Со времён начала войны город серьёзно преобразился. В особенности его защита. Порт был полностью перестроен, как и часть бухты, появились новые фортификации, серьёзно повысив защитные возможности города. На ближайшем участке береговой линии, где противник мог высадиться, также была построена небольшая крепость. Сожжённые и разрушенные дома уже давно были перестроены.

Трущоб, как таковых, не осталось. Каждый был при деле, работы навалом, так как товарооборот по морю значительно усилился. Но вместе с этим усилился и поток контрабандистов, за которыми зорко наблюдали бойцы местной стражи. Как только наш корабль приземлился на центральной площади, к нам подбежали помощники местного бургомистра. Спустя час мы уже сидели в его кабинете. Перед нами сидел суровый дядька пятидесяти лет, явно бывший военный, но после недавних событий это было довольно-таки логично.

Бургомистр внимательно выслушал нас, при этом не смотрел на нас как на идиотов.

— Ближайшими землями к пограничной линии владеют три барона и один граф — задумчиво поведал нам бургомистр. Все четверо живут здесь больше семи лет, к ним никогда не было никаких вопросов, все проверки проходили обыденно и, что главное, добровольно. Никаких жалоб от них и тем более на них не поступало.

— Но с другой стороны они довольно-таки оторваны по расстоянию от городской черты. А как далеко находится стена от этих земель? — спросил я у бургомистра.

— До самой стены примерно восемьдесят лиг. От ближайшего пограничного лагеря примерно сорок. Он расположен так, потому что возле побережья присутствует колония каких-то странных чудовищ, которые постоянно выходят на берег и довольно-таки активно расползаются, поэтому погранцы часто выходят в патрули, чтобы точно знать, что берег пуст.

— Насколько хороши возможности преодолеть пограничный рубеж в этой части Долины? — спросила Мир.

— На самом деле — признался бургомистр — до начала войны там был достаточно много возможных путей, которыми пользовались любители лёгкой наживы в обход пограничных постов, чтобы не платить потом налоги. Ведь у погранцов надо регистрировать все свои телодвижения.

— Ведь по закону ты обязан уведомить магистрат, что именно притащил, если ты не приписан к артели, официально работающей глубоко в лесу — продолжил старый вояка — вдруг что-то имеет серьёзную ценность для той же армии.

— Ладно, это всё лирика, предлагаю проехаться к ближайшему графу — закончил я разговор — а потом остальных отшельников проведаем.

Наш путь до графских угодий занял не так уж и много времени. Встретил нас сам патриарх. Как выяснилось, это был довольно-таки молодой мужчина, которому хорошо, если было 40 лет. Его отец и два старших брата погибли во время вторжения степняков. Он был довольно улыбчив, но всё-таки было видно, что напряжён. Как ни крути, к нему пожаловал сам герцог.

Нагнетать никто из нас не стал, поэтому просто сели в гостиной и дождались, когда нам принесут чай. В это время граф развлекал нас светской беседой. Как только словесные политесы закончились, мужчина сам спросил впрямую, что именно нас интересует.

— Есть подозрение, что противник, который выйдет из леса, часто проходит через ваши земли. Что можете сказать об этом, дорогой граф? — спросила Мирра.

— На самом деле, я не удивлюсь — честно ответил граф, немного подумав — у меня осталось довольно-таки мало людей, много кто погиб во время войны, часть ушла в города, вглубь Долины. Я контролирую хорошо, если треть от всех моих земель, и буквально лишь последние пару месяцев у меня появились новые работники.

— А что скажете за своих соседей? — спросила у него София.

— На самом деле есть что сказать — кивнул граф

— Как вы сами знаете, наши земли довольно-таки оторваны от общей цивилизации, если так можно назвать Долину — усмехнувшись, добавил граф — поэтому мы всегда старались здесь держаться вместе. Вам, наверное, рассказывали о тварях, которые любят выходить на берег и гулять в глубине леса — мои дамы синхронно кивнули, заинтересованно слушая рассказ.

