— Он собирается приехать ко мне через неделю, после того как мы вернемся в штаты.

— Ха! — Эли вскинул бровь.

— Что?

Он пожал плечами.

— Это… скоро.

— И?

— И это хорошо, — выдохнул он с небольшой улыбкой. — Парень думает, что ты лучшая в целом свете, и я счастлив за тебя. Ты это заслуживаешь.

Глаза защипало от подступивших слез. Эли это заметил и сильно дернул меня за хвостик.

— Рыдать запрещено.

— Ты меня любишь.

Он застонал и отвернулся.

— Да, люблю, тупица. Это мой хороший поступок года.

Смеясь, я двумя руками сжала его бицепс.

— Спасибо. Хорошо, что ты позвал меня с вами в тур.

Эли притворился, что его тошнит.

— Поверь, мы все знаем, как ты благодарна, что поехала в тур, грязная потаскушка.

Мой удар в живот его не удивил.

— Следующие гастроли еще не скоро, но буду рад, если ты и тогда поедешь с ними.

Я с благодарностью кивнула, но сомневалась, что соглашусь поехать так скоро. К тому же, если мы с Сашей разъедемся по разным уголкам страны, то когда же увидимся?

Отношения на расстоянии — это нелегко, но за самое лучше в жизни стоит побороться.

Мы были в Антверпене на последнем концерте тура. The Cloud Collision собирались выступить на бис, Эли с Горди болтали с фанатами, а Мейсон составлял мне компанию за торговым лотком.

— Почему ты выглядишь так, будто снова узнала, что тот парень Культи женился? — спросил он громким шепотом.

Мейсон действительно был рядом, когда я узнала, что моя давняя любовь — известный немецкий футболист Райан Культи женился на какой-то актрисульке. Мне тогда было пятнадцать, и эта новость стала буквально разочарованием года.

— Грущу, что тур заканчивается.

Мейсон пожал плечами.

— Но было весело, да?

Я кивнула.

Мейсон глупо усмехнулся.

— Тебе повезло съездить на гастроли с самыми привлекательными мужчинами всего прогрессивного челов…

— Это уже перебор.

Он нахмурился, но почесал дальше:

— Повидать кенгуру…

— И то, как он тебя пнул…

— Увидеть, как к твоему брату клеился трансгендер…

Я поморщилась.

— По-моему, ты перепутал себя с Эли.

Мейсон отмахнулся и продолжил гнуть свое:

— Посетить кучу скучных музеев…

Я застонала. У нас с ним были разные представления о том, что считать весельем.

— И встретила своего Сашку-обнимашку, — проворковал он, по-идиотски хлопая ресницами.

Я язвительно улыбнулась.

— Ты кое-что забыл.

— Как Картер порвал джинсы в Стокгольме?

— Не-а.

— Как Джулиану и Эли отсосала одна девчонка с разницей в час?

Меня замутило от отвращения. Оба парня жутко злились, но Джулиан больше, так как он был вторым.

— Нет.

Мейсон прищурился.

— Что тогда?

— В этом туре я впервые ударила тебя по яйцам.

Я замахнулась, целясь ему в пах, и Мейсон, смеясь, он отпрыгнул подальше.

— Хорошо, я отменил свадьбу. Ты, психопатка!

Его крик заглушила громкая музыка. The Cloud Collision вернулись на сцену, чтобы исполнить две последние песни. Я три месяца почти каждый день слушала их выступления, и, наверное, могла спеть или сыграть по памяти каждую композицию, даже учитывая, что не владела ни одним музыкальным инструментом.

Сердце заныло при мысли, что это последний раз, когда я слышу парней вживую. Я с большой неохотой согласилась поехать в этот тур, — в основном, чтобы отвлечься от проблем, — а теперь грущу, что все заканчивается.

Такого я предвидеть не могла.

— Осталась пара песен, Антверпен! Но прежде мы бы хотели поблагодарить всех, кто пришел на последний концерт нашего тура! Это были сумасшедшие три месяца с нашими друзьями из Ghost Orchid, которые терпели нас. Спасибо всем нашим помощникам, всей нашей команде и особенно, — Саша прижал руку к сердцу и игриво улыбнулся, — моей прекрасной девушке Габи. Она — лучшее, что появилось в этом мире со времен изобретения кондиционера!

