Карина Халле

Порочные ангелы

Серия: Порочные ангелы. Книга 1

Перевод: Виктория Клешина (пр-2гл), Eddie (3-16гл), Виктория Горкушенко (с 17гл)

Редактура: Sweetkardelia (пр-11гл), Irina V (12-16гл), Ленчик Lisi4ka Кулажко (с 17гл)

Сверка и вычитка: Ленчик Lisi4ka Кулажко, Таисия Самсевич

Оформление: Ленчик Lisi4ka Кулажко

Обложка: Ленчик Lisi4ka Кулажко

Если нарко хотят чего-то, они получают это любым способом. Что касается женщин, то на их счет даже есть такая поговорка: «Если я хочу тебя, ты будешь моей, хорошо это или плохо. Если я не смогу заполучить тебя одним путем — я сделаю это другим. И если в итоге ты не станешь моей, ты не будешь ничьей; придет конец — твой конец. Все просто.»

— Эль Сикарио: Автобиография мексиканского убийцы

***

Отчаяние и обман — маленькие уродливые двойники любви.

Постучись в мою дверь, я впущу их

Дорогая, ты — наказание за все мои прошлые грехи.

Я впускаю любовь!

I Let Love In, Nick Cave & the Bad Seeds

Пролог

Я бежала, не зная куда. Я знала только, что мне нельзя останавливаться. Шаг за шагом. Мокрая трава хлестала мои голые ноги, и в тот момент я сожалела, что не продумала свой план побега как следует. Вы думаете, что после того, как я вынашивала идею целый месяц и, наконец, решилась все это провернуть, я сбежала из дома своего мужа с чем-то кроме шорт, блузки и кошелька? Ну хотя бы кроссовки натянула.

У меня совсем не было времени. Я уже была снаружи, когда увидела, как занудные гости моего мужа начали прибывать. На самом деле, я не должна была быть снаружи. Предполагалось, что я буду находиться в своей комнате, поправлять платье и прихорашиваться. Я с нетерпением ждала, когда они придут и разбавят мою монотонную жизнь пленницы в доме мужа-наркоторговца. Монотонную жизнь птицы в золотой клетке.

Я всего лишь вышла на улицу через кухонную дверь, чтобы нарвать цветы для букета на стол. Служанка привезла какие-то дорогие цветы из города, но я хотела гортензии, которые росли на переднем дворе и образовывали живую изгородь вдоль всего периметра. Я буквально застыла на месте, наблюдая, как «Мерседес» одного из гостей въехал в ворота, припарковался, и пассажиры прогулочным шагом подошли оттуда к входной двери. Еще минута — и небо бы обрушилось на нас.

После того, как Сальвадор открыл дверь со своей огромной фальшивой улыбкой и пригласил их войти, я набрала в легкие побольше воздуха. Я не думала. Я не могла дать себе шанс передумать. Мне нужно было действовать. Действовать прямо сейчас.

Сорвав несколько редких цветов с ограды, я подошла к Хуану Диего, который сидел в своей будке для охраны у главных ворот. Он подпрыгнул от неожиданности, когда я постучалась к нему в окошко и сказала, что хочу выйти и нарвать побольше цветов с обратной стороны ограды. Ему это явно не понравилось, ведь Сальвадор отдал приказ не выпускать меня, объясняя это тем, что хочет защитить меня от опасных людей. Но никто не мог защитить меня от Сальвадора.

Помахав ему цветами, я положила руки на пояс. Несмотря на то, что я была женой Сальвадора всего два месяца, я собиралась этим воспользоваться, пока у меня была такая возможность. Мне нужно было сделать вид, что у меня есть власть, даже если это не так. Хуан Диего был добряком и, к тому же, не имел такого влияния, чтобы запретить жене главы крупнейшего наркокартеля Мексики нарвать ее любимых цветов.

Такие цветы моя мама заплетала мне в волосы каждое воскресенье.

