— Зачем аборт?! Если вы говорите, что ребёнка нет...
— Плод есть, но он прикрепился в другом месте. Это опасно для тебя. Чем быстрее мы исправим ситуацию, тем меньше риск.
— Риск? Для ребёнка? Его ещё можно спасти?
— Нет. Послушай меня внимательно. Здесь ничего нельзя поделать. Но если затянуть, то тебе будет плохо. Ты можешь вообще стать бесплодной.
Зоя Владимировна бьёт словами. Раз за разом. Без капли жалости.
Это её работа, я понимаю. Но мне так больно. А она что-то рассказывает про безопасность.
Не хочу безопасности. И риски минимизировать мне не надо.
Мне нужно, чтобы малыш был в порядке. Я на всё готова, чтобы исправить ситуацию.
— Вот, — врач протягивает мне направление. — Ляжешь сегодня. Тебя почистят.
— Я не стану, — повторяю я упрямо. — Не буду.
— Катя! Хватит дурить. Ты своей жизнью рискуешь. Потом начнётся инфекция. Ты ещё десятерых родишь. Но сейчас нужно это сделать.
Зоя Владимировна сжимает мою ладонь. Смотрит с сочувствием.
Мне хочется выть. Боль просто раздирает на кусочки. Почему это случилось со мной?
Я знаю, что Зоя — хороший врач. Опытный. Она работает больше, чем я живу.
Но...
Возможна ошибка?
Я заслужила чудо. Одно маленькое чудо, которое спасёт меня.
— Тихо, — похлопывает меня по руке. — Я понимаю. Больно. Страшно. Но так надо. Ещё можно исправить ситуацию таблетками. И никаких последствий для организма.
— Но... Пожалуйста. Исправьте как-то.
— Я не всесильна, милая.
Зоя говорит и говорит. А мне хочется заткнуть уши ладошками. Не слушать всё это.
Умом я понимаю. Надо послушаться. Будет ещё хуже. Но сердце...
Оно не способно принять жестокую правду.
— Ляжешь, да? — уточняет врач. Я всхлипываю и киваю. — Умница. Сейчас найдём тебе палату.
— Нет, — я качаю головой. — Мне ведь нужны вещи? Я съезжу за ними.
— Пусть кто-то привезёт. Подруги, муж или...
— Я вернусь через час.
— Только не затягивай.
Я обещаю, что вернусь скоро. Но не знаю — смогу ли.
Выхода нет. Но я отчаянно пытаюсь его найти.
Я выхожу на улицу. Вытираю слёзы. Опускаюсь на лавочку на остановке.
Мне нужно ехать. Что-то делать. Но я двигаться не могу. Всё тело болит.
Мой телефон начинает звонить. Я не глядя сбрасываю. Не могу ни с кем говорить.
Ничего вообще не могу.
Телефон снова разрывается. Рустам звонит. Ублюдок! Как чувствует, что мне плохо.
Я сбрасываю. Снова и снова. Ненавижу! Хочу проорать это в лицо мужу. На очередном звонке не выдерживаю.
— Иди к чёрту, — рычу я сдавленно.
— Выезд у меня по двойному тарифу, — звучит мужской голос. Не Рустам. — У тебя всё хорошо, Кать?
— Ой. Тигран? Прости. Прости, я...
— Эй, ты плачешь? Что случилось? Алиев тебя обидел?
— Нет. Да. Не знаю. Я... Боже. Просто подай в суд. Без всего. Я не могу... Не могу быть его женой больше. Он же...
Я говорю невнятно. Не могу закончить предложение. Накрывает новым приступом слёз.
Стараюсь сделать глубокий вдох. Тигран не обязан выслушивать мою истерику. Я должна объяснить всё спокойно.
— Тише, — просит он без злости. — Что случилось?
— Мне сказали, — с шумом втягиваю воздух, — что я не беременна. Точнее. Неправильно беременна. Плод не сохранить.
— Мне очень жаль, Кать.
— Да. Мне тоже. Только это не изменит ничего.
— Тебе нужна какая-то помощь? Я могу прислать водителя. Отвезёт тебя к кому-то. К подруге, может?
— Моя подруга...
Я хмыкаю. Проглатываю оскорбления в сторону Дили. Это всё уже неважно.
Я делаю глубокие вдохи. Пытаюсь прийти в себя. Собрать себя по кусочкам.
Сознание ещё в тумане. Врач убил меня диагнозом. Так сложно соображать. Но я пытаюсь.
Смотрю на время. Уже вечер. Больницы скоро закрываются. На приём не попасть.
