— Милый мой братик, — тихонько сказал я, вздохнул, а после спросил: — Кому было сказано идти к «Бледным»?

— Так ведь… э-э-э-э, — протянул Артём, и тут на его лице потихонечку начало проступать осознание. — Не мне, да?

— Нет, — ответил я. — Тебе нужно было сходить к «Лохматым»…

Стою я, значит. Смотрю. Думаю.

Слева по улице вдоль канала к «Марине» приближалась тёмная, бледная и молчаливая толпа вампиров. Шли они ровно, бесшумно. На лицах будто непроницаемые маски — ни единой эмоции не различить.

Справа же к ресторану не шла даже, а буквально накатывалась праздная толпа оборотней. И вот эти ребята, наоборот, вели себя как можно более шумно. Галдели о чём-то на ходу, смеялись, перекрикивались.

Итого: слева — мертвенный холод, справа — звериный жар, а между ними Артуро Маринари неловко улыбается.

Мысль: «сейчас будет мясо», — в самых различных и не всегда цензурных вариациях крутилась у меня в голове на репите. Я понимал, что прямо сейчас у порога «Марины» сходятся два противоборствующих клана, которые плюс ко всему враждуют много-много лет. То есть дело не в том, что один из вампиров случайно припаркованную машину оборотней притёр, — о нет! — тут остросюжетный бэкграунд тянется вглубь веков. Плохо. Очень плохо…

— Доброй ночи, — кивнул я одной стороне, и тут же: — Доброй ночи, — другой.

А две толпы тем временем сошлись, остановились и замолчали. И по взглядам сразу же становилось понятно — видеть друг друга они вообще не рады. Однако, что те, что другие явно пытались удержать лицо. Вампиры спрятались за своей надменной холодностью, а оборотни за наглыми ухмылками.

Ну а дальше началось самое трудное. От толпы «Бледных» отделился высокий худой мужчина в плаще с красной подкладкой. Он вышел вперёд и коротко, почти незаметно, поклонился.

— Синьор Маринари, — сказал он. — Мы прибыли ровно к назначенному времени.

Говорил уважаемый вампир так, будто более всего на свете гордился своим голосом, своим тоном, и своей дикторской манерой подачи. Хотя! Я всё-таки смог уловить в его речи небольшой восточно-европейский акцент.

И тут же от толпы «Лохматых» тоже выделился главный — широченный, высоченный и неимоверно патлатый мужик лет пятидесяти. Косуха с заклёпками, татуировки на шее, короче говоря — отошедшая от музыки, но не от стиля жизни рок-звезда. Оборотень показательно широко расставил ноги, сунул большие пальцы в карманы джинсов, и посмотрел на вампира так, как смотрят на что-то такое, от чего хочется отмыть подошву.

— «Нихрена себе» сказал я себе, — сказал он, широко улыбаясь. — Что ты несёшь, бледная скотина? Это мы пришли к назначенному времени.

Можно было бы сказать, что вампир «замер», но так ведь он и до этого практически не шевелился. Лицо осталось непроницаемым, однако тут плащ за его спиной начал развиваться. Хотя никакого ветра, как можно догадаться, на улице даже близко не было.

— Ах ты быдло, — тихонечко сказал парламентёр «Бледных».

И ситуация начала накаляться. Причём быстро. Между вампиром и оборотнем побежали искры, — причём я сейчас выступал в качестве проводника для этого метафорического тока. И надо бы что-то делать. Что? Понятия не имею.

— Синьоры! — улыбнулся я. — Прошу прощения! Кажется, у нас вышло небольшое недоразумение!

До сих пор глава «Лохматых» буравил взглядом главу «Бледных» и наоборот. Теперь же взгляды всей улицы разом упали на меня. Тяжёлые и негодующие. Ярость пока ещё не закипела, но вопросики ко мне уже имеются у всех.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я, лихорадочно соображая, как выруливать из ситуации.

Проблема в том, что прямо сейчас повара отдают банкет для «Бледных», со всеми вытекающими. Меню-то разные. И подача разная. Но это, на самом деле, меньшая из моих проблем.

Артём должен был сказать «Лохматым», чтобы те пришли к четырём часам ночи, но маленечко перепутал и повторно сгонял в «Бледным» подтвердить то, что они и так уже знали. В итоге две свадьбы пришли в одно и то же время в одно и то же место. Виноват в этом я, а мой брат прямо сейчас старательно изображает из себя ветошь. Рассматривает ногти, насвистывает что-то под нос — ну явно не при делах человек.

