В сентябре 1944 года, прорвав оборону противника, дивизия Мамсурова снова вышла в тылы противника и успешно воевала на территории Чехословакии. Затем, в составе 1-го Украинского фронта, прорвала оборону гитлеровцев на реке Нейсе и, заняв ряд городов, вышла юго-западнее Берлина.

В апреле 1945 года 2-я гвардейская кавдивизия форсировала реку Эльбу. В боях на ее западном берегу было уничтожено 1230 солдат и офицеров противника, 3 тяжёлых танка, 11 бронетранспортёров. Взято в плен 574 солдата и офицера, захвачено 8 паровозов, 250 вагонов, 117 складов с вооружением, боеприпасами и военным имуществом, 40 тракторов и тягачей, 480 автомашин, 5700 лошадей, 350 повозок. Из двух концлагерей освободила 15600 человек.

29 мая 1945 года Хаджи-Умар Мамсуров был удостоен звания Героя Советского Союза. Тогда же Военным Советом 1-го Украинского фронта он был назначен командиром батальона сводного полка фронта, с которым 24 июня 1945 года участвовал на параде Победы.

Летом и осенью 1945-го в составе 38-й армии дивизия Хаджи-Умар Джиоровича воевала на Западной Украине против националистического подполья. С января 1946 года дивизия дислоцировалась в районе г. Чкалов, а в августе была расформирована.

С октября 1946, по март 1947 года Мамсуров командовал 3-й Отдельной Евпаторийской стрелковой бригадой в г. Брянске и с этой должности был командирован в Москву на Высшие академические курсы Высшей военной академии им. К. Е. Ворошилова.

По окончании в 1948 году Военной академии Генерального штаба Мамсуров служил в Прикарпатском военном округе. Командовал 27-й механизированной дивизией 38-й армии, 27-м стрелковым корпусом 13-й армии, и в 1955 — 1957 годах 38-й армией . Фронтовой опыт пригодился Хаджи-Умар Джиоровичу и 4 ноября 1956 года, в Венгрии. Тогда подразделения под его руководством без особых потерь навели порядок в городках Дебренце, Мишкольце и Дьере. Через неделю сопротивление повстанцев Имре Надя было подавлено. Многие участники операции «Вихрь» получили правительственные награды, а Хаджи-Умар Джиорович Мамсуров назначен заместителем начальника ГРУ — генерала армии Сергея Матвеевича Штеменко.

И вскоре разразился колоссальный скандал, в котором помимо своей воли оказался замешанным и генерал Мамсуров. Речь шла не больше не меньше о подготовке министром обороны Жуковым… «государственного переворота! «

Вот что рассказывает об этой истории со слов самого Мамсурова хорошо знавший его разведчик Михаил Мильштейн: «Незадолго до поездки в Югославию Г. К. Жуков вызвал его к себе и поделился с ним своим решением о формировании бригад специального назначения, исходя из возможного характера будущих военных действий в том регионе. Эти бригады должны были быть сравнительно небольшими (до двух тысяч человек), вооружёнными самым совершенным и мощным лёгким оружием. Предполагалось собрать в единый кулак отборный, физически сильный личный состав, обученный приёмам ведения ближнего боя, карате, десантированию с воздуха и пользованию современными взрывчатыми веществами. Формирование этих бригад Георгий Константинович возложил на Мамсурова. У Хаджи-Умара Джиоровича Мамсурова был друг, которого он знал много лет, — генерал Туманян[6]. В то время он занимал должность заместителя начальника бронетанковой академии по политической части. Туманян приходился родственником А. И. Микояну. Будучи женатыми на сёстрах, они часто встречались и относились друг к другу по-дружески. Мамсуров рассказал о встрече с Жуковым и его указаниях Туманяну, тот, в свою очередь, решил доложить об услышанном Анастасу Ивановичу. Микоян, в то время первый заместитель председателя Совета Министров СССР, воспринял рассказ Туманяна очень серьёзно. Первый вопрос, который он ему задал, звучал примерно так: «А могут ли эти бригады быть выброшены с воздуха на Кремль» Туманян ответил утвердительно. Услышав это, Анастас Иванович поспешил на доклад к Никите Сергеевичу Хрущёву. В воспалённом воображении Микояна, воспитанного на теориях «заговоров», по-видимому, сразу родилась мысль о намерении Жукова подготовить военный переворот с помощью бригад специального назначения» (Мильштейн М. А. Сквозь годы войн и нищеты. М., 2000. С.122-123.).

