме всех, кто сдастся отродьям дьявола в человеческом облике. Религиозный фанатизм взял верх над инстинктом самосохранения и реализмом.
Сокольский приказал все три наличных трехдюймовки и два пушечных броневика с сорокапятками расставить напротив четырех стен дворца. Пушки начали долбить фугасами стены. Минометы вели беспокоящий огонь по внутренним дворам дворца, не давая противнику свободно перебрасывать силы внутри крепости. После десятка выстрелов стены рухнули, в проломы полетели гранаты. Не успели отгреметь многочисленные разрывы, как во дворец ворвались туземные воины. Подгонять их не пришлось, наоборот, пришлось сдерживать. Все туземцы — мексиканцы горели желанием поквитаться с главными испанскими начальниками за десятилетия бед и унижений своих народов. Через полчаса все было кончено. В плен взяли всего четверых испанцев и троих тласкаланов — все рядовые бойцы. Начальников в золоченых доспехах и парчовых сутанах индейцы резали с особой свирепостью.
Во дворце обнаружили огромное количество слитков серебра, как потом выяснили — 540 тонн, все, что испанцы собрали за два с лишним года. Однако, золота во дворце не оказалось. Только через год, с помощью местных ацтеков, удалось найти 7 тонн золота, спрятанного испанцами в сельской местности.
Военная часть операции "Мексика" была успешно завершена.
7. Мексиканская автономная республика.
Торжественный парад войск Республики и племенных ополчений был назначен на День международной солидарности трудящихся — 1 мая. За неделю, прошедшую после штурма, город мало-мальски привели в порядок: потушили пожары, захоронили убитых, растащили немногих выживших раненых по частным домам, расчистили завалы на главных улицах.
Народный комиссар иностранных дел, трибун Республики Самуил Исакович Зильберман стоял во весь рост, придерживаясь левой рукой за зеленый броневой борт, в бронетранспортере, медленно двигавшемся по главной улице бывшей столицы империи ацтеков Теночтитлана, теперь уже бывшей столице Новой Испании Мехико, выступая по грудь сверх бронированных бортов, и приветственно помахивал поднятой вверх правой рукой.
Тропическое солнце палило нещадно. Отражаясь от сверкающих золоченого доспеха и шлема, в которые был облачен нарком, солнечные лучи били по глазам выстроившимся вдоль улицы толпам народа науа.
Охрана не теряла бдительность. Справа от водителя приник к лобовому пулемету воин аравак. Вдоль бортов присели еще семеро бойцов, выставив поверх бортов стволы автоматов, внимательно вглядываясь в толпу.
По обеим сторонам дороги выстроились цепочкой воины из племенных ополчений, не давая толпе высыпать на дорогу.
Во главе колонны шли строевым шагом в колоннах по пятеро четыре гвардейских роты, все бойцы в начищенных сверкающих доспехах с оружием в руках. За ними — пушечный броневик, следом — бронетранспортер наркома. Со следующего бронетранспортера народ приветствовал поднятой правой рукой Главнокомандующий сухопутных войск Республики, генерал и трибун Андрей Васильевич Сокольский, тоже в золоченом доспехе.
С фургона — грузовика, на котором была смонтирована мощная звукоусилительная установка, через репродукторы, оглушая толпу, гремели поочередно "Интернационал", "Варшавянка", "По долинам и по взгорьям". Замыкал колонну бронетехники еще один пушечный бронеавтомобиль.
За бронетехникой в пешем строю стройными рядами маршировали еще четыре сводных роты стрелков и артиллеристов. Далее живописными группами нестройно следовали 26 верховных вождей вассальных племен со своими свитами, охраной и племенными отрядами. Ходить строевым шагом местные не умели совсем. Зато, все воины блистали пестрой боевой раскраской и пышными перьями в прическах. Причем у каждого племени раскраска и перья были своими. Для участия в параде вождям разрешили выставить по сотне воинов. Все остальные местные ополченцы стояли в оцеплении.
Собравшийся народ восторженно вопил, размахивал руками и подпрыгивал. Несмотря на несколько штурмов и пять страшных эпидемий, постигших город за последние двадцать лет, в нем все еще оставалось около сорока тысяч жителей. Избавление от ига испанцев и примкнувших к ним тласкаланов ацтеки — науа восприняли с восторгом. Все же, произошедшее два десятка лет назад превращение из господствующего имперского народа в угнетенных рабов оставило незаживающую рану в сознании всех науа. Да и дошедшие до них слухи о новых пришельцах, благосклонных к индейцам, громящих испанцев с помощью великих богов Кетцалькоатля и Уитцлипочтли и нового бога — Коммунизма, весьма способствовали восторженному приему народом новых завоевателей.
Длинная колонна начала втягиваться на площадь. Подразделения гвардии и племенные отряды, повинуясь командам регулировщиков, занимали заранее назначенные и соответственно размеченные места на площади.
Руководство Республики со свитой по крутой центральной лестнице поднялось на верхнюю площадку самого высокого здания города — пирамиды Солнца. Подъем в доспехах по высоким ступеням под палящим тропическим солнцем стал нелегким испытанием для трибунов. Грузовик с громкоговорящей установкой занял место у основания лестницы. Связисты быстро пробросили кабель на верхнюю площадку пирамиды и установили там микрофоны.
На первой ступени пирамиды заняли свои места вожди вассальных племен с приближенными. Над ними, на второй ступени выстроилась охрана из гвардейцев. Третью ступень заняли мартийцы, командированные Совнаркомом в администрацию Мексики.
У подножия пирамиды в первой линии от края до края площади выстроились четкие прямоугольники гвардейских рот. Во второй и третьей линиях нестройными кучками стояли сотни племенных ополчений. По краям площади за туземным оцеплением шумел местный народ. Между первой и второй линиями оставалось совершенно пустая полоса шириной полста метров, по периметру которой редкой цепью выстроились гвардейцы оцепления. Зачем нужна эта пустая полоса, местные не знали, даже их вожди.
Наконец вся колонна втянулась на площадь, и все отряды заняли свои места. По знаку Сокольского стоявшие по бокам пирамиды трехдюймовки трижды грохнули холостым залпом. Гвалт над площадью сразу затих. Громкоговорители снова заревели Интернационалом. Наконец стих и он.
С верхней площадки пирамиды Солнца вся площадь, да и весь город до самой стены просматривались отлично. Самуил Исакович, подошел к микрофону и пощелкал по нему пальцем. Щелчки гулко раздались над площадью. Затем из громкоговорителей мощностью в 300 ватт загремел голос трибуна Республики Зильбермана, поприветствовавшего войска и собравшийся народ. Его слова повторили переводчики, сначала на языке науа, а затем на испанском. По крайней мере, вожди племен владели тем или другим языком. Речь Зильбермана была составлена заранее и четко выверена.
Нарком поздравил народы Мексики с избавлением от испанского ига. Затем провозгласил создание Мексиканской автономной народной республики. Мексиканская республика объявлялась самоуправляемым государством, вассальным Республике Камчатка. Все вожди об этом были проинформированы уже давно. Они получили на руки краткие своды законов Республики Камчатка и проект государственного устройства Мексиканского государства.
Затем Зильберман объявил о запрещении рабства и работорговли на всей территории Мексики. Провозгласил о запрещении любых войн между племенами, о запрещении человеческих жертвоприношений и о свободе вероисповедания. О введении в действие на всей территории Мексики законов Республики. Государственными языками провозгласил русский, науа и испанский.