Два дня ничего не изменят.

— Тебе точно нужно в отель? — уточняет Дамир. — Твой муж может там поджидать.

— Там документы, мои вещи, — вздыхаю я. — Не подумала всё перевести раньше. Не ожидала...

— Что так быстро разводиться начнёшь? Бывает. Ты главное не нервничай там. А то Ангелина в фурию превратится, если снова её вызовем.

— Дамир...

— Ты не смотри, что она такая милая. Настоящая гарпия. И я говорю это со всем уважением к бывшей моего брата.

Я почему-то улыбаюсь. Тому, как мужчина ненавязчиво всё объясняет. Намекает на то, какие у них отношения.

Не оправдывается. Ему и не нужно. Но при этом Юсупов мягко толкает в нужную сторону.

— У нас семейный праздник был, — продолжает Дамир. — Ангелина тоже часть семьи. Она...

— Она мне всё рассказала. Объяснила про Камиля.

— О. Отлично.

Такой сложный день. А я не могу перестать улыбаться. Зажимаю ладони между коленями. Я кусаю губу.

Внутри — счастье. Лёгкое, тёплое. Плещется морем, накатывает сильной волной. Потом отпускает.

Я не помню, когда чувствовала себя так же хорошо. Легко. Как будто сбросила груз с плеч.

Убрала ложь и притворство из жизни. И сразу стало намного проще. Надо было раньше всё прекратить.

А махр...

Да чёрт с ним.

Я смогу сама как-то детей прокормить.

— Куда тебя потом отвезти? — Дамир постукивает пальцами по рулю. — Уже придумала? Если хочешь...

— Да, придумала. Есть у меня один вариант.

Я с опаской захожу в отель. Не сомневаюсь, что Дамир мне поможет. Но... Не хочется новых стычек с мужем.

И прятаться за чужой спиной тоже. Я только и делаю, что пользуюсь чужой помощью и добротой.

— Умной надо быть, котёнок, — всплывают слова бабушки, — а не только самостоятельной. Когда сама можешь — делай. А если не можешь — попроси помощи. Это не зазорно.

Тогда бабуля совсем о другом говорила. Мне было лет пять. Я потянулась за банкой с вареньем. Две других банки разбила. Но желаемое получила.

Хотела показать, что я сама всё могу. И разрыдалась, когда поняла, что беду натворила. Думала, бабушка ругать будет.

Но только поговорила со мной. Объяснила всё. Бабушка Марта вообще была очень классной и умной.

Мне очень её не хватает. Для меня она была ближе родителей. И всегда давала толковый совет.

Не всегда я им следую, но...

Сейчас стараюсь. Нет ничего зазорного в том, чтобы чужой помощью воспользоваться. Если у самой не получается.

А у меня не выйдет!

В одиночке против Рустама я не выдержу.

— Подожди секунду, — я прошу Дамира у лифтов.

Я разворачиваюсь. Иду к администрации. Стараюсь спокойно, но доходчиво всё объяснить.

Чуть угрожаю судом. Если они снова кому-либо выдадут ключ от номера. Я посетителей не жду. Пусть Рустама в холле держат.

Я устала от того, что он в любой момент может приехать ко мне. Войти как к себе домой. Это неправильно.

Девушка на ресепшене чуть бледнеет. Часто кивает. Надеюсь, что меня услышали.

В номере я быстро собираюсь. Даже хорошо, что Рустам не привёз мои вещи. Могу всё нужно забрать, а не мешаться.

— Куда ты поедешь? — спрашивает Дамир. Усаживается в кресло. — Просто сбежишь?

— Нет, конечно, — я фыркаю. — Уеду на два дня. Улажу дела в другом городе. А потом вернусь. Поговорю с Рустамом.

Но для начала нужно договориться с адвокатом. Когда у него будет время. Я опасаюсь встречаться с мужем наедине.

Объяснить всё нужно, конечно. Но позже. Когда я успокоюсь. Буду в состоянии покоя.

Хочется ненадолго задержаться в этих эмоциях. Эйфории от того, что всё закончилось.

Уйти от Рустама показательно — импульс. Для следующего разговора я хочу подготовиться.

— Ты планируешь переезд? — Дамир сразу всё понимает. — Хочешь уехать?

— Так будет лучше. Я... Муж не знает о беременности. Лучше, чтобы так и оставалось. Я переживаю, что тогда он не отпустит.

— Тигран отличный адвокат. Кать, он не даст тебя в обиду.