— Тигран, а у тебя есть знакомые в клиниках? — я спрашиваю с надеждой. — Чтобы можно было обследоваться сейчас?
— Возможно, — мужчина задумывается. — Да, есть хороший врач в частной. Хочешь подтвердить диагноз?
— Да. Второе мнение не помешает.
Я знаю Зою Владимировну много лет. Она всегда была моим гинекологом.
Но...
Она ведь могла ошибиться, да?
Как только я думаю об этом. Сразу появляются другие идеи. Надежда расцветает.
Да. Я обследуюсь ещё. У других врачей. И если хоть один подарит мне надежду...
Это будет то чудо, которое я ждала.
Но всё нужно сделать быстро. Сегодня. Я с ума сойду от боли и незнания.
— Я договорюсь, — обещает Тигран.
— Спасибо тебе. Спасибо, — шепчу я. — Ты не обязан. Ты просто мой адвокат... А я свалилась тебе на голову. Мне жаль. Я не хотела доставлять неудобств.
— Ты знаешь, зачем нужны адвокаты? Всё просто, Кать. Адвокаты решают проблемы. А у тебя явно проблема.
— Ещё раз спасибо. Скажи, а можно обследоваться под другим именем? На всякий случай.
Рустам знает, что я здесь лечусь всегда. Он и сам сюда ходит. Может узнать.
Боже, пожалуйста. Пусть будет про что узнавать! Пусть всё окажется ошибкой. Сломанной аппаратурой.
— Мой знакомый может помочь, — произносит адвокат. — Но тебе нужно будет показать паспорт на регистратуре.
— А. Ладно. Я спросила на всякий случай. Вряд ли Рустам...
— Если ты хочешь инкогнито, то придётся рассказать Дамиру.
— Зачем?
— Я приехать не могу. У меня дела. А он может привезти паспорт нашей сестры. Пройдёшь по нему.
— Правда? Ты не думаешь, что я паникую зря?
— Паникуешь. Но всегда мечтал поучаствовать в заговорах.
Разговор с Тиграном успокаивает. У Юсуповых есть такая сверхспособность. Дарить надежду.
Я даже плакать перестаю. Держу ладонь на животе. Верю всей душой, что малыш будет в порядке.
Я еду по указанному адресу. Жутко нервничаю. Второй раз эту новость я не переживу.
Тигран мне отписывает. Он обо всём договорился. Через двадцать минут у меня приём.
Клиника находится на частной территории. Огорожена забором. Охранник проверяет всех при въезде.
Поэтому я прошу таксиста высадить меня. Дамир ещё не подъехал. Не думала, что здесь так всё серьёзно.
В сравнении с этой больницей — моя совершенно невзрачная. Надеюсь, врачи тоже лучше.
— Девушка, — окликает меня охранник. — Вы заходите? Или ждёте кого-то?
— Девушка паспорт забыла, — рядом оказывается Дамир. — Вот.
— И ваш, пожалуйста, меры безопасности.
Наши имена записывают. Через две минуты мы сидим в машине Юсупова. Нас пропускают на территорию.
Она огромная. Здесь будто отдельный лечебный комплекс. Корпусов семь, не меньше.
— Всё так серьёзно, — удивляюсь я. — Почему?
— Обычно поспокойнее, — Дамир улыбается. — Но там жена министра рожает. Какого-то. Или любовница. Непонятно. Но все на стрёме сегодня.
— А, понятно. Прости, что отвлекла тебя от дел.
— Ничего страшного. Тигран сказал, что тебе нужна помощь. Я вызвался волонтёром. Рыцари ведь ещё в моде? Зарабатываю себе очки.
— Ты знаешь к какому врачу я еду? — начинаю я издалека.
— Нет. Это важно?
— Да. Потому что у меня с беременностью проблемы.
Дамир замолкает. Сильнее сжимает руль. Ничего не отвечает на эту новость.
Я не хотела признаваться. Но мужчина заслуживает правду. Если он действительно рассчитывает на что-то...
У него должна быть вся информация. Одно дело флиртовать с девушкой. Другое — когда эта девушка беременна от другого.
— Ты плакала, — заявляет мужчина. Сбивает меня с толку. — Беременным нельзя плакать, Кать. Так что успокойся.
— Я постараюсь. Если... Если новости будут хорошие.
— Они будут. Я договорюсь.
Дамир подмигивает. Чуть уменьшает напряжение. Мне даже дышать легче. И не так нервничаю.
Мы останавливаемся возле большого корпуса. Наверное, здесь общие обследования проходят.
На регистратуре опять просят паспорт. Дамир отдаёт. Краем глаза вижу фотографию и имя.
