Катя словно керосином полила мои чувства. Те только сильнее воспламенились.

Люблю, когда она такая. Чуть кусачая, злая. С горящим взглядом. Эти огоньки в голубых глазах — всегда пленяют. Манят.

— Эй! — возмущается Катя. Выставляет ладонь вперёд. — Какого чёрта ты ко мне приближаешься, Рустам?!

Я делаю ещё несколько шагов. Пока не оказываюсь рядом. Обнимаю девушку за талию, хотя она возмущается.

— Руки при себе держи, Алиев, — Катя крутится в моих руках, бьёт по плечам. — Ты что себе позволяешь?

— Укладываю свою жену в постель, — я подталкиваю её к кровати.

— Я тебе сказала — ничего не будет. Ты хотел жить по традициям...

— Просто укладываю. Чтобы отдохнула. А ты про что подумала, ммм?

Девушка краснеет. Злится сильнее на меня. А я залипаю на том, какая она красивая.

Даже заболевшая. С красным носом, растрёпанными волосами. А всё равно цепляет так, что мотор в груди барахлит сильнее.

Я отступаю, едва Катя оказывается в кровати. Демонстративно поднимаю руки вверх. Я не собираюсь приставать.

Не сейчас, по крайней мере.

— Проветрить комнату? — вспомнив про духоту, предлагаю я. — Только тебе здесь находиться нельзя. В квартире можно было бы комнату сменить.

— Если ты ещё раз заговоришь об этом... — угрожает она. Я улыбаюсь. — То лучше тебе на руках держать дарственную на моё имя. Я не шучу, Рустам. Ты поступил подло. И если я должна играть по твоим правилам. То эти правила общие для всех будут.

— Я согласен. Только подождать надо.

— Ничего. Я подожду. Отель мне нравится, ты хороший выбрал.

— Поменять тебе категорию? В прошлый раз другие номера были заняты. Сейчас люкс может быть свободен.

— Обойдусь.

Катя фыркает, демонстративно отворачивается. Начинает кашлять, прячется под одеяло.

Я сжимаю подлокотник. Держусь, чтобы силой не утащить девушку в больницу. Мне чертовски не нравится происходящее.

Девушке словно наплевать на своё здоровье. А я этого допустить не планирую.

— Не получится с дарственной, — заговариваю первым. — Ты ведь в курсе? Нужно было до брака дарить.

— Нужно было до брака думать о второй жене, — ворчит она тихо. — А не постфактум притаскивать эту Лилю в наш дом.

С этим я лажанул. Признаю. Изначально у нашего брака другие договорённости были.

Но я сделал то, что должен был. Насколько правильно — судить не берусь. Поздно отступать от своих решений.

— Я найду нотариуса, — вдруг оживает Катя. — Знаешь, если твои юристы справиться не могут. То я придумаю решение.

— Как обойти закон? — уточняю я с улыбкой. — Это вряд ли.

— Тогда подари старую квартиру. До брака купленную. Ты же этим кичился недавно. Вот. Отличный вариант.

— Ты сама отказалась жить там. Передумала?

— Потому что не нужно было притаскивать свою девку туда!

Катя подрывается. Грозно пыхтит. Пытается убить меня взглядом. Начинает кашлять сильнее, когда не получается.

Я мгновенно оказываюсь рядом. Протягиваю новую порцию малинового чая. Знаю, что Катя его любит.

Вроде этот напиток ей всегда помогает. По крайней мере, девушка ни разу не спорила, когда я готовил его.

Нервно проверяю время. Если её врач не появится через пять минут. То плевать мне на возмущения Кати.

Силком потащу к своему доктору.

В дверь стучат. Я иду открывать. Либо врач, либо доставка в номер. Я кофе себе заказ.

Вторые сутки без сна. Начинает вырубать, но я не поддаюсь. Не хочу Катюшу без присмотра оставлять.

— Я Ангелина, — представляется девушка. — Врач. А Катя...

— Проходите, — впускаю её в номер.

Я коротко обрисовываю ситуацию. Ангелина опускает свой медицинский саквояж на прикроватную тумбу.

Понимаю, что девушки хорошо знают друг друга. Катя впервые улыбается. Не выглядит воинственной.

— Рустам, выйди, — переводит она взгляд на меня. Мигом мрачнеет. — Меня сейчас осматривать буду.

— Ничего нового я не увижу, — я качаю головой, скрещиваю руки на груди. — Я останусь.

