Алек втянул воздух, затем выдохнул череду тихих проклятий, перемежающихся стонами.

‒ Чувствуешь себя хорошо? ‒ спросил Лакхлан, наклоняясь и целуя блестящее от пота плечо другого мужчины.

‒ Да, ‒ проворчал Алек, начиная двигаться синхронно с толчками Лакхлана. ‒ Ещё.

Лакхлан усмехнулся и поднял голову, чтобы улыбнуться мне через плечо Алека.

‒ Немногословный парень. Это впервые.

‒ Отвали, ‒ сказал Алек, но в этом не было тепла. Он снова застонал, когда Лакхлан вошёл глубже. ‒ О, да… Чёрт, так хорошо. Ах, чувак, продолжай.

Лакхлан схватил Алека за бёдра и вошёл в ритм, раскачиваясь вперёд уверенными, устойчивыми толчками. Каждое движение, каждый всплеск толкал член Алека глубже внутрь меня, как будто Лакхлан занимался любовью с нами обоими. Зажатой под их телами, было почти невозможно пошевелиться, что оставляло меня беспомощной делать многое, кроме как лежать и принимать каждый толчок по мере его поступления, широко расставив ноги и подпрыгивая грудью. Воздух наполнился нашими совместными стонами, шлепками плоти о плоть и влажными звуками моего влажного лона. Это было порочно, запретно и совершенно невероятно.

Алек приподнялся на локтях и завладел моим ртом, его язык переплёлся с моим. Новая поза усилила его толчки, и внезапно его член попал в точку внутри меня, которая заставила спираль моего желания разорваться на части. Мой крик экстаза вырвался у него изо рта, когда мой оргазм охватил меня жгучей хваткой и не отпускал. Удовольствие продолжало накатывать, каждая волна была мощнее предыдущей.

Движения Лакхлана становились всё быстрее и яростнее. Он сжал бедро Алека и сделал последний толчок.

‒ Кончаю… Кончаю так сильно в эту тугую задницу.

В тот же миг Алек хрипло вскрикнул, уткнулся лицом мне в шею и разрядился глубоко внутри меня. Мы кончили вместе, все трое, задыхаясь и дрожа.

И мы спустились вместе, рухнув обратно на кровать тёплой, сытой кучей.

В течение следующих нескольких минут единственными звуками были наши хриплые вздохи, когда мы лежали в клубке конечностей и простыней. Парни, казалось, поняли, что раздавливают меня, потому что они вырвались и развернули нас так, чтобы я легла между ними. Лакхлан растянулся на боку, подложив одну руку под голову, а мой зад прижался к его бёдрам. Алек повернулся ко мне и обнял меня за талию, его рука покоилась на животе Лакхлана. Когда мой пульс пришёл в норму, меня захлестнула волна усталости. Я позволила своим глазам закрыться, окутанная их большими, тёплыми телами.

Очень тёплыми телами.

Драконьими.

Вопросы сформировались в моём мозгу, а затем исчезли, как струйки дыма. Были вещи, о которых мне нужно было спросить, но волны летаргии продолжали накатывать, каждая из которых всё глубже погружала меня в глубины сна.

«И, может быть, ‒ подумала я, когда сгустилась тьма, ‒ может быть, это был просто ещё один сон».

Может быть, я проснусь утром и обнаружу, что драконы все-таки не настоящие.

Хлоя

Когда я проснулась, кровать была пуста. Солнечный свет струился через окно, и столб чёрного дыма дрожал в воздухе.

Хорошо. Значит, прошлая ночь не была сном.

Кроме того, драконы? Очень реальны.

Когда я села и натянула простыню на грудь, дым превратился в Алека. Его волосы были мокрыми, и на лице не было ничего, кроме довольной улыбки.

‒ Доброе утро, девочка.

Я заправила выбившийся локон за ухо.

‒ Эм, доброе утро, ‒ не смотри на его член. Не смотри на его член.

Он ухмыльнулся.

Жар обдал мои щеки. Мне пришлось вспомнить, что он и Лакхлан могли читать мысли. И превращаться в дым. И двигаться так быстро, что я не могла это отследить. Боже мой, во что я вляпалась?

Что ещё более важно, как я могла прыгнуть к ним в постель после их откровения? Неужели я действительно так восприимчива к мускулистой груди и шотландскому акценту?