Он улыбнулся мне теплой улыбкой, и я ответила ему тем же, стараясь утаить, как меня трясет внутри. Медленно шагая вдоль ограды, я выдергивала цветы. Мои руки были полны белых ароматных лепестков. Я рассматривала камеры, которые были установлены вокруг внешнего края, зная, что Рико не будет подозревать меня. Но если это увидит Сальвадор, то он извергнет все свое дерьмо.

У меня больше не было времени. Сейчас или никогда.

Я должна была убежать. Я должна была хотя бы попробовать.

Так я и сделала.

В том месте, где ограда становилась настолько грязной и неопрятной, что сливалась с окружающими нас джунглями, я бросила цветы и побежала в темноту. Я изучила наши владения — его земли, и поняла, что мне нужно избегать дорог. Если я побегу вниз за дом, то наткнусь на реку, которая была слишком глубокой и широкой, чтобы ее можно было переплыть. И если я перебегу дорогу, то окажусь на заднем дворе наших соседей, которые охраняли не меньше нашего. Мне нужно было направляться на север — через деревья и темень.

Мне просто нужно было не останавливаться.

Добрых двадцать минут я бежала вперед, мое тело работало на максимум и на выносливость, которые я тренировала каждый день в домашнем тренажерном зале. Несколько раз я упала — мои руки, всегда принимавшие на себя главный удар во время падения, не давали земле завладеть остальными частями моего тела. Я постоянно оборачивалась. У меня не было времени на боль. Я чувствовала ее, но для меня она была чуть ли не облегчением. После того, что Сальвадор делал со мной, я могла выдержать очень много.

Я бежала, бежала и бежала, спотыкаясь о корни, уклоняясь от веток в слабом лунном свете, что просачивался сквозь деревья, до тех самых пор пока река не преградила мне путь. У меня не было ни малейшего представления, где я находилась и все, что можно было разглядеть это то, что без городских огней звезд на небе было намного больше. Где-то на деревьях крикнула птица.

Я думала о своих родителях — людях, о которых беспокоилась больше всего. На самом деле, единственных на земле людях, которые хоть что-то для мня значат. Я волновалась о том, что в тот момент, когда Сальвадор обнаружит, что я сбежала, он убьет их. Но каким бы дерзким он ни был, Сальвадор никогда не станет действовать без доказательств. По крайней мере, я на это надеялась. Частью моего плана был звонок моей подруге Камилле с просьбой позаботься о них прежде, чем это сделает он.

Оглядываясь по сторонам, я направилась к реке, размышляя о том, смогу ли ее переплыть. В этом месте она сужалась и не выглядела сильно глубокой из-за валунов, которые выглядывали из воды. Я подумала, что Хуан Диего, наверное, уже сообщил о побеге и о том, что Рико видел, как я убегаю. Я задалась вопросом, сколько уйдет времени, прежде чем они найдут меня.

Где-то позади меня хрустнула ветка. Даже при том, что это был единственный звук, который я услышала, я знала, что он принадлежал человеку, который сильно поморщился от своей ошибки. В Мексике вам нельзя делать ошибок. Я быстро прыгнула с берега в реку, и холодная вода застала меня врасплох. Я громко выдохнула и буквально остолбенела от шока. Затем я услышала громкий шорох за собой и поняла, что или я буду двигаться или умру.

Или хуже. Со Сальвадором всегда были варианты похуже.

Течение, захватившее меня, было очень сильным. Кроссовки скользили по песку и гальке, но я заставляла себя двигаться, проталкиваться через реку. Я продолжала идти, чувствуя, как ноги превращаются в лед, не сводя глаз с сухой земли, я протянула руки так, как будто вот-вот дотянусь до нее.

Я услышала всплеск позади себя. Я не могла обернуться. Я не могла сдаться. Закричав от разочарования, я бросилась к песку, словно это было моим спасением. Но не было никакого спасения.

Вдруг огромные руки грубо схватили меня за талию, подняв из воды. Я услышала другой всплеск, заглушивший мои крики, и мне на голову надели мешок. Мои руки заломили назад с той же скоростью, с какой выдергивают шнуры из розеток. Я закричала от боли, мое дыхание накалил воздух внутри мешка — ощущение было такое будто меня топят.