Хорошее воображение было не только у Микояна. «Карманный спецназ» легендарного маршала так напугал руководство страны, что в октябре 1957 года был созван Пленум ЦК КПСС, на повестке дня которого стоял один единственный вопрос: «Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте». Это значило, что министра обороны будут снимать. И поднятый Мамсуровым вопрос о секретных бригадах сыграл там далеко не последнюю роль. О нём, как о факте игнорирования Жуковым Центрального Комитета, сказал на Пленуме М. А. Суслов: «Недавно Президиум ЦК узнал, что тов. Жуков без ведома ЦК принял решение организовать школу диверсантов в две с лишним тысячи слушателей. В эту школу предполагалось брать людей со средним образованием, окончивших военную службу. Срок обучения в ней 6-7 лет, тогда как в военных академиях составляет 3-4 года. Школа ставилась в особые условия: кроме полного государственного содержания, слушателям школы рядовым солдатам должны были платить стипендии в размере 700 рублей, а сержантам — 1000 рублей ежемесячно. Тов. Жуков даже не счёл нужным информировать ЦК об этой школе. О её организации должны были знать только три человека: Жуков, Штеменко и генерал Мамсуров, который был назначен начальником этой школы. Но генерал Мамсуров, как коммунист, счёл своим долгом информировать ЦК об этом незаконном действии министра« (Хрущёв против Жукова : (Из стенографического отчёта октябрьского ( 1957 г .) Пленума ЦК КПСС) // Гласность. М., 1991. 3 октября.).

Что было незаконного в создании секретной бригады спецназа ГРУ, Михаил Андреевич Суслов не пояснил. Зато доступно растолковал Никита Сергеевич Хрущёв, не забыв упомянуть и начальника ГРУ Штеменко:

«… Относительно школы диверсантов. На последнем заседании Президиума ЦК мы спрашивали тов. Жукова об этой школе. Тов. Малиновский и другие объяснили, что в военных округах разведывательные роты и сейчас существуют, а Центральную разведывательную школу начали организовывать дополнительно, и главное без ведома ЦК партии. Надо сказать, что об организации этой школы знали только Жуков и Штеменко. Думаю, что не случайно Жуков опять возвратил Штеменко в разведывательное управление. Очевидно, Штеменко ему нужен был для тёмных дел. Ведь известно, что Штеменко был информатором у Берия — об этом многие знают и за это его сняли с работы начальника управления… Возникает вопрос: если у Жукова родилась идея организовать школу, то почему в ЦК не скажешь? Мы бы обсудили и помогли это лучше сделать. Но он решил: нет. Мы сами это сделаем: я — Жуков, Штеменко и Мамсуров. А Мамсуров оказался не Жуковым и не Штеменко, а настоящим членом партии, он пришёл в ЦК и сказал: не понимаю в чём дело, получаю такое важное назначение и без утверждения ЦК. Непонятно, говорит он, почему об этом назначении должен знать только министр обороны. Вы знаете что-нибудь об этой школе? Мы ему говорим: мы тоже первый раз от вас слышим. Можете себе представить, какое это впечатление производит на человека» (Хрущёв против Жукова : (Из стенографического отчёта октябрьского ( 1957 г .) Пленума ЦК КПСС) // Гласность. М., 1991. 17 октября.).

Пленум единогласно постановил освободить Жукова от обязанностей министра обороны СССР, вывести из состава членов Президиума ЦК и членов ЦК КПСС. Его место занял Р. Я. Малиновский, впрочем, не допустивший расправы со Штеменко. Генерал-полковник Мамсуров также остался на свей должности. Он умер 5 апреля 1968 года и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище, а его именем назвали улицу во Владикавказе.

За 50 лет службы в армии, кроме Золотой Звезды Героя Советского Союза, он был награжден 3 орденами Ленина, четырмя орденами Красного Знамени, орденами Суворова 2-й ст., Кутузова 1-й ст., Отечественной войны 1-й ст. и многими медалями.

вернуться

6

Гай Лазаревич Туманян — его начальник в Спецотделении «А» Разведупра — В. К.