Итак! Меню — не есть проблема. Учитывая, какой муравейник у меня сейчас на кухне, добить мясо для оборотней можно весьма быстро. Другой вопрос: как их всех вместе усадить?

— Доброй ночи, Артуро, — тут от толпы «Бледных» отделилась знакомая фигура.

Синьор Алафесто тоже присоединился к нашей небольшой тревожной кучке. И тоже смотрел на меня с немым укором, как бы вопрошая: «Какого хрена»? Он вызвался всё урегулировать и… в общем-то урегулировал. Взял на себя всё самое сложное, договорился с кланами, и фактически поставил свою репутацию на кон. А тут… такое.

Молчаливая сцена затянулась. И пока уважаемая нечисть собиралась с мыслями, я перевёл взгляд на толпу вампиров. Прямо в центре её, окруженные сородичами, стояли жених с невестой. Жених — такой же высокий, тощий и бледный, как все мужчины его породы. Невеста же — обманчиво хрупкая девушка с чёрными волосами и фарфоровой кожей. Платье на ней было простое, без вычурности: никаких пышных юбок одна на другой.

Впрочем, невеста от оборотней тоже избежала штампов. Нарочно рваные колготки, шипастый напульсник и целая россыпь значков, приколотых к белому платью. Её избранный тем временем выглядел, как человек, который собирался идти колоть дрова, но по пути решил жениться. Закатанные по локоть рукава, рыжие волосы заплетены в косу, а в петлице какой-то незамысловатый полевой цветочек.

— Итак? — спросил глава «Бледных».

— Итак! — рявкнул на меня оппонент из числа оборотней и сделал ещё один шаг вперёд.

И воздух наэлектризовался ещё сильнее, и точка невозврата всё ближе. Ещё секунда и что-то будет. Что-то такое, что я не смогу остановить, как бы ни пытался.

В этот момент мне осталось лишь мысленно обратиться к городу. Закрыв глаза, я подумал: «Венеция, дорогая. Я ведь уже достаточно много сделал для тебя, так выручи. Дай какой-нибудь знак».

И в следующее мгновение ударил колокол Сан-Марко. Гулко и торжественно. А я ведь уже научен и знаю, как именно Венеция подаёт свои знаки. Подняв голову к небу, я увидел, что звёзды уже пришли в движение и неспешно слетались со всего небосвода в одну строку.

— Первая в истории двойная свадьба «Бледных» и «Лохматых», — прочитал синьор Алафесто, постепенно теряя контроль над собственными бровями. — Венеция благословляет новобрачных.

— Ох, — выдохнул глава вампиров. Глава оборотней в свою очередь очень смачно выругался и попятился обратно.

Толпа ахнула, — что первая толпа, что вторая. Кто-то раззявил рот, глядя в небеса, кто-то схватился за сердце, а кто-то за рукав соседа. Кто-то заорал:

— Да ладно⁈ — и постепенно на улице начал устанавливаться гомон. Я же улыбнулся и понял, что потустороннее побоище отменяется. Теперь-то, с поддержкой города, есть все шансы решить проблему миром.

Все вокруг меня мялись, шушукались, переглядывались между собой и поглядывали в небо, явно не в силах поверить в происходящее. Кто-то из толпы «Лохматых» попытался возразить, но тут же осадил сам себя. Уж кому, как не сказочному народцу знать, что против воли Венеции идти не стоит. А Венеция уже сказала, что свадьба «двойная».

Первыми окончательно пришли в себя молодожёны со стороны вампиров. Невеста крикнула:

— Город благословил нас! — чмокнула мужа в бледную щёку, а потом потянула вперёд. Но не к нашей горстке, а прямо в толпу оборотней. Из которой, в свою очередь, уже выходили новобрачные от «Лохматых».

А дальше произошло то, чего не ожидал примерно никто. Во вновь установившейся тишине, вампирша и оборо… тниха? Оборотенша? Оборотесса? Короче! Две невесты взяли и обменялись букетами. Тем временем их мужья занимались примерно тем же самым. «Лохматый» вытащил из петлицы свой скромный цветочек и получил взамен кроваво-красную розу.