— Но с недавних пор двое баронов сильно дистанцировались от нас двоих. Хотя их тоже можно понять. В роду у одного осталось всего двое человек. У второго барона всего четверо, из которых это трое маленьких детей, братья и сёстры. Оба получили титул по наследству из-за смерти отцов и ближайших наследников.

— Как так получилось? — спросила София.

— Все они были во время восстания маркиза в городе Линваль и не успели уйти, попав под каток степняков одними из первых.

— Но, с другой стороны, это ещё не повод подозревать их в предательстве — сказала Мира.

— Полностью с вами согласен, герцогиня. Но что есть, то есть. Вы спросили, я ответил — пожал плечами граф.

— Большая ли у них дружина? — спросил я у графа.

— У каждого наберётся хорошо, если сотня — ответил аристократ, допив свой чай — работников не больше пяти сотен на двоих.

— А у вас сколько, если не секрет? — спросила София.

— В этом месяце мне удалось набрать дополнительно полсотни в дружину, доведя её численность до ста восьмидесяти человек. На земле же работает примерно восемь сотен. Все семейные, здесь живут очень давно. Новичков практически нет. Я, как мог, сохранил всех своих работников за всё это время.

Мы поблагодарили графа за интересный разговор.

— Что скажешь за графа? — спросил я у Софии.

— Ничего особенного, полностью открыт для меня — ответила рыжая — никаких уловок, никаких ухищрений, попыток лжи или чего-то подобного. Простой как угол дома. Действительно печётся о своих людях.

— А что насчёт баронов?

— Как минимум грусть. Эти люди для него были близки все это время — ответила София.

— Ну, тогда есть повод слетать. Где там у нас один выживший из рода?

— Как раз ближе всех к побережью.

Поместье нужного нам барона было довольно таки большое, основное здание в три этажа, красивое убранство внутри и снаружи. Было видно, за хозяйством хорошо следят. Чтобы не вызывать особой паники, прежде чем усесться на поляне перед нужным домиком, мы сделали круг почёта вокруг окрестных земель. Встречал нас сам барон вместе с десятком вооружённых дружинников.

Но как только местные рассмотрели гербы, тут же убрали оружие.

— Ваша светлость — склонился молодой барон — для меня большая честь приветствовать вас в своих скромных землях.

— Это лишнее — кивнул ему в ответ — найдётся ли у занятого барона полчаса лишнего времени?

— Конечно, ваша светлость — воодушевлённо ответил молодой человек — прошу вас пройти в гостиную.

Вокруг сразу была наведена суета, чтобы впечатлить высоких гостей. Повторилось практически то же самое, как недавно было у графа, разве что барон дважды отлучался от нас по своим каким-то неотложным делам.

— Странно всё это — напряжённо сказала София.

— И что же тебе не нравится? — тихо спросила Мирра.

— Мысли местных жителей, как будто я читаю книгу, а не вижу живого человека — поделилась своей тревогой София.

— А сам барон? — спросил у рыжей.

— Он как будто бы закрыт от меня — задумчиво ответила София.

— Что значит как будто бы?

— Я не рискнула лезть ему в голову, как только мы приземлились, и прошлась поверхностно лишь тот момент, когда он уходил от нас в первый раз, там был какой-то хаос, сильно похожий на защитное плетение, но его можно было списать на серьёзные впечатления от приезда герцога. Сейчас же мысли примерно соответствуют его работникам.

— Не каша в голове, но ещё раз говорю, будто бы какая-то запись — уточнила герцогиня.

— Пытаются прикрыть наведёнными воспоминаниями своими реальные мысли? — предположила Мирра.

— Как будто да — согласилась София — и, возможно, если бы я была менее чувствительна, это было более действенным, что ли. Может, даже не придала значению.

Я подал знак двум своим гвардейцам, которые стояли на дверях, чтобы не расслаблялись. Через пару минут вернулся барон, усевшийся в своё кресло, выжидательно посмотрел на меня.