— Я понимаю. Итог я знаю. Дети останутся со мной. Но... Рустам может получить право видеться с детьми. А лет через пять — потребует, чтобы жили с ним. И сам развод затянется. Я этого не хочу.

— Он мудак, Кать. Это приличное определение, чтобы не материться.

— Но?

— Но ты уверена, что поступаешь правильно? Я бы озверел, если бы кто-то от меня детей спрятал.

Я стреляю взглядом в мужчину. Тот поднимает ладони вверх. Показательно сдаётся.

Я тяжело вздыхаю. Заталкиваю последнюю вещь в чемодан. Пальцы чуть подрагивают от волнения.

Дамир своими словами заставляет сомневаться. Снова. Меня колышет на волнах гормонов. Я понимаю, что делаю правильно.

А потом утягивает в болото раздумий. Насколько это человечно — вот так поступать.

— Ты вторую жену приводил домой? — невесело усмехаюсь я. — Тогда нет причин прятать от тебя детей.

— Прости, — мужчина слабо улыбается. — Я не хотел тебя расстраивать. Просто я переживаю за тебя, Кать. Правда может всплыть и...

— И тогда у тебя есть суперклассный брат, который вроде адвокатом работает.

— И племянник, который ради тебя любого уломает.

Я улыбаюсь. Негативные эмоции быстро исчезают. Дамир имеет право на своё мнение. Я имею право не прислушиваться.

Мужчина забирает у меня чемодан. Я быстро проверяю, не забыла ли что-то важное. Подхватываю сумку.

Выхожу из номера, захлопнув дверь.

Будто часть жизни отсекаю.

Рустам нигде не поджидает, что странно. Я думала, что он будет здесь. Устроит разборки при всех.

Чем тогда муж таким занят? Если меня не преследует... Нехорошее предчувствие копошится в душе.

Я прошу Дамира отвезти меня на автостанцию. Там необязательно покупать билет с паспортом. Можно просто водителю заплатить.

Не останется следов.

С одной стороны, я не верю в чудо. Что всю жизнь смогу прятаться от мужа...

С другой — я просто хочу спокойствия. И даже два дня в другом городе послужат перезагрузкой.

— Я бы поехал с тобой, — произносит Дамир. — Но у меня в выходные Армагеддон. Сплошные встречи. Если подождёшь хотя бы до завтра, чтобы я отменил...

— Дамир, — осекаю его. — Не нужно. Очень приятное предложение. Ценное. Но не нужно этого.

— Я же замуж тебя не зову, — подшучивает Дамир. — Просто предлагаю вместе съездить.

— Вообще-то, зовёшь. Постоянно.

— Это так напрягает?

— Нет. Просто... Я могу быть откровенной?

— Именно откровенность я и предпочитаю.

Я облизываю губы. В горле сухо. Говорить о чувствах сложно. Особенно когда ты можешь обидеть хорошего человека.

А Дамир очень хороший. И приятный. И с ним я чувствую себя в безопасности. Неожиданные чувства к малознакомому мужчине.

Но проблема в другом...

К другим чувствам я не готова сейчас. Новые отношения в этом хаосе — ужасное решение.

Рустам ведь разрушил моё доверие! Не только к нему, но и к другим мужчинам. Особенно к тем, у кого восточная кровь.

Муж ведь тоже обещал, что традиций не придерживается. А получилось что...

Нет. Сейчас ничего не получится. Ни с Дамиром, ни с кем-то другим. Хотя определённый интерес есть.

Я буду изводить себя сомнениями. Переживать постоянно. Искать подвох там, где его нет.

Для начала мне самой нужно излечиться.

— Вот, — я сумбурно пытаюсь объяснить свои эмоции. — Понимаешь?

— Понимаю, — Дамир усмехается. Паркует машину. — Мы уже говорили об этом, Кать. Я тоже сейчас ничего серьёзного обещать не могу. Может, в будущем.

— Может.

Дамир помогает мне выбраться из машины. Находит нужный автобус. Тот оправляется через двадцать минут.

Мужчина сам договаривается с водителем. Что-то втолковывает ему, а тот кивает. Кажется, Дамир озаботился моей безопасностью.

Я прячу улыбку в воротнике пальто. В будущем... Может, да, всё получится. А может нет.

Жизнь та ещё стерва.

Мой телефон оживает. Чёрт. Надо было добавить Рустама в чёрный список. Хотя бы на время.