Зал взорвался, люди свистели и кричали.

Саша указал на зрителей.

— Вы готовы?

— ДА!

Он спрыгнул с колонки, когда парни заиграли вступление к предпоследней песне, а я застыла, открыв рот.

«Я — лучшее, что появилось в этом мире со времен изобретения кондиционера? Кондиционер дарит прохладу. А прохладу любят все!»

Моя улыбка, наверное, могла посоперничать за титул самой дурацкой улыбки года. Именно в этот момент я решила, что не позволю хоть чего-нибудь встать между мной и Сашей. Будет только он. Он конец моего начала и наоборот.

Спустя час мы все собрались на улице у концертного зала. Парни, взмокшие и вонючие, как грязные носки, наконец-то закончили раздавать автографы, и Саша подошел ко мне. Судя по самодовольному виду, он хорошо понимал, какой эффект на меня произвели его слова со сцены.

— Я люблю кондиционеры, — немедля сообщила я, переплетая наши пальцы.

Саша улыбнулся так же широко, как я несколько минут назад.

— Я тоже, принцесса. Я тоже.

Через двадцать четыре часа между нами окажутся тысячи миль. Но расстояние не имеет значения, когда я так сильно любила Сашу.

Почти так же сильно, как кондиционеры, которые дарят прохладу.

— Приве-е-е-ет, — проворковала я в камеру ноутбука.

— Привет, принцесса.

Изображение на экране было размыто — видимо, Саша ходил по гостиничному номеру, — но через секунду камера наконец-то сфокусировалась на лице моего красавчика. Выглядел он ужасно: осунувшийся, под потускневшими глазами глубокие темные мешки.

— Выглядишь дерьмово, — сказала я, отмечая про себя болезненно серый оттенок его кожи. Саша недавно переболел гриппом. Болезнь отступила всего пару дней назад.

Он устало улыбнулся и хихикнул.

— И тебя с годовщиной, любимая.

— С годовщиной! — пропищала я, на время забыв о его болезненном виде.

— Прости, что меня нет рядом, — пробормотал Саша, проведя рукой по отросшим волосам.

Мне нравился его немного неряшливый вид. Но опять же, я, вероятно, назвала бы его красивым, даже сделай он себе стрижку а-ля восьмидесятые.

Я улыбнулась и пожала плечами.

— Вчера доставили твой подарок, но я не открывала его до сегодня, как было написано на коробке, — я пошевелила бровями и подняла руку, показывая прелестный браслет, который он прислал мне из Индонезии. — Мне нравится!

Саша подпер голову и счастливо улыбнулся. Простое золотое кольцо на его безымянном пальце подмигнуло мне, напоминая, что ровно год назад мы пожениться. Мы решились на это внезапно. У нас не было ни настоящих свидетелей — их заменили двое случайных людей, оказавшихся в тот момент в здании суда, — ни настоящих колец. Лишь через несколько недель мы пошли в ювелирный магазин и купили себе простые золотые колечки.

За два месяца, прошедшие после окончания тура, который свел нас вместе, Саша приезжал ко мне три раза, и я разочек скаталась к нему, после чего мы поняли, что отношения на расстоянии — это для нас не вариант. Мы просто не могли быть далеко друг от друга.

Игра в камень-ножницы-бумага по скайпу решила, что перееду я.

И я переехала.

— Я подумал о тебе, когда увидел этот браслет. У меня есть еще один. — Саша игриво подмигнул мне, несмотря на то, что явно чувствовал себя паршиво.

— Еще подарок?

Он кивнул.

— Покажи! — потребовала я.

Саша коварно улыбался, расстегивая первые кнопки рубашки и через мгновение я увидела его безупречную грудь.

— Ты сделал татуировку с моим именем! — выкрикнула я, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть симпатичный причудливый рисунок.

— Нет, я наколол имя другой моей одной и единственной любимой, — рассмеялся он.

— Дурак. — Я находилась в таком душевном трепете, что не смогла даже придумать ответ на его глупость.

Я все смотрела и смотрела на грудь Саши и мое имя, навечно запечатленное там, последняя буква которого заканчивалась голубкой, и мне вдруг захотелось плакаться.