— Нет. Выйди. Пожалуйста. Я не хочу при тебе.

— Почему? Что ты от меня скрываешь, Кать?

Жена напрягается. Обиженно выпячивает нижнюю губу. Смотрит так, словно я третью жену притащил.

— Просто выйди, — опуская взгляд, просит она тихо.

— Выйдите, — строго повторяет врач. — Вы нервируете мне пациентку. Посторонним нельзя находиться при осмотре.

— Я её муж. Я имею право знать, что с Катей.

— Медицинская тайна не так работает.

Катя смотрит на меня с вызовом. Выгибает тёмную бровь. Она всем своим видом даёт понять, что не сдастся.

Я вздыхаю, поняв, что девушка просто упрямиться. Дальше гнёт свою линию. Даже в таком деле не хочет уступать.

Я киваю в согласии. Выхожу из номера. Я хлопаю дверью сильнее, чем хотелось бы. От громкого звука в голове начинает звенеть.

Облокачиваюсь на стену. Я стараюсь сдержать неуместный порыв злости. В последнее время контролировать себя сложнее.

Как раз появляется работник отеля. Забираю у него кофе, выпиваю залпом. Но это не помогает. Кофеин бесследно исчезает в крови.

Я съезжаю по стенке вниз. Устраиваюсь, ожидая заключения врача. Отвлекаю себя рабочими вопросами.

На фирме сейчас лютый треш. Много заказов, расширение. Нужно всё успеть закончить в ближайшее время.

Подготовить так, чтобы компания могла работать без моего участия. А это сложно сделать.

Кручу в руках телефон. Упираюсь в него лбом. Мысли совершенно не о работе.

А об одной светловолосой нимфе. С которой я всё своими руками похерил.

Ладно. Победила, любимая.

Я набираю своего самого толкового юриста. По совместительству лучшего друга.

— Если завод не горит, то у меня выходной, — лениво тянет Марат. — Я отсыпаюсь.

— Мне нужна твоя помощь, — перехожу я сразу к делу. — Разобраться с квартирой.

— Продавать решил?

— Нет. Покупать. Нужно, чтобы ты оформил покупку. Сделал это на имя Кати. Так, чтобы я прав на неё не имел.

— Серьёзно? Ты сбрендил?

Повисает тишина. Слышу, как друг копошится. Явно не понимает, с чего я вдруг поменял решение.

Я себя тоже не понимаю. Давно.

Перманентное состояние.

— Зачем тебе так поступать? — я морщусь от лишних вопросов. Голова разрывается просто. — Рус, это проигрышная стратегия.

— Катя попросила махр, — я улыбаюсь каждый раз, когда об этом думаю. Моя девочка. — Вот, выполняю условия. Квартиру надо.

— На её имя? Ты понимаешь, что как только она получит — тут же на развод подаст. Я удивлён, что она ещё этого не сделала.

— Не подаст. Мы договорились.

Я понимаю, что это риск. Довольно большой и очевидный. Но другого выхода у меня нет.

Волна злости поднимается. Захлёбываюсь в ярости. Потому что я ненавижу, когда не могу сам всё решать.

А в последнее время от меня ничего не зависит.

Но...

— Что ты творишь, Рус? — Марат продолжает упрямиться. Как будто я его деньги трачу. — Ты в последнее время сам не свой. Женился повторно с какого-то хрена. Теперь это. Что происходит?

— Не твоё дело. Просто оформи квартиру так, чтобы у Кати не было вопросов. Всё, о чём я тебя прошу.

— Ладно. Срок?

— Как можно быстрее.

Вот и всё, Катюш.

Квартира будет, махр подарю.

А дальше можно к семейной жизни возвращаться.

— Ты только не переживай, — просит Ангелина. — Ничего страшного.

— Но я читала, что болеть во время беременности плохо, — я понижаю голос до шёпота. — Это может сказать на плоде.

— Может. Если болеть долго. Если принимать неподходящие препараты. Если не щадить себя. Факторов много. Ни у кого нет идентичной ситуации.

— То есть...

— Всё хорошо, Кать. Пока нет причин паниковать. Я бы рекомендовала приехать ко мне в понедельник. И звонить, если состояние ухудшится.

— Но пока паниковать рано?

Ангелина улыбается. Кивает мне, стягивает перчатки с рук. Я облегчённо выдыхаю.