Алек шагнул ко мне с озабоченным выражением лица. Его ствол тяжело упирался в бедро, толстая длина казалась ещё больше при дневном свете.

Моё лицо стало ещё горячее.

‒ М-может быть, ты мог бы надеть какие-нибудь штаны.

На его лице промелькнуло выражение раскаяния.

‒ Прости. Одежда и перекидывание не сочетаются. Но я могу обойтись, ‒ он сел на матрас и натянул угол постельного белья себе на колени. ‒ Лучше?

‒ Да, ‒ выдавила я. Так или иначе, тот факт, что я спала с ним и Лакхланом ‒ дважды ‒ был более шокирующим, чем то, что они были мифическими существами с магическими способностями.

Хотя, кого я обманывала? Всё, что произошло за последние два дня, было шокирующим. Может быть, такова была моя жизнь сейчас, просто спотыкаясь от одной катастрофы к другой.

Алек нахмурился.

‒ Прошлая ночь не была катастрофой.

Я натянула простыню повыше, как будто ткань могла удержать его подальше от моей головы.

‒ Ты можешь всё время слышать мои мысли? ‒ о Боже, неужели он подслушивал с тех пор, как я его встретила?

‒ Нет, ‒ быстро сказал он. ‒ Дар так не работает. С большинством людей я могу только посылать, а не получать, хотя я могу уловить мысли человека, если они очень сильные или направлены конкретно на меня. Я не могу улавливать образы или сны, только слова, и обычно мне приходится находиться с кем-то в одной комнате, чтобы мысленно общаться. Я слышу Лакхлана отчетливее, чем большинство, потому что он моя пара.

Мой желудок сделал небольшое сальто.

‒ Ты использовал это слово прошлой ночью, когда я спросила, кто ты такой.

‒ Это верно, ‒ его голос стал хриплым, и что-то блеснуло в его глазах. ‒ Ты также моя пара. Моя и Лакха. Мы очень долго ждали тебя, Хлоя.

Очень. Что такого было в его акценте, что заставило меня отказаться от всякого здравого смысла и растаять в луже похоти? Но я не могла позволить себе сделать это сейчас. Мне нужны были ответы.

‒ Что именно это значит, что я твоя пара? Это как подружка или...

Дверь открылась, и вошёл Лакхлан. На нём были черные брюки и тёмный свитер, похожий на кашемировый и, вероятно, гораздо более дорогой. Его плечи натягивали материал, а волосы были влажными.

В моём мозгу сразу же возникли образы его и Алека вместе в душе, их мощные тела, омытые водой. Я захлопнула свой разум, выкидывая картинки из головы, прежде чем кто-либо из мужчин смог прочитать мои мысли.

Лакхлан остановился в ногах кровати и хмуро посмотрел на Алека.

‒ Тебя бы убило, если бы ты воспользовался дверью, как обычный человек?

Алек пожал плечами.

‒ Хлоя теперь знает о нас. Между нами не будет секретов.

Но я не знала всего. И вопросы заполонили мой разум так быстро, что у меня, казалось, закружилась голова.

За исключением того, что это не просто казалось. Комната накренилась, и мой желудок скрутило, когда волна тошноты накрыла меня.

‒ Хлоя? ‒ Лакхлан был рядом со мной через несколько секунд. ‒ Ты такая же бледная, как простыни. Давай я помогу тебе, девочка.

Он направил верхнюю часть моего тела вниз, так что мой лоб упёрся в колени. Холодный пот выступил у меня на висках и под мышками, а рот неудержимо наполнился слюной.

Нежные пальцы откинули мои волосы с головы.

‒ Глубокий вдох, ‒ сказал Алек. ‒ Аккуратно и медленно.

Я сделала, как он велел, вдыхая воздух, пока мои лёгкие не обожгло, а затем выпустила его через рот. Тошнота быстро прошла, и я выпрямилась, смущённая до глубины души.

‒ Простите, ‒ пробормотала я. ‒ Должно быть, я всё ещё страдаю от смены часовых поясов.

Парни обменялись взглядами, между ними промелькнул странный взгляд.

‒ Что? ‒ моё смущение усилилось. ‒ Что-то не так?

‒ Нет, милая, ‒ Алек похлопал меня по колену. На этот раз он казался нерешительным, как будто не был уверен в себе. ‒ Ты человек и... ну, тебе может потребоваться некоторое время, чтобы